Достойны ли мы отцов и дедов (СИ)
Он замолчал, пытаясь подобрать ответ.
— Я пока ничего не могу сказать определенного.
— Вот и я про то. Просто у меня есть весьма и весьма интересные новости, но в свете последних событий…
— Я понимаю. Мы найдем, откуда произошла утечка информации.
— Надеюсь. Учитывая множество вот таких несуразностей за последнее время, у меня появилось стойкое чувство, что у вас, Павел Анатольевич, ну точнее не у вас лично, а в СССР есть неплохо законспирированная сеть, способная влиять на события на стратегическом уровне.
Судоплатов не смутился.
— Мы тоже такого мнения. Просто есть много моментов, которые касаются и разгрома Красной Армии лета-осени этого года, и нападения на вас, и вроде как мелких ошибок следственных органов, поспешно расстрелявших тех или иных товарищей, но, в общем, все это вело к тяжелым последствиям для советского народа. Особенно это видно, если весьма вдумчиво проанализировать нынешнее положение и сравнить с переданной вами информацией. Мы ищем, и есть определенные наработки, что наши внутренние враги не заинтересованы в полном проигрыше в этой войне. Скорее всего, они хотели устроить разгром РККА и, используя это как предлог, сместить высшее руководство страны и захватить власть. У них не получилось. Про вас они точно знают и пытаются хоть как-то помешать. Мы работаем, Сергей Иванович. Поверьте, никто не уйдет от возмездия.
— Хорошо. Хотя нынешнее положение вещей мне очень не нравится, но мы в одной лодке. Хотя…
— Договаривайте, раз начали.
— На меня давят, чтоб начать поиск в более ранние времена. Полное переселение в этот мир многим нашим владетелям не нравится, ведь здесь они все равно будут на вторых ролях под жестким контролем.
— Мы это знали, Сергей Иванович. Точнее предполагали с высокой вероятностью. Но в данный момент пока вы не нашли прохода в другие миры, у ваших друзей просто нет другого выхода. И как, вы нашли?
Последний вопрос был задан с напряжением в голосе.
— Нет, — соврал я, — сделано открытие, но немного в другой области.
— Какое? — судя по тону, он очень заинтересовался.
— Телепортация громоздких объектов. Теперь переброска кораблей, зданий или даже целых заводов становится возможным делом.
— Ого, так вот над чем вы трудились в последнее время и отправляли под Севастополь куски льда?
— Да. И в качестве проверки есть предложение устроить переброску атомной подводной лодки, на которой прибыл представитель ФСБ РФ.
Судоплатов неопределенно хмыкнул, обдумывая мое предложение.
— Если это удастся, то…
— Вы получите мощный океанский рейдер, способный решать стратегические задачи. Он со своими поисковыми системами в прямом смысле слова способен устроить настоящую резню любому флоту мира. Естественно, при умелом управлении…
Судоплатов уже спокойным тоном, можно даже сказать, деловым, спросил:
— Что для этого нужно?
— Капитан корабля сейчас в Усадьбе консультирует Кузнецова по перспективам развития подводного флота и флота вообще. Надо бы с ним плотно поработать на предмет перехода служить Советскому Союзу. Судя по возрасту, он учился и, может даже, начинал служить еще при Союзе, а значит, давал присягу СССР.
— Сколько у нас времени?
— Чем быстрее, тем лучше. Завтра должен прилететь министр обороны, видимо для серьезных переговоров, а как после этого повернется ситуация, я не могу спрогнозировать. Не исключаю даже враждебных действий, начиная с попытки силового захвата до прямого ядерного удара, в случае если им удалось восстановить свою программу путешествий во времени.
— Я не знал.
— Политика. У нас…
Я не успел закончить. В наушниках пиликнул сигнал вызова от наблюдателя:
— Вижу машину. Пять человек. Два впереди и три сзади. Заложник, скорее всего, сзади зажат охранниками.
Отжав тангенту, ответил:
— Вас понял. Пропускаете машину, следите за дорогой.
— Всем. Снайпера — водитель и пассажир впереди. Если есть возможность, пассажира ранить. Штурмовой группе — захват. Постарайтесь работать аккуратно, нужны "языки". Вряд ли пиндосы за оружие схватятся, они тут непуганые…
Вот теперь начинается самое интересное. Все напряглись, ожидая машины. Опять медленно текли секунды, пока лес не осветился светом фар и до нас донесся звук натужно работающего двигателя. Еще несколько секунд и среди деревьев показалась долгожданная машина, похожая на "Виллис" времен войны, только чуть длиннее, с брезентовым тентом.
Я не слышал выстрелов снайперов, только машина вильнула в сторону и ткнулась бампером в сугроб и, урча двигателем, замерла. Тут же прямо из снега на обочине дороги повыскакивали белые фигуры и быстро подбежали, почти синхронно открыли двери, и как котят по-выхватывали пассажиров из салона, нанося резкие точные удары. Несколько секунд, сопровождаемых тихими вскриками пинаемых тяжелыми армейскими ботинками американцев, и они, со стянутыми обычными для нашего времени пластиковыми стяжками руками, уже стояли на коленях, с ужасом смотря на бойцов в зимнем камуфляже, с необычными приборами на головах.
Мы с Судоплатовым подбежали, когда все было кончено и один из моих людей рылся в карманах фэбээровца, в поисках ключа от наручников, которыми сковали Дегтярева. Этот военно-морской ухарь украинского розлива как ни в чем не бывало спокойно стоял возле машины и на английском языке пояснял в привычной для него манере:
— Ну вот и надо было оно вам? Я жеж говорил, пожалеете, так нет же, по морозу поперлись.
Дальше все было по плану: пленных загрузили в машину и проехали по дороге вперед около километра, где было хорошее место для посадки вертолета с маяком. А нам пришлось немного пробежаться. После активации установки по выпущенному пандусу загнали машину в бункер, а вертолеты, сделав пару кругов, поднялись повыше и направились в сторону аэродрома…
В ночном небе скрылись два самолета. Один частной американской авиакомпании, увозящий Олега Дегтярева и его группу, уменьшившуюся на одного человека, которого из-за побоев пришлось на время отстранить от задания. А второй, наш, возвращающийся в воздушное пространство Советского Союза. Где-то над морем пилоты из специального авиаотряда НКВД должны выйти в эфир и чуть ли не открытым текстом сообщить, что в Штатах на них напали немецкие диверсанты, и они успели взлететь на поврежденном самолете, и до берега не дотянут и, скорее всего, упадут в точке с координатами… взятыми с потолка.
В этот раз мы более основательно подошли к решению проблемы оперативного прикрытия и предусмотрительно приняли меры. Хитрый и изобретательный Артемьев, по моему приказу, несколько раз смотавшись в бункер, соорудил два натуральных пояса шахида с системой неизвлекаемости и дистанционным подрывом. Один из них надел на летчика, а второй демонстративно подорвал, показывая, что может случиться, если кое-кто полетит не туда и завезет людей не в Мексику, а, допустим, на прием лично к товарищу Гуверу, директору ФБР. Но при этом был и пряник в виде солидной стопки долларов, которую американский летун получил в качестве успокоительного лекарства.
Как по заказу резко начала портиться погода, и нам пришлось уже при сильном ветре и снегопаде так искусно спрятать в лесу три трупа немецких диверсантов в родной форме, маскхалатах и с натуральным оружием, чтоб потом их с некоторым трудом, но нашли. Тут ни к чему не подкопаешься — немцы были самыми натуральными. Это были солдаты разведывательно-диверсионной группы Абвера, которая в районе Клина попыталась напасть на штаб стрелковой дивизии, но была блокирована и частично уничтожена. Командир и три бойца попали в плен. Особой надобности в них уже не было, после того как гауптману вкололи сыворотку правды и он запел соловьем, поэтому немцев провели через порталы на этот аэродром и пристрелили из трофейного американского оружия, создавая определенную видимость боя. Вот пусть янки и думают, как фашисты оказались у них на Аляске, как вырезали взвод пиндосовской солдатни и куда делись тела, машины, самолеты, с учетом того, что все, что могло гореть — уже горело. Пока они будут искать агентов ФБР и капитана Адамса с его оловянными солдатиками, наш самолет успеет благополучно пересечь территорию США и, как сотни преступников, скрыться в Мексике.