Кровь и туман (СИ)
— Ты Дмитрию об этом сказал? — спрашиваю я.
Кирилл отрицательно качает головой.
— Нет. Я и так слишком многое вам рассказал, подвергнув риску шанс Веты на жизнь.
— На службу королеве, — поправляю я. — Она всё равно не отпустит её на свободу.
— И пусть. Главное, что сестрица будет жить.
Я снова слышу шаги. В этот раз к нам направляются несколько пар ног.
— Пошли, — Бен хватает меня за воротник кофты и дёргает вверх, не давая сообразить. Всё, что остаётся — подняться, чтобы в итоге не быть задушенной. — Быстро! Если Дмитрий нас увидит, нам крышка!
Я успеваю бросить в сторону Кирилла последний взгляд и даже непроизвольно протянуть руку, как бы говоря то, что вслух произнести не позволила мораль:
«Я всё ещё забочусь о тебе и всегда буду».
А потом Бен утягивает меня за поворот, и мы покидаем этаж с преступниками через другой ход, которым раньше я никогда не пользовалась.
Этот путь уводит нас на улицу, где мы с Беном становимся свидетелями первого в этом году снегопада.
* * *— Три буквы, — говорит Бен.
Он не единственный, кого я попросила отложить отдых и составить мне компанию, но при этом, что, собственно, ожидаемо, самый громкий из двух. И больше всех возмущается.
— С, О и Н, — произнося каждую, Бен оттопыривает пальцы, при этом продолжая держаться остальными за руль. — Сон, Романова. Ты вообще знаешь, что это такое?
— Знаю, — спокойно сообщаю я.
Моё место — справа от водителя. На заднем сиденье, забравшись на него с ногами и прямо в грязных ботинках, восседает Лиза, которой понадобятся секунды и никакого оружия, чтобы, в случае чего, вступить в сражение. Поэтому-то я и взяла её с нами.
— Раз уж вы потащили меня посреди ночи непонятно куда и непонятно зачем, могу я вклиниться в ваш бессмысленный разговор и задать вопрос? — спрашивает Лиза, наклоняясь вперёд.
— Конечно! — облегчённо выдыхаю я.
Она идёт на контакт — это хорошо. Она хоть немного разрядит обстановку, отвлекая меня от теоретической перепалки с Беном — это ещё лучше.
— У Артура есть девушка?
Бен давит по тормозам, отчего меня, не пристёгнутую, бросает вперёд на приборную панель. Лизе, чтобы удержаться на месте, приходится выпустить когти и вцепиться ими в края наших с Беном сидений.
— Кто тебе права выдавал? — кричит Лиза.
Вместе со словами с её губ срывается рычание, и, я могу поклясться, в её голубых глазах сейчас столько злобы, что перегнуться и оторвать Бену голову для неё было бы делом мало того, что плёвым, так ещё и не лишённым удовольствия.
— Зачем тебе знать, есть ли кто у Артура? — спрашиваю я, когда выравниваюсь и снова могу дышать после удара грудью о бардачок.
— Надо, — отвечает Лиза. — Тебе-то что?
— А то, что Слава — его сестра, — вклинивается Бен.
Его взгляд скользит по дырам на сиденьях, оставшихся после когтей Лизы. Я уже представляю, как он мне всю следующую вечность это припоминает. А ещё наверняка заставит заплатить за испорченную мебель из своего кармана.
— О, — выдыхает Лиза и замолкает. Выпячивает подбородок, пока разглядывает меня через зеркало заднего вида. — Неловко вышло.
— Ага, — соглашаюсь я.
— И всё-таки свой вопрос я отменять не собираюсь.
— А что насчёт Рэма?
— Кого?
— Рэма. Тёмненький крепкий парень… Бариста из кафе.
— Тот, который меня сковородой ударил? — Лиза касается затылка. И хотя наверняка рана давно уже зажила, она морщится как от боли. — Он мне не нравится.
— А зря, — напираю я. — Он добрый очень. И весёлый. Мне кажется, если тебе…
— Слава, — перебивает меня Бен. — Давай-ка выйдем.
— Мы и так встали посреди проезжей части, ты предлагаешь ещё и диалоги снаружи вести? — Я указываю пальцем на одну из кнопок. — Ты даже не включил аварийку.
Бен с остервенением жмёт на нужную кнопку, а затем кивком указывает мне на дверь. Делать нечего. Зная Бена, он не оставит меня, пока я не сделаю так, как он хочет. Поэтому приходится накинуть куртку, которая до этого лежала на коленях, на плечи и выскользнуть на улицу.
— Ну? — спрашиваю я, плотнее укутываясь в куртку.
Снег ни на минуту не прекращал падать. Всё вокруг уже успело покрыться тонким слоем белых хлопьев.
Бен обходит автомобиль и оказывается передо мной.
— Баранки гну. Думала, я не пойму, что ты тут устроила?
— Что?
— Собираешься свести всех по принципу: «В первый раз прокатило, значит, и во второй сработает»?
— Но Рэм и Лиза…
— Если ты вдруг забыла, родители первого были категорически против их союза. Сейчас же Рэму и Лизе друг до друга параллельно. Оно и к лучшему, не кажется тебе?
— Нет.
— Ну да, совсем забыл, что твоё мнение у нас — единственно верное.
— Чего ты взъелся на меня?
— А того, что ты сама говорила — мы двигаемся дальше! — выпаливает Бен слишком эмоционально. — К тому же, как и со смертью, в подобных делах тоже есть практика: суждено — значит, сбудется.
— В подобных делах? — переспрашиваю я.
Бен кривит губы.
— Не заставляй меня произносить вслух слово «любовь».
— Ты только что это сделал, — замечаю я с улыбкой.
А затем, пока Бен снова принимается меня отчитывать, всё моё внимание приковывают к себе фары приближающегося автомобиля.
— Ладно, Бен, — я резко обрываю его на полуслове. — Поехали. Я тебя услышала.
Я не хочу звучать беспокойно, но, вероятно, так и выходит, потому что Бен не спорит и лишь чуть выходя вперёд, перехватывает направление моего взгляда.
Встречная машина, оказываясь совсем близко к нам, сворачивает на обочину. Бенова рука дёргается к кобуре, висящей под курткой. Я прищуриваюсь в попытке разглядеть водителя, но за белой пеленой снегопада едва ли могу различить даже силуэт.
К счастью, выжидать не приходится. Водитель покидает свой автомобиль. Длинная фигура, запахнутая в плащ. Курчавые чёрные волосы. И, мне кажется, я уже слышу её голос, когда она произносит, подходя ближе:
— Машина заглохла, детишки?
— Что вы здесь делаете? — спрашиваю я.
Эдзе оглядывает наш внедорожник и, — особо пристально, — Лизу, оставшуюся внутри.
— Здесь — очень призрачное понятие, — протягивает Эдзе, выпрямляясь. — Тебе следует уточнить, где: в городе, на дороге, в этом мире, в этом времени, в этой вселенной…
— А-а-а! — вскрикивает Бен, затыкая уши ладонями. — Заткнитесь!
— И тебе доброй ночи, — довольно улыбается Эдзе.
— Что вы делаете на улице посреди ночи? — повторяю я, корректируя вопрос.
— На другом конце города есть круглосуточная кафешка, где подают отвратного вида и нулевой пищевой ценности двойной бургер с говяжьей котлетой. — Эдзе делает паузу. — Так как у меня впереди целая вечность, чтобы сжечь эту тысячу калорий, я могу позволить себе ночные перекусы.
— Ясно, — протягиваю я. Эдзе никогда не перестанет удивлять меня. — Тогда нам придётся составить вам компанию, потому что мы направлялись именно к вам.
— Вот чёрт, — разочаровано произносит Эдзе. — Как же так выходит, что я всё время попадаю не в то место и не в том времени?
— Не знаю. Но иногда мне кажется, что вы только прикидываетесь незнающим.
Эдзе ведёт бровью.
— Благодарю за комплимент. Ладно. Я слишком голоден, чтобы продолжать этот прекрасный дорожный разговор, к тому же у меня на хвосте последние пару километров сидел жёлтый седан, поэтому давайте-ка поторопимся.
Эдзе хлопает в ладони, подгоняя нас вернуться внутрь внедорожника. Вместе с этим он возвращается в свой автомобиль и почти сразу срывается с места, показывая нам дорогу.
Бен разворачивает внедорожник на пустой дороге, совсем позабыв про любые правила.
— Куда мы направляемся? — интересуется Лиза.
— На поздний ужин с дьяволом, — ворчит Бен.
— Отлично! Я как раз проголодалась.
Бен продолжает что-то бубнить себе под нос. Наш короткий разговор на дороге явно не проходит бесследно, правда я всё ещё не понимаю, почему его могла так взбесить эта ситуация. Я делаю вид, словно поведение Бена совершенно меня не беспокоит, хотя не могу перестать искать ему объяснение даже тогда, когда мы прибываем на пункт назначения, и Бен останавливает машину точно позади машины Эдзе, едва не въезжая тому в багажник.