Очень драконий Новый Год (СИ)
— Ты вовремя, — сказала я Юльяне, открыв дверь. — Я как раз готовлю твой любимый чай. И у меня, спасибо новой кухарке Алана, есть отличные сырники.
Опасливое выражение на её лице сменилось облегчением.
— Хорошо, — сказала она. — Это ты удачно придумала. Я ещё не жрала, решила заскочить к тебе по пути. Всё равно нам вместе на собрание персонала по случаю нового семестра идти. Так что...
Интересно, с каких это пор Юльяне по пути? Впрочем, вслух я спрашивать не стала: поставила перед ней еду и присела напротв.
Некоторое время мы завтракали в тишине. Потом мы сказали хором:
— Слушай… — и растерянно замолчали.
— Что, тоже извиняться собираешься? — спросила она.
— Да, — пожала я плечами. — Ты пришла за поддержкой, а я…
— А тебе тоже было хреново. И было не до моего пьяного скулежа. На этом закрыли тему, — Юльяна поморщилась. — Мне паршиво, Джана, когда я думаю, в кого меня превращает этот брак. На саму себя в зеркало смотреть тошно, веришь?
Я на это только сочувствующе вздохнула. Говорить ничего не стала — зачем дважды повторять-то?
— Замечала, что большинство сказок кончаются свадьбой? — продолжила она. — Это потому, что все сказочники — те ещё хитрецы. Понимают, что после свадьбы никакой сказки уже не будет…
— Вы так и не помирились, да?
— Нет, — пожала плечами Юльяна. — Я изменила ему.
Оу.
— Имеет ли мне смысл спрашивать, с кем? — уточнила я осторожно.
— Со студентом из боевиков, — криво улыбнулась Юльяна. — Мальчишка давно подбивал клинья, приходил то с царапиной на пальце, то с несуществующим растяжением, ходил без рубашки… Есть на что посмотреть, скажу тебе. Ну ты сама понимаешь: боевики и их подготовка. Обычно я просто игнорировала его, но после безобразной ссоры дома... Мне хотелось почувствовать себя женщиной, понимаешь?
— Понимаю, — я прикинула, как вежливо узнать одну важную деталь, и решила, что о таких вещах лучше спрашивать в лоб. — Он достиг первого совершеннолетия?
— Обижаешь, — скривилась Юльяна. — Я не какая-то…
— Я знаю, как порой выглядят боевики, — прервала я её. — И — насколько быстро взрослеют из-за ускоренного метаболизма. Извини за бестактность, просто хотела убедиться, что с этой стороны не будет проблем.
А они могут быть, да-да. Понятное дело, что с мальчиками всё проще, чем с девочками — общество до сих пор остаётся достаточно шовинистическим. Там, где шестнадцатилетнюю девчонку вполне могут назвать особой облегчённого поведения, мальчишку скорее всего хлопнут по плечу и скажут: “Молодец, мужик!”. Но… тут, будем же откровенны, всё зависит от того, на кого нарвёшься. Если родители узнают и пожелают подать иск, закон будет на их стороне, пусть даже инициатива сто раз исходила от юноши. При таком раскладе Юльяна могла бы лишиться работы и лицензии, а в особо запущенном случае — ещё и свободы.
— Нет, парню двадцать четыре, — хмыкнула она. — Год до магического совершеннолетия. Только недавно лекарский осмотр по этому поводу проходил; явился ко мне, так сказать, в полной боевой готовности, сбросил штаны и заявил, что ему серёжка на гениталиях натирает. Попросил меня посмотреть, в чём же там причина.
Я не сдержалась и прыснула.
— А ты что?
— А что я? Выписала ему направление к соответствующему лекарю (мировой мужик, в городском Военном Госпитале работает), сказала, что без справки от этого лекаря он к занятиям не допущен. И отправила с миром. У меня знаешь сколько таких красавцев, особенно среди боевиков после практики? Ребята проводят месяц-два на полевых учениях, с подавленным либидо и дикими нагрузками. Вот по возвращении лезут гормоны изо всех щелей… Н-да, — она вздохнула.
— Твой муж знает? — уточнила я осторожно.
— Об измене — нет, — ответила она просто. — А вот о том, что мы разводимся — да.
Вот это новости с утра пораньше.
— Так вы разводитесь?
Юльяна подпёрла кулаком подбородок и грустно посмотрела на солнечный день за окном.
— Знаешь, — сказала она, — я очень на тебя злилась. Правда. Мысленно ругалась, жаловалась сменщице, плевалась и бурчала под нос. Как это — развод? Развод — это унизительно, это не решение, это так не делается, когда в семье уже есть двое детей. Как смотрят на разведённых женщин?
— Мы живём в современном обществе, — напомнила я тихо.
— Угу. Только вот что-то это “современное общество” всё так же полно яду, остро на язык и склонно вешать ярлыки. Но это даже не важно… Я росла в маленьком городке, Марджана. Ты знаешь, как это бывает… Не выскочила замуж и не родила к магическому совершеннолетию — уже перестарок. Не пахнет мужиком в доме — жизнь бабы насмарку. Доля женская — всё ради семьи. И так далее.
— Но ты училась в столице…
— И что? Такие вещи, если их слышал раз за разом, так вгрызаются в черепную коробку, что их оттуда попробуй ещё вытолкни. Так что да, я жуть как злилась. Целых полтора дня, а может даже два. Но дома всё становилось горше и горше. Представь — муж пригласил свекровь пожить у нас и присмотреть за домом.
— Ох… тебя он не спросил, как я понимаю?
— И не подумал, — пожала она плечами. — Мы грызлись, понятное дело, я всё чаще оставалась на работе ночевать. И всё больше думала о твоих словах. Думала о том, почему на тебя злюсь. И поняла, что завидовала тебе.
У меня наверняка нервно дёрнулся глаз.
— Завидовала мне?..
— А то как же. Вот посуди сама: ты — успешный специалист, что бы там ни было, но — с перспективой и будущим. Красива, опять же, встречаешься с красивыми и интересными мужиками. Один наш ректор… за то, что вы с ним, тебя ненавидит поголовно вся женская часть коллектива.
— Да не с ним мы!
Юльяна закатила глаза:
— Вы с ним вместе ходите в баню, частенько вместе ночуете и постоянно закрываетесь в кабинете. Джан, ну дуру из меня не делай? Да и вообще, что тут такого? Вы оба — взрослые свободные люди. Но чужой зависти это не отменяет, тут да… а ещё ж Ворат, дракон, тот аристократишка, чтоб ему пусто было… ты живёшь свободной и интересной жизнью. А я каждый день прихожу в семейное счастье, чтобы слушать скандал и капризы. Чем тебе не повод для зависти, ага?
50
Н-да… Вот так и не знаешь, насколько весело живёшь, пока какой-нибудь доброхот не просветит. И стоит ли возражать? Попытаться объяснить то, что связывает меня и Алана… Кажется, это бессмысленно — по крайней мере, в данном случае. Юльяна действительно хорошая девушка, но… она едва ли поймёт. И вряд ли поверит. В общественном сознании это так работает: если мужчина с женщиной общаются друг с другом — значит, наверняка спят.
Потому я только пожала плечами, ничего не сказав. Пусть думает, что сама хочет.
— Ну вот, — сказала Юльяна, по-своему интерпретировав моё молчание. — И я завидовала, бесилась, злилась, а потом говорила себе: “Зато я замужем”. Но с каждым новым скандалом верить в то, что это такая уж удача, было всё тяжелее. Приходили мысли, что ты могла быть права, но я гнала их от себя. И в какой-то момент твёрдо решила помириться с мужем. Пошла домой пораньше, решила, что перетерплю, извинюсь за то, что сбросила на него детей и домашние дела. Мы сядем, поговорим…
— Я так понимаю, тут было какое-то “но”? — уточнила я осторожно.
Вообще завязка очень напоминала анекдот о супружеской измене. Что-то вроде “Возвращаюсь я пораньше с работы…” Но, глядя Льяне в глаза, я видела, что всё вряд ли настолько просто.
— Дома меня ждал сюрприз, — сухо сказала Юльяна. — Не особенно приятный. В общем-то, я привыкла к воплям и идиотским обвинениям, но это… Короче, свекровь копалась в моих вещах. И нашла заначку.
— Оу, — я потрясённо покачала головой. — Она украла у тебя деньги?
Льяна устало вздохнула и уставилась на сырник так, будто рассчитывала обнаружить в нём смысл жизни.
— Ты знаешь, что Бордис перебивается подработками, — сказала она с подозрительно виноватой интонацией. — Он получает не очень много, у него такой период… уже три года такой период, собственно. По идее, у нас общие деньги. И тратиться они должны на важные вещи. На детей, на быт, на еду… На всё вот это вот.