Очень драконий Новый Год (СИ)

Ну, хоть развлечётся… и то хлеб…
- Ал, - я смущённо прикусила губу. - Слушай, я не смогу пойти с тобой в баню сегодня вечером. Я знаю, это традиция, но…
- Да понимаю уж, - отмахнулся сид. - Вот прямо сейчас отпущу тебя. А то там уже драконёнок, наверное, все рабочие инструменты под дверью отморозил. Ещё разочарует тебя, бедняга… а мне потом переживай.
- Да, точно… погоди. Под дверью?!
- Именно, - проговорил сид с довольной усмешкой. - Он там уже полчаса топчется. А я его не впускаю. Ха!
Детский сад.
- Ал! Ну что за ребячество?
- А? Где ребячество? Почему ребячество? Всего лишь простая и милая сердцу мелочная месть. Он меня тоже утром к тебе не пустил, знаешь ли!
Я воздела глаза к потолку и мысленно поинтересовалась, как жить на свете с такими друзьями.
Потолок безмолвствовал - уж не знаю, к счастью или сожалению.
- Ладно, я понял, - Алан встал с кресла. - Сейчас кое-что ещё покажу тебе - и пойдёшь к этому своему… не могу не признать: он лучше того, предыдущего. Но всё равно бесит. С кем я теперь буду ходить в баню, например?
В другое время я, возможно, предложила бы Алану не страдать ерундой. И найти если не жену, то, на худой конец, постоянную девушку.
Тем не менее, история его семьи и некоторые факты из биографии перевернули мой взгляд на эту проблему. Ал не просто не хочет строить серьёзные отношения; он не может.
А это уже совсем другой коленкор.
С такими вещами имеет смысл обращаться к менталистам. Но до обращения к профильному специалисту тоже нужно дойти. И лезть в это мне не следует - слишком зыбкая почва. Опять же, будем честны: счастье не в любви.
Кто бы там что ни думал по этому поводу, счастье каждый выбирает по себе.
*
- И как тебе?
- Ну… впечатляет, - пробормотала я. - Знаешь, когда ты говорил о игрушечной вагонеточной дороге, мне представлялось что-то чуть более… скромное.
Алан гордо осмотрел комнату, почти полностью занятую поразительно точно сделанной моделью рельсов и вагонеток.
- Я сам помогал собирать, - сказал он шёпотом.
- Ну да, я тебя понимаю, - признала я.
Это был тот случай, когда мой внутренний ребёнок тоже зашёлся бы в экстазе.
- Добрый вечер, дядя Алан! - я повернулась и с удивлением уставилась на близняшек, мальчика и девочку.
И на пернатого змея, который вился вокруг них.
- А…
- И вам добрый вечер, - хмыкнул Ал. - Помните правила?
- Да! Мы ушли! И не мешаем! Мы только передаём, что ужин готов! Хорошего вечера вам и леди-красотке!
После этого чудная компания с гиканьем ускакала.
- Алан, - начала я осторожно. - А ничего, что Егори с ними вот так общается?
- Он ещё ни разу не пытался на них напасть. Просто кормится симпатией, особенно - со стороны девочки. Но не бойся, я установил защиту. Это было проще, чем пытаться заставить его лежать в человеческом облике, в колыбели. Ему там скучно.
- Вон оно как…
Всё же, маленькие фоморы отличаются от людей. Очень.
- Ладно, Ал, я…
- Запустим вагонетку, а? Это быстро.
Я прикусила губу.
- Ну… разве что один разочек.
*
- И чем вы там так долго занимались, если не секрет? - голос Дина сочился ядом.
- Вагонетки запускали, - сказала я предельно честно. - А ещё - говорили о высокой литературе.
- Вагонетки? - опешил дракон. - Это такой эвфемизм?
- Не-а, - вздохнула я. - Бывают случаи, знаешь ли, когда вагонетки - это просто вагонетки.
Мы переглянулись и одновременно фыркнули.
- Этот твой Алан меня неимоверно бесит, - сообщил Дин.
- У вас это взаимно, - заверила я. - Так что не волнуйся. Но вы привыкнете!
- Не надо говорить это таким довольным голосом.
В такой вот манере, перешучиваясь, мы пошли вниз по улице. И я чувствовала себя совершенно комфортно, пока не поймала взгляд одной знакомой преподавательницы… и не заметила через дорогу профессора Вората с супругой… всё же, вот в таких ситуациях жизнь в преподавательском квартале уже не кажется таким отличным решением.
- Эм… Дин, а какой у нас план?
- Я рассчитывал на горячий шоколад, - признался дракон. - По такому случаю, собственно, даже заготовил твоему кошачьему монстру вкусняшку. Видишь, на какие я иду жертвы?
 
Так-то вижу. И даже ценю вообще-то.
- Ну… сегодня не получится, - и, честно говоря, этот факт действительно расстраивал. - У меня там просто подруга отсыпается…
- Отсыпается?
- Она выпила. Не то чтобы она пьяница, у неё просто… ну знаешь… сложный период.
- Чтобы я так жил! И много у тебя друзей? Ты не подумай плохого, я для общего развития спрашиваю. Чтобы морально подготовиться, так сказать. Монструозный кот, подруга совсем-не-пьяница, смазливый ректор-эльф с мерзким характером. Кого ещё мне предстоит встретить?
Я пожала плечами.
- Не волнуйся на этот счёт - не так уж много тех, кто жаждет дружить с фомором. Даже в наше время. Кроме тех, кто тебе уже знаком, у меня было два друга. Но Маллани уехала навсегда, даже толком не попрощавшись. А один мой коллега...
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌Да, глупо с моей стороны, но я действительно считала Вората другом - или как минимум почти другом. Тем не менее, как показали последние события, я ошибалась.
- … мы с ним не сошлись во взглядах. На этом, собственно, и всё. Больше никого.
- Ясно, - Дин прищурился. - Об этом мы ещё как-нибудь поболтаем, а пока скажи мне вот что: у людей вокруг клиническое параллельноразбегающееся косоглазие? Или они просто так рады тебя видеть?
- Боюсь, и то и другое, - сказала я мрачно.
- Ясно, - он вздохнул. - Тогда у меня два предложения. Первое: можем куда-нибудь пойти. Например, на экскурсию по городу. Второе: мы можем выпить горячего шоколада у меня.
Нет, не удержусь.
- А “горячий шоколад” - это у нас такой эвфемизм?
Улыбка у него была очень красивая. И очень зубастая.
- Как можно, Джанна? Иногда горячий шоколад - это просто горячий шоколад.
- Туше. Что же, студент Дин… Я, как ваш куратор, ощущаю стойкую потребность провести у вас дома инспекцию. Ради вашей безопасности, разумеется.
- О, профессор, вы так строги… Что же вы рассчитываете найти?
- Найти - и конфисковать, прошу заметить.
- Н-да? - он выгнул бровь, переходя в режим ходячего соблазна. - Могу я рассчитывать на личный досмотр и тщательный обыск?
- Это зависит, - я с трудом сдерживала смех.
- И от чего же?
- От вашего поведения...
- И как быть, если я буду вести себя очень и очень плохо? - он поиграл бровями.
Я прикусила губу, потому что внезапно осознала, что вот прямо сейчас посреди людной улицы бесстыднейшим образом флиртую с собственным студентом.
Что же, это всё очень неловко.
- Я понял, - вздохнул Дин, совершенно очевидно прочитав нечто у меня на лице. - Горячий шоколад отменяется?
- Нет! - ответила я - быть может, слишком быстро. - Нет, я хочу к тебе в гости. И… хм… горячего шоколада. Просто никто не должен подумать, что между нами что-то есть. Понимаешь?
- Да им-то какое дело?
Я строго поджала губы:
- Я - твой преподаватель. Это, как минимум, просто неэтично!
- Ты мой временный преподаватель! - возмутился он. - И младше меня в два раза!
- Ни одно из этих обстоятельств не отменяет преподавательской этики. Так что… пожалуйста, давай на людях сохранять видимость деловых отношений.
- Ладно, - протянул Дин. - Но… вот просто так, для справки: если… то есть когда наша парность подтвердится, ты тоже собираешься это скрывать?
- Да - до тех пор, пока ты мой студент, - признала я спокойно. - Потому что я была одной из тех, кто поддерживал инициативу Ала о введении негласного запрета на отношения “студент-преподаватель”. Я высказывалась о неэтичности такого явления. И лично предала гласности жалобу одной из студенток, у которой преподаватель требовал интим в обмен на оценку.