Начало пути (СИ)
Широкая дорога петляла меж холмов, обходя леса и болота. Это длинный путь, соединяющей столицы королевств: Даромир и Астрабан. По нему легко проедут повозки и пройдут пешие путники. Именно поэтому Солт проиграл — выдвинувшись по длинному пути на Астрабан — он предоставил мне фору больше двух недель.
В день мы проезжали двадцать-тридцать миль. Могли бы и больше, если бы мы были женщинами, ну или хорошими танцорами. А так к вечеру наши фаберже горели омлетом.
После недели пути остатки армии Солта мы так и не догнали. Может он ушел по короткому пути через леса? Пока не доберемся до Даромира — не узнаем.
Поначалу Герт держался молодцом, но потом стал подвывать. Дорога вымотала его, а каждодневные тренировки на привале с мечом и боевым топором, которые я проводил с ним, отнимали много сил.
— Ты же сам хотел стать воином, — ворчал я. — Вот и терпи.
— Я женщинам хочу нравиться, — скулил парень. — А не скитаться грязным и вонючим по пыльным дорогам.
— В жизни так не бывает. В жизни благородных рыцарей нужно спасать из-под обломков воздушных замков. Терпи казак, атаманом будешь...
— Кем?
— Ну, в общем, воином!
На ночлег остановились у подножия холма, на всякий случай свернув с дороги в сторону на полмили. Герт сварганил на костре походную похлебку, а я откупорил бутылку рома.
— Налей мне тоже, — попросил Герт.
— Молод еще. Пить надо уметь, но лучше уметь не пить.
— Мне уже двадцать, — возмутился парень.
— Зрелость воина определяется не годами, а количеством убитых врагов, — усмехнулся я. — Ладно, держи...
Спать легли с закатом, загасив костер и укутавшись в походные одеяла из волчьих шкур.
Я закрыл глаза и провалился в дрему, вполуха прислушиваясь к звукам ночи. Птицы умолкли, уступая место ночным духам...
— Молот, — прошептал чей-то голос.
Я вскочил на ноги, выхватил кинжал и похолодел. В нескольких шагах стоял знакомый силуэт в черном балахоне. Капюшон скрывал лицо гостя. Запаха я не чувствовал...
— Ты? — воскликнул я, замахиваясь кинжалом.
— Ты не можешь причинить мне вред, — ответила Лана, скидывая капюшон. — Меня здесь нет...
— Что тебе надо?
— Ты хочешь вернуться домой?
— Ответь вначале на мой вопрос, — прошипел я.
— Ты уже не человек... мы с тобой одинаковые.
— Тем хуже для тебя, я тебя найду...
— Ты не должен противиться своей сущности. Однажды демон прошлого сожрет тебя. Вместе мы могли бы добиться многого...
— Такие как ты — не для семейной жизни, — усмехнулся я.
— Убей Солта, и стань моим союзником. Ты вернешь Высший Порядок на круги своя — мир людей вновь подчинится темным существам. Пройди свой путь, что предначертан судьбою. Ты избранный...
— Сдохни! — крикнул я и метнул в ведьму кинжал.
Клинок прорезал бестелесный силуэт и стукнулся о базальтовую глыбу, а я проснулся.
Я приподнялся на локтях, всматриваясь в темноту. Никого... Кинжал висел на поясе. Неужели это всего лишь сон? Я подошел к глыбе. Звезды осветили её шероховатую поверхность. На базальтовой тверди серебрился свежий скол...
***
— Подъем, боец! — крикнул я, опрокинув на спящего Герта бурдюк снабранной в ручье водой. — Пробежка до того холма и обратно! Время пошло, через пятнадцать минут не вернешься — останешься без завтрака.
— Где это видано, чтобы воинов бегать заставляли? — завопил рыжий, фыркая от воды и продирая глаза. — Еще и водой поливали? Чуть не утоп во сне!
— Запомни, негораздок лопоухий, основное правило хорошего бойца: "Живет дольше тот, кто всегда начеку". Как-то раз ты уже проворонил бурмило, хочешь всю жизнь добычей быть?
Ворча себе под нос проклятия, Герт нехотя побежал к соседнему холму, возвышавшемуся в миле от нас.
Я сбросил с себя одежду и залез в ледяной ручей. Предгорная вода вздыбила каждый волосок на теле и прояснила сознание. Я вспомнил ночной разговор с ведьмой. Похоже, что договориться с ней о моем возвращении домой не удастся. Но почему-то меня это беспокоило все меньше и меньше. Неужели она права, и я больше не человек? Только человек может тосковать по родине. Но родина не там, где родился, а где тебя ждут. А ждут меня здесь... По крайней мере, мне этого хочется... чтоб здесь ждали...
***
Спустя три дня мы догнали армию Солта — около тысячи солдат, половина из которых конница. Даже сейчас в таком количестве они представляли немалую угрозу для истощенного Астрабана. Мы двигались за ними весь день, укрываясь от дозорных.
Вечером легион разбил лагерь у подножия кривой скалы, напоминающей рог дьявола. Королевский шатер развернули прямо под скалой. Я дождался темноты и, вооружившись одним кинжалом, прокрался к лагерю.
По его окраине, отсвечивая серебристым шлемом, бродил дозорный. Я нащупал камень и швырнул его сбоку от часового. Тот насторожился и, обнажив меч, двинулся на звук. Бесшумной тенью я скользнул ему за спину и резким рывком за челюсть и затылок свернул шею.
Оттащив труп подальше, я снял с него белую накидку легионера и накинул ее на себя, а трофейный меч повесил на пояс.
Прошагав через весь лагерь, я нашел королевский шатер. Его оцепили пять воинов из личной охраны и пять обычных легионеров — очевидно, кадровый состав охраны поредел в боях.
Я притаился и стал ждать. Через несколько минут на другом конце лагеря послышались крики. Замелькали силуэты, началась суета. Солдаты нашли отрезанную голову убитого мной стражника, которую я насадил на палку у одной из палаток.
Воспользовавшись суматохой, я рассек стенку королевского шатра и скользнул внутрь. На походном диване лежал Солт. Масляные лампады высветили его бледное, словно у мертвеца, лицо. Вот и все... Удар кинжалом и король вновь умрет. Теперь уже навсегда. Я поднял руку для замаха... но что-то удержало меня. Интуитивное предчувствие, исходившее от моей темной стороны, не позволяло вонзить клинок...Солт открыл глаза.
— Я ждал тебя, Молот, — спокойно проговорил он и сел на диван.
Вход распахнулись и внутрь ворвались стражники. Завидев меня, они выхватили мечи.
— Спокойно, — Солт поднял руку, останавливая солдат. — Уберите оружие. Трубите общее построение. Я представлю вам нового командующего Королевским легионом — командора Молота.
Стражники раскрыли рты, не веря своим глазам. Я застыл на месте с кинжалом в руке, не понимая, что происходит, и что мне дальше делать.
— Выполнять, живо! — рявкнул Солт на охрану.
Те, опомнившись, выскочили из палатки, оставив нас одних.
— Вообще-то, я свое согласие не давал, — проговорил я, не найдя что сказать.
— У тебя нет выбора... Если не хочешь, чтобы мир людей не канул в лету.
— Я не человек.
— Я теперь тоже... Но у тебя, как и у меня, есть, что терять в этом мире.
— Поэтому я и пришел убить тебя...
— Не сейчас. Нам всем грозит опасность. Гораздо большая, чем внутренние войны.
— С каких пор тебя волнуют чужие судьбы?
— Поодиночке нам не выжить. Если первым падет Даромир, падет и Астрабан. Если первым падет Астрабан, падет и Даромир. Объединить королевства в борьбе с общим врагом под силу только тебе. Тэпия слишком горда и обидчива. Ее эмоции затмевают голос разума. После моего поражения Лана обратилась к другому союзнику. Она пересекла Долину Теней и собирает темные силы, чтобы поработить королевство Эбриан.
— Откуда тебе это известно?
— Я был на темной стороне, когда умер. Я это видел.
Я вспомнил свое ночное видение. Похоже, что о желании Фиморры уничтожить мир людей известно не только мне.
— Ты не боишься, что я убью тебя и займу твое место?
— Нет, ты сам знаешь, что мой народ не примет Люпуса на престоле, он не пойдет за тобой. Он пойдет за мной, а ты укажешь нам путь...
— Почему я?
— Это твое предназначение... — с этими словами Солт достал связку деревянных дощечек. — Эта скрижаль была найдена столетие назад в пещерах отшельников Долины Теней. Ее происхождение доподлинно неизвестно... Много лет она хранилась в сокровищнице Даромира.