Достойны ли мы отцов и дедов (СИ)

— Митенька, ты прекрасно знаешь, что в наших делах не бывает мелочей. Ты просил присмотреть за твоими хлебными делами на Украине, вот и появились первые проблемы, решение которых уже не подразумевает прямых действий вроде применения силы или натравливания нашего карманного обер-полицмейстера. — Хозяин кабинета, высокий жилистый мужчина, с уже проступившей сединой на висках, неторопливо окунул кончик сигары в бокал с коньяком. Грубый шрам на шее и рассеченная бровь говорили о том, что человек в своей жизни не только сидел в кабинете и отдавал команды, но и прекрасно знает, с какого конца браться за винтовку.
— И что там за проблемы? — с легким нетерпением поинтересовался гость.
— Митенька, ты же знаешь, что я тебя не буду дергать по мелочам?
— Знаю, поэтому и бросил всё, в том числе отказался от обеда у губернатора, и выехал к тебе. Так что там случилось?
— Внешне ничего, а реально началось что-то непонятное…
Убедившись, что гость его внимательно слушает и не прерывает, продолжил:
— До недавнего момента все шло нормально. Подконтрольные нам фирмы, занимающиеся скупкой хлеба, держали заниженную цену, но появился новый игрок, с деньгами, причем деньги они получали тоже через нашего человека, которому сдавали золото, много золота. Вот наш человечек и пожадничал, захотел узнать, откуда столько золотишка, и натравил на этих людей Мэтра.
— И что? — без особого интереса поинтересовался гость. Его не сильно впечатлил рассказ, но он старался не выказывать своего разочарования.
— А нет ни Мэтра, ни его людей, ни скупщика золота. Все исчезли в течение одного дня. Вот были люди и всё, их нет. Как корова языком слизала.
— Хм.
Гость, до этого вальяжно развалившийся в кресле, быстро подобрался, изменил лозу и уже более внимательно стал слушать своего компаньона.
— И никаких следов?
— Я начал наводить справки и послал пару своих людей. Результаты интересны. Мэтр прятался на окраине Киева, и именно той ночью там была слышна стрельба и суетились какие-то люди. Немного побегав, мои люди нашли Аспида…
— Человека, которого ты к Мэтру приставил. Полицейский из Самары. Акимушкин, кажется, его зовут, он еще на допросе насильника и убийцу гимназистки до смерти забил, а тот оказался байстрюком местного предводителя дворянства.
— Да, я всегда поражался твоей памяти. Всё верно. Вот Аспид выжил, получив две пули в спину, сумел притвориться мертвым и сбежал, спрятавшись у соседей. Много интересного рассказал.
— Ну-ка, ну-ка. Неужели Джунковский свою игру начал?
— В том-то и дело, что нет. Это не жандармы, не охранное отделение и даже не полиция. Аспид грешит на военных, но говорит, что какие-то они неправильные, хотя железная дисциплина. По ухваткам похожи на пластунов, но не они. Уж слишком у них все лихо получилось. Без шума уничтожили всю охрану Мэтра, выкрали из города всех, кто имел хоть какое-то отношение к этой истории. А фирма, которая скупает хлеб и другие продукты, все продолжает работать, загружать склады, которые потом невообразимым способом пустеют. И люди, которых я посылал проследить, просто бесследно исчезают. Чертовщина какая-то.
— Может, немцы?
— Нет. Аспид говорит, что наши, русаки, немчурой и не пахнет, но какие-то странные.
— Ну и что? Как это повлияет на наши планы? Ну появились новые дельцы. Рано или поздно им все равно с нами придется договариваться, когда узнают, кто стоит за этим идиотом Мэтром.
— Хм. Вот тут я тоже сомневаюсь, уж очень они непростые.
— Ты, Матвей, стареть начал, раз боишься простых душегубов. Что, в первый раз с любителями дармовщинки встречаемся?
— Ты знаешь, что меня напугать трудно, особенно после Аляски и Южной Африки. Но вот чувствовать опасность я научился, а тут всё кричит об этом.
Пухлый гость на пару мгновений задумчиво посмотрел на своего компаньона, просчитывая в уме возможные варианты.
— Ну ладно. Ты меня убедил, да и раньше ты труса не праздновал, и все твои опасения всегда были оправданными. Но что ты от меня хочешь?
— Надо подключать НАШИХ жандармов. Как мне кажется, полиции это не по зубам.
 
— А наших сил не хватит?
— Мои люди вчера обнаружили слежку за мной и моим домом. Когда попробовали взять соглядатая, то потеряли двух человек. Их нашли на следующий день на дворе одного из домов, заложенных дровами. У каждого во лбу по пуле, а выстрелов никто не слышал. Доктор, который осматривал тела, сказал, что им перед смертью что-то кололи — на руках видны следы уколов. Так что, Митенька, это точно не бандиты, я бы даже подумал на жандармов, но уж слишком жестко и прямолинейно они работают, при этом оставаясь в тени.
Опять пауза.
— Знаешь, Матвей, все это наводит на размышления…
— Это как-то связано с возней вокруг вдовствующей императрицы?
— С чего ты взял?
— Да ты сам сказал, да и у меня промелькнули кое-какие слухи. Может, расскажешь?
— Ключевое слово "необычные" люди. Дело в том, что в окружении Марии Федоровны появились пара людей, про которых никто никогда раньше ничего не знал, и к ним тоже подходит определение "необычные люди".
— В чем это выражается?
— Да в том же самом, что ты описывал. Военные, привыкли к дисциплине, никому не подчиняются, Мария Федоровна на людях ими командует, а когда думает, что никто не замечает, общается с ними достаточно уважительно. В течение недели из ее круга удалили всех, я повторяю, всех наших людей и набрали новых, при этом тех, кто был нам неинтересен и не являлся агентом, не тронули.
— Как они смогли так? У нас кто-то разболтал?
— А вот и нет. Все в один голос утверждают, что на них надевали какие-то странные пояса, на пальцы какие-то штуки с проводами, и все это подключалось к прибору размером с книгу. Им в темной комнате задавали вопросы про то, рассказывают ли они кому-либо о жизни Марии Федоровны и множество других.
— Это что же получается, они по прибору смогли определить, врет человек или нет?
— Получается, так. Всех выявили, понимаешь, всех! Это не всё. Мария Федоровна и ее дочь великая княгиня Ольга Александровна, которая до этого сидела в Ровно в госпитале, недалеко от своего возлюбленного, как-то активизировались и стали разъезжать по фронтам, проводя множество бесед с простыми офицерами. После чего почти вся охрана столь высокопоставленных особ была заменена исключительно на офицеров-фронтовиков.
— Да, дела.
— И в свете того, что ты мне рассказал, поводов для беспокойства у нас прибавилось.
— Неужели янки вмешались? У нас же с ними договоренность, что они и так получат концессии за Уралом.
— А вот не знаю, вроде как не совсем похоже на них. Тут кто-то другой действует, и ему совершенно плевать на то, кто мы и откуда, крови они не боятся.
— И это не революционеры.
— Хм. Эти только деньги клянчить умеют на великое дело, а сами в Швейцарии водку жрать горазды да местных баб щупать. Это кто-то другой.
— Ну не можем же мы ликвидировать вдовствующую императрицу раньше времени? Может, у британцев помощи попросить?
— Этих только пусти, потом сам будешь не рад. Пока сил хватит, будем сами разбираться. На крайний случай подключим все свои связи при императоре, а особенно при императрице, она и так в последнее время слишком впечатлительной стала, это нам на руку.
— Тогда что будем делать?
— Попробуй выйти на этих людей, представившись представителем хлеботорговцев, и поговорить, выяснить, чего они хотят, а я буду прощупывать реальную позицию Марии Федоровны, уж слишком она активной стала.
 Глава 20 
В беготне, когда занят и нет возможности просто поднять голову и оглядеться по сторонам, время летит незаметно. Вот только был понедельник, а, глянув на календарь, понимаешь, что пора срывать листок с надписью "пятница". Пролетело больше недели в постоянной беготне, согласованиях, переговорах, выставлении ультиматумов.