Князь Гиперборейский (СИ)

— Не понял, — с легкой усмешкой произнес император. — Ну, а ты, братец?
— Есть подозрение, что в гостях у инквизитора побывал Никита. А это значит, у Назарова сейчас на руках есть какая-то информация, полученная от Боргезе.
— А если нету? Если Боргезе успел умереть, прежде чем Никита вытряс его до донышка? Зашитая в лацкан пиджака ампула — это самый верный способ уйти от допроса.
— Можно ведь и ментата привлечь, — удивился Владислав. — Сколько там времени нужно, чтобы успеть снять информацию?
— Безнадежное дело — колупаться в мозгах умершего, — отмахнулся Великий князь. — Живой — еще куда ни шло, там никакой статичности, образы подвижны, картинки памяти меняются, можно много интересного узнать. Правильно, что не стал заморачиваться. Мне кажется, зять и без того доволен, что добрался до ублюдка. Теперь интересно, найдет ли он Котеза?
— Думаю, он этим сейчас и занимается, — кивнул император.
— Никита сейчас на Обводном, — усмехнулся Константин Михайлович. — Уже доложили. Пьет чаи и успокаивает свое женское царство. Девушки-то переволновались, ожидая нападения и на петербургский особняк. Что посоветуешь, брат, когда разъяренный зятек появится у меня? Сказать ему правду или продолжать увиливать?
— Ты к чему это? — удивился император.
— Я разговаривал с дочерью утром, она была очень зла на меня, что не прислал помощь, а просидел всю ночь в гостях у Городецкого. Думаю, Никита накрутил себя похлеще, чем Тамара. Поэтому и думаю, с каким настроением ожидать его визита.
— Может, тебе охрану увеличить? — не выдержав, расхохотался император, глядя в озабоченное лицо брата. — А то, боюсь, Назаров сильно осерчал за последние дни, лупит направо и налево.
Цесаревич кисло улыбнулся. Он ведь предупреждал, что закулисные игры приводят, обычно, к бурному выяснению обстоятельств. Ладно, если морду друг другу бить не начнут. Не завидует он дяде Косте.
— Разберемся по-семейному, — хмыкнул Великий князь. — Пусть еще побегает, Котеза поищет. Куда мог этот гаденыш спрятаться?
Вологда, «Гнездо» 
Вернувшись в середине дня из Петербурга в вологодское поместье, Никита обнаружил небывалое оживление. На месте сгоревшего дома копошился мини-бульдозер, расчищая место для нового фундамента. Ловко подцепляя ножом мусор, он подъезжал к грузовику и с грохотом высыпал его в кузов.
Неподалеку возвышались штабели бруса и кирпича, возле которых крутились строители в темно-синих комбинезонах. В общем-то, Тамара была права, когда хотела найти подрядчика, готового за короткий срок построить погорельцам дом. Не дело семейным, уже обретшим свое жилье, снова перебираться в общежитие.
Мужчины из числа обслуживающего персонала занимались восстановлением забора с северной стороны, где шли наиболее интенсивный бой с применением магии. Все следы бурной ночи уже убрали. Только черные проплешины в парке и на лужайке напоминали о произошедшем.
Из Вологды по приказу Великого князя Константина пригнали несколько крытых фургонов, куда загрузили мертвые тела боевиков. Тамара потом интересовалась у отца, сколько же нападавших было у Инквизиции. Оказывается, городской морг оказался весь забит их телами, пришлось резервировать места еще в двух больницах. Насчитали восемьдесят девять человек вместе с теми, кто атаковал «Родники». Никита подозревал, что Дуарх и Ульмах — эти два спевшихся друг с другом демона — каким-то образом утащили в свои закрома несколько недобитых врагов, чтобы потом полакомиться их душами. Это, конечно, не красит слуг, хотя если откровенно — плевать на тех, кто хотел убить тебя самого. Но строго внушить придется, чтобы не своевольничали.
Погибших магов-инквизиторов забирали ушлые ребята из местного отделения Коллегии Иерархов. Их вотчина, ничего не поделаешь. Нравится возиться с трупами — их дело. Зато у Никиты руки развязаны, можно заняться перегонкой машин. Сейчас их появление в «Гнезде» как нельзя кстати. Девчонки хотя бы стресс сбросят. Это они на людях храбрятся, а наедине каждая из них хоть на мгновение, но прильнет к его крепкой груди, чтобы показать свою слабость и получить заряд бодрящей энергии.
 
Разыскал Москита и велел ему взять с собой дядьку Поликарпа с тремя бойцами, умеющими водить машину. Ильяс уже знал, зачем нужны водители, поэтому особо не возражал. Некому сейчас разъезжать по окрестностям. Все силы были брошены на восстановление защитного периметра.
Москит с парнями и со слесарем сели во внедорожник и умчались в Вологду. А Никита обнаружил своих жен гуляющими с детьми по парку неподалеку от родовой усыпальницы. Там как раз было тихое место, чтобы не волноваться, что ребенок может попасть под колеса снующей по имению техники. С Тамарой и Дашей, к полному удовлетворению Никиты, находилась и Юля. Найти общий язык со старшими супругами ей не составило труда, особенно сейчас, когда на пальце посверкивало подаренное бароном кольцо. Рядом с ней, крепко вцепившись в руку, забавно переваливаясь с ноги на ногу, вышагивал Ярослав в ярком комбинезоне.
Полина с Мишкой увидели отца и бросились к нему с радостными воплями. Соскучившиеся и перепуганные событиями последних дней, они влетели в Никиту, не снижая скорости, и облепили его, ища защиту в крепких руках.
— Папа, ты всех врагов победил? — крикнул Мишка, обхватывая шею отца, когда оказался наверху. Полина молчала, уткнувшись носом в висок.
— Почти всех, — улыбнулся Никита, шагая по дорожке. А деток-то уже не поносишь на руках с видом атлета. На такой подвиг способен только Слон, играючи садивший ребят на свои плечи. — Осталось немного, но они куда-то убежали, спрятались в лесных норах.
— Попросим Вожака отыскать их, — серьезно произнесла Полина. — Они кого хочешь найдут.
— Нет, пусть Гончие отдыхают, — рассмеялся Никита. — Они славно потрудились, заслужили. А теперь слезли с папки и побежали играть. Вечером проверю, чему вас дед Фрол научил за неделю.
Подошел к женам, поцеловал их. Юлю чмокнул в щеку, отчего та зарделась и решительно отдала Ярика. Вот этого-то крепыша еще можно было носить на руках, не боясь, что те отвалятся.
— Как дела в Петербурге? — спросила Тамара, пристально глядя в безмятежное лицо мужа. — Надеюсь, наш дом не разрушили?
— Все в порядке, милая. Там дворцовая гвардия всю округу оцепила, никого, кроме соседей наших, не пропускает. Девчонки успокоились, но я посоветовал им еще несколько дней никуда нос не высовывать. Там сейчас Олег с Семеном, да мезенских в помощь отдал. Людей хватает.
— Когда же это закончится? — вздохнула Даша, поправляя шапку на голове Ярика.
— Скоро, — убедительно ответил Никита. — Один уже отвоевался, осталось найти второго. Куда-то спрятался или уже выехал из России.
— Я сегодня утром новости смотрела, — сказала Юля. — В отеле «Ритц» обнаружили мертвым какого-то ватиканского служащего, судя по всему — важная птица. Там какие-то титулы перечислялись, не запомнила. Не про этого ли «отвоевавшегося» ты намекал? Не твоих рук дело?
— Юленька, да разве я похож на душегуба? — удивился волхв. — Конечно же, нет. Я даже ни слухом, ни духом. Просто существует закон возмездия. Этот человек давно зуб на меня точил, да вот незадача — зачем-то резко решил умереть, и где? В России! Лучше анекдота не придумать.
— А тебе откуда известны такие подробности? — с подозрением спросила Тамара.
— Так дело ведет Хованский, он мне позвонил, хотел проконсультироваться. Вот и поделился некоторыми подробностями. Раскусил ампулу с ядом. Конечно, смерть странная, но, тем не менее, радующая меня.
Тамара прижалась к мужу и удивительно просящим голосом произнесла:
— Никита, оставь свою месть императору! Ты и так уже много сделал. Я разговаривала с отцом, и немножко не сдержавшись, высказала ему все, что накопилось в душе. Мне очень неприятно, что родной человек палец о палец не ударил, чтобы прислать помощь! Могло погибнуть много людей из нашего клана, и кому бы это было выгодно?
— Не выставляй отца таким монстром, — Никита успокаивающе провел ладонью по гладкой коже перчатки Тамары. — Он знал, что делал. В какой-то мере я сам виноват в том, что Меньшиковы безоговорочно верят в мою живучесть и везучесть.