Князь Гиперборейский (СИ)

— Нелогично, — возразил Антон.
— Как раз некая логика в этих выводах проглядывается, — Никита наклонился и посмотрел на заворочавшегося Ярика. — Ордо Маллеус любит склонять к сотрудничеству именно таких людей, как ты. Контактируют, прощупывают намерения, и, если видят готовность к измене — работают плотно. Неподкупных нет, есть те, кто обходится очень дорого.
— Почему не Бекешев?
— Такую возможность я тоже просчитываю, — кивнул волхв. — Могут выйти на Костю-телепортатора, еще на пару-тройку человек. С каждым из них я уже побеседовал, предупредил, как действовать. Но именно тебе уготована роль крупной наживки. В интервью итальянской газете я намеренно отзывался о тебе в очень лестных словах. Особенно упирал на то, что твоя преданность показывает пример честного и верного служения своему господину. А папским псам очень нравится ломать таких людей. Они находят в этом какое-то извращенное удовольствие.
— Я читал. Спасибо, Никита. Знаю, что это было искренне.
— Конечно, дружище. Но, в первую очередь, я давал намек противнику, где мое «слабое» место.
— Ну, хорошо, — Шубин чуть-чуть расслабился. — Только прошу защитить Алену, чтобы через нее меня не шантажировали.
— Завтра с утра езжай в Вологду и привези ее сюда вместе с матерью и младшим братом. Пусть поживут в «Гнезде» с месяц. Я рассчитываю за это время уничтожить поганое гнездовище. На учебу девушку будет сопровождать охрана. Денис Мещерин со своими парнями поможет, если надо.
— А если ты ошибся в расчетах?
— Если ошибся — буду искать другие варианты, — пожал плечами Никита. — Я же не Пророк, чтобы видеть грядущее в мельчайших деталях.
Он сдвинул рукав пальто и посмотрел на часы. Время прогулки с сыном подошло к концу, можно было идти домой. Поднявшись, кивнул Шубину, чтобы тот присоединялся. Толкая перед собой коляску, волхв продолжил рассуждать:
— Хованский не нашел пока человека, рисующего татуировки на теле молодых идиотов. После устранения Гольца появились серьезные опасения, что Инквизиция постарается разыграть карту вражды между моим Родом и Шереметевыми. Мне сейчас не нужна война, поэтому ликвидация комиссаров Второй и Четвертой капитулы, работающих на «русском» направлении является первоочередной задачей. Если от них потянутся ниточки к Шереметевым и Волынским, это уже серьезный звоночек для императора. Ордо Маллеус не та организация, которая опускает руки после первой неудачи. Боргезе обязательно нужен информатор в моем Роде.
— Я все понял, Никита, — Шубин глубоко задумался. — Предположим, что ты оказался прав, и на меня выйдут инквизиторы с предложением сотрудничества. Я не маленький ребенок, вся моя сознательная жизнь офицера прошла в охране высокородных одаренных, и я знаю, на какие меры идут они, чтобы защитить себя от предательства. Как быть с родовой клятвой? Мое отступничество, даже мнимое, убьет меня.
— Я сниму ее, если тебя начнут вербовать, — кивнул Никита.
— Но тогда есть риск, что в мою голову поставят какие-нибудь ментальные закладки, — продолжал выискивать слабые места в задумке молодого хозяина.
— Маловероятно, — объезжая коляской лужу из растаявшего снега на дорожке, откликнулся волхв и подъехал к крыльцу. Здесь их ждала одна из нянечек. Подхватив закутанного и уже просыпающегося Ярика, она унесла его в дом. — Ставить ментальные блоки рискованно. Ты же «сознательно» идешь на сотрудничество, и чужое воздействие будет мешать выполнению некоторых задач. Но даже в этом случае мы тебя аккуратно проверим.
— Успокоил, — пробурчал Шубин, а Никита только усмехнулся.
Он занес коляску на веранду и оставил ее там, но заходить в дом не торопился. Волхв с интересом смотрел, как возле казармы толпится с десяток бойцов, которые собирались на полевые занятия, проходившие каждый день в «Родниках» под руководством Глеба Донского. Подъехал микроавтобус, пофыркивая сизым дымком, куда они и стали загружаться.
— А если Шереметевы пойдут на обострение? — Антон задал не менее волнующий вопрос, встав рядом с Никитой. — Домашняя свара куда опаснее, чем какая-то там заморская инквизиция.
 
— Князь Василий Шереметев опытный и битый волк, — задумчиво откликнулся молодой хозяин «Гнезда». — Он не будет из-за Гольца начинать войну. А если начнет — у меня есть чем ответить. Ошибку родичей я не повторю.
Петербург 
Бьянка Руджерро, представившаяся Никите Назарову Кариной, любила в обеденный перерыв сидеть в маленьком уютном кафе, из которого хорошо просматривался парадный вход в многоэтажное современное здание из бетона и пластика, где весь первый этаж арендовало издательство «Иль Месаджерро». Жаль, что не удалось занять место повыше, по первости сокрушалась девушка. Сверху хорошо просматривался Невский проспект, прямые перспективы радовали глаз, да и народу меньше снует. А то норовят все по ошибке заглянуть в редакцию, своими глупыми вопросами отвлекая сотрудников от работы.
Бьянка заказала себе легкий салат с тостами, чашку капучино и пару бисквитов. Пока ланч не принесли, она наскоро просмотрела на телефоне отклики на свою статью, вышедшую четыре дня назад.
Интервью и душещипательная история о жизни одного из влиятельных и перспективных аристократов молодой формации, занимавшегося продажей оружия и магических компонентов к нему вызвала большой интерес среди читателей. Статью даже перепечатали несколько серьезных газет в Италии. Из головного офиса даже похвалили и дали задание сделать цикл о русских дворянах-аристо именно из той когорты, ярким представителем которой является молодой барон Назаров. Вероятнее всего, интерес инспирировался разведывательными структурами, а возможно, и самим Папой. Бьянка больше беспокоилась, что это может навредить Никите и его бизнесу.
Она задала вопрос барону, когда тот позвонил ей на следующий день после публикации, и Назаров уверил ее, что никаких проблем не будет. Теперь нужно просто ждать того, кому статья, в принципе, и предназначалась.
Но наживку никто хватать и не думал. Девушка подумала, что Никита ошибся в своих предположениях. Может, это и к лучшему. Молодая журналистка, откровенно говоря, побаивалась контактов с представителями магической инквизиции. Что в головах этих извращенцев, она не представляла. Поэтому никогда не касалась в своих статьях скользкой и опасной темы.
На залитый дневным солнцем столик легла тень и тут же ушла в сторону. Бьянка подумала, что это официант принес заказ, и подняла голову. Перед ней, слегка сутулясь, стоял худощавый мужчина с приметной горбинкой на носу. Короткие черные волосы на его голове торчали в разные стороны, как будто намеренно смазанные лаком, обтянутые загорелой кожей скулы создавали образ нахохлившейся вороны. Да и темно-серое пальто, под которым виднелась черная рубашка, усиливало это ощущение.
— Сеньорита, позволите присоединится к вам? — оказывается, черная птица умела улыбаться. Правда, и улыбка под стать образу — такая же неприятная. — Место ваше очень удобное, рядом с окном. Не хочу пропустить одного человека…
Он кивнул в сторону парадного крыльца ее офиса, возле которого суетилась ежедневная толпа народа.
Бьянка бросила быстрый взгляд по сторонам. Свободные места были, но в глубине зала, что не мешало оттуда спокойно наслаждаться видами улицы. Но чутье подсказало о намеренном появлении возле ее столика незнакомца. Сердце учащенно забилось. Сразу же в памяти всплыл образ мага-рунолога, описанный Никитой. Чтобы скрыть первое замешательство, она на мгновение уткнулась в телефон, принудительно погасила экран, и только потом кивнула.
Мужчина снова улыбнулся, резким и ловким движением снял пальто и повесил его на никелированную вешалку, стоявшую для удобства посетителей в проеме между окнами. Так же резко отодвинул стул и примостился напротив Бьянки. Но разговор начинать не торопился. Сначала он дождался официанта, принесшего заказ девушки, сам попросил чашку крепкой арабики и почему-то стакан холодной минеральной воды. Говорил он по-русски, неплохо, но с очень выделяющимся акцентом.