Временная жена, или Вместе навсегда (СИ)

- Тебя не могли разбудить три человека! – вспыхнула Гусина. – Разлеглась в постели, как барыня! Что нам оставалось?!
- Дора Гусина, при всем уважении, но бить воспитанниц допускается лишь в крайнем случае, - недовольно осадил ее Тирг.
- Может, мой случай и был крайним? – не удержалась я. – Глубокий сон способствует хорошему настроению и улучшению самочувствия. В Обители это приравнивается к чрезвычайному происшествию!
- Да как ты… - ахнула Гусина, но саэрд оборвал ее:
- Довольно! Вашу версию я выслушал! Оленна, а ты всегда так крепко спишь? – вдруг осекся тигр, будто внезапно осознал что-то важное.
- Ну… - замялась я. – Нет, а что?
Надеюсь, он не собирается ставить мне в вину то, что после пережитого мой организм решил как следует отоспаться? По-моему, он просто надеялся впасть в спячку, чтобы не видеть творящегося вокруг безумия. Не получилось – его грубо вырвали из сна, и он решил отомстить.
- Да так, - тихо пробормотал Тирг, виновато облизнул губы и насупил брови как осознавший свою вину человек. Та-а-а-ак! Что-то тут не чисто. – Миаре нужен отдых, - заявил саэрд и внезапно понес меня по коридору. Взбежал по лестнице, и мои легкие впервые наполнились свежим воздухом. Он опьянил не хуже «Мартини», у меня закружилась голова.
- Как ты? – Тирг заметил неладное. – Выглядишь бледной.
- С чего бы это? Я ведь полдня на солнце загорала, - ответила я, но голос прозвучал слабо и вымученно. Все же, без еды и воды жизнь не сахар. Тирг сильнее сжал челюсти и ускорил шаг.
- Что-то болит? – резко поинтересовался он, войдя в мою келью. Здесь все осталось нетронутым, и даже комья соломы на полу никто не убрал.
- Нет, но мне бы… - я хотела сказать, что мне нужно в уборную, но Тирг сгрузил меня на постель и отошел к двери. Захлопнув ее, он взмахнул рукой и прошептал слова заклинания. Я не поняла ни слова, но отчетливо увидела, как на двери материализовался засов. Ого! С такими способностями ни гвозди, ни молоток не нужен. Удобно!
- Тебе нужен отдых, - заявил Тирг и воровато обернулся на дверь.
- Да, так что оставьте меня и… - не успела я договорить, как он схватил меня за руку, и келья вновь «поплыла». Честно говоря, мне начинает казаться, что моя комната в Обители, в принципе, какая-то нестабильная и сама по себе является порталом. В последнее время ее очертания «плывут» гораздо чаще, чем пребывают в стабильном состоянии. – И как это понимать? – изумилась я, увидев уже знакомые интерьеры гостиной Тирга.
- Я подумал, что здесь тебе будет удобнее, - явно чувствуя неловкость, произнес саэрд. А я поняла, что времени у меня буквально минута.
- Благодарю, - бросила я и со скоростью гепарда бросилась в уже знакомую мне уборную. Мне плевать, что обо мне подумает Превосходное Превосходство, ибо в случае конфуза никаких хороших мыслей у него точно не возникнет. В общем, в его глазах я в любом случае опозорена.
Из уборной я вышла быстро, мучимая странной мыслью.
- Но я думала, что миарам строго запрещено покидать Обитель, - произнесла я. Превосходство сидит за столом, спиной ко мне, напряженный, как отличник перед контрольной.
- Так и есть, - ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но волнение все равно прорывается. – Но и издеваться над миарами тоже не позволяется.
- Неожиданно, - призналась я после паузы. – Не думала, что вы за меня заступитесь.
- Почему? – искренне удивился Тирг и встал, глядя н меня. Тут уж я подумала, что саэрд не ладит со своей буйной головушкой.
- Потому что вчера вы ясно дали понять, что я вам неприятна, и никакого желания иметь со мной дело у вас не имеется, - отчеканила я, осторожно подбирая слова.
- Мне жаль, что вчера я был с вами резок, - извинился Тирг, заведя руки за спину. Рубашка натянулась, обтягивая рельефные грудные мышцы и кубики пресса, которые даже отсюда кажутся каменными. Но не его потрясающая фигура меня интересует. Взгляд цепляется именно за рубашку в поисках следов крови невинно убиенной девушки. Папа говорил, что при убийствах ножом кровь брызгает во все стороны и практически всегда остается на убийце и тех, кто стоит рядом. Но Тирг чист, будто из рекламы стирального порошка только что вылез.
 
«У вас есть демоны? Тогда мы идем к вам!»
- Что же изменилось? – решила уточнить я.
- Ничего, - просто ответил Тирг. – Я осознал, что следовало вести себя более сдержанно. Повторяю: мне жаль, - произнес он, но я ничего не ответила, и саэрд решил удивить: - Ты получила мой подарок?
- Что? – опешила я.
- Подарок. Его должны были доставить к тебе в комнату, - он посмотрел на меня с надеждой, но я лишь развела руками. Мне нечем обрадовать саэрда.
- Если вы о разъяренных монахинях, то это весьма странный способ извиниться, - с недоумением ответила я. Тирг закатил глаза.
- Нет, я говорю о сладости, - совсем уж разочарованным голосом ответил он, поняв, что я ничего не получала.
- Сожалею, но все, что я получила с утра – это пощечины, - вздохнула я, и Тирг скуксился так, словно проглотил лимон.
***
  
Глава 31
 
«Это моя вина».
Очевидная мысль легла на сердце тяжелым камнем. Тирг наложил на свою миару усыпляющее заклинание, чтобы та не проснулась и не испугалась его, но своим поступком обрек ее на новые страдания. Она не смогла проснуться, даже когда ее будили. Монахини не отличаются терпением, но Тирг и подумать не мог, что его миару будут бить и вдобавок запрут в подвале!
Сегодня после обеда он получил письмо, в котором сухо сообщалось, что «с его миарой возникли сложности, и если достопочтенный саэрд не слишком занят, то было бы желательно, чтобы он явился и провел с девушкой воспитательную беседу». По витиеватым оборотам Тирг сразу понял, что стряслось что-то неприятное, и лучше разобраться с этим как можно быстрее.
Когда он явился в Обительно, его не встретила главная дора. Вместо нее вышла заместительница, чинно поклонилась и сообщила, что доре Куроне не здоровится после утренних событий.
«Боги, что натворила эта девчонка?» - мысленно простонал Тирг.
- С прискорбием вынуждена сообщить вам, что миара Оленна ранним утром нарушила режим Обители, а при попытке воздействовать на нее подняла бунт и избила монахинь, - огорошила его Гусина. – И меня в том числе, - всхлипнула она.
- Оленна? – сглотнул Тирг.
- Она, Ваше Превосходство, - кивнула Гусина. – К сожалению, девчонка стала совершенно неуправляема, и нам пришлось изолировать ее.
- Вот как? – с каждым ее словом настроение Тирга все сильнее ухудшается. А ведь он просил ее сидеть тихо и не привлекать к себе внимания! Неужели так сложно вести себя прилично? Эта егоза просто притягивает неприятности к своей…кхм…голове. – Ведите меня к ней, - напряженно попросил Тирг.
И она повела. Саэрд ожидал, что они поднимутся в комнаты девушек, и Оленну заперли в ее собственной келье. Но когда дора спустилась в подвал, Тирг почувствовал неладное. Не могли же они запереть девушку в этом отвратительном месте?
Могли. Увидев хрупкую бледную фигурку в затхлом, покрытом плесенью помещении, Тирг едва не зарычал. Как можно так обращаться с миарой?! С его миарой, между прочим.
Но чем дальше, тем хуже. Отвратительный запах, густой влажный воздух, которым почти невозможно дышать! Он постоял на пороге пару минут, а у него уже закружилась голова, как у девицы. Может, это шутка? Не могли же монахини всерьез посадить сюда миару и запереть. Однако, заметив Оленну и поговорив сней, саэрд сразу понял, что в том подвале она просидела долго, как минимум несколько часов. Бледная, худая, обессиленная. Она даже зубоскалит без прежнего задора и огня.
Деваться некуда, пришлось войти в это смрадное помещение. Тирг закатал штанины и ступил сапогами в грязную воду. Он давно изжил из себя брезгливость, ибо в его деле по-другому никак. Порой демоны могут принять такой облик, что целую неделю кусок в горло не лезет. Что для него грязная вода? Ерунда, да и только. Но вот ослабленная девушка заставила сердце дрогнуть. Впервые за всю жизнь Тиргу захотелось вышвырнуть монахинь из Обители Света. Да как им в голову пришло так обойтись с миарой?! Что бы они ни сделала, как бы ни провинилась, запирать ее в подвале они не имели права!