Достойны ли мы отцов и дедов (СИ)
Приняв участие в боевых операциях в прошлом, тот же Лукичев со Щедрым получили такой заряд бодрости, что оба, забросив все дела, забрали для своих нужд Р-5, который мы снова перетащили в наше время, и улетели готовиться к переселению в новый чистый мир. Уже вечером, естественно по согласованию со мной, ожидался подход передовых подразделений десантно-штурмового батальона аэромобильной бригады, так сказать, первой ласточки, причем со всеми средствами усиления и огромным обозом с семьями, родственниками и кучей нужных вещей, причем, судя по информации Лукичева, народ вполне серьезно был настроен сражаться.
Пока первая экспериментальная установка-маяк летела в Москву, я озадачился постройкой второй такой же, более компактной и по возможности разборной, чтобы отправить ее с Дегтяревым в Антарктиду, и в принципе рассматривался вариант выброски установки и оператора с парашютом.
В это же время мы отправили АН-124 "Руслан" обратно, основательно одарив пилотов свежими натуральными продуктами, с пожеланием привезти в следующий раз еще парочку вертолетов и побольше к ним боеприпасов и запасных частей. В ближайшее время разработанным еще в советские времена боевым летающим машинам придется потрудиться для нашей Родины, хотя и в другом времени.
Когда я заканчивал каркас для новой установки-маяка, на связь вышла Москва, подтвердив, что груз прибыл по назначению и у высшего руководства есть желание проверить работу системы транспортировки, тем более у нас уже имелось два бомбардировщика, переделанных в ночных охотников для обороны неба столицы. Тонкий намек я понял и, в принципе, был вполне согласен с желанием проверить работу системы. Дав команду на подготовку к транспортировке двух готовых тяжелых высотных ночных охотников, отправил сообщение о готовности принять синхронизирующий сигнал через два часа, когда как раз будут готовы самолеты для транспортировки.
Все прошло как-то буднично: самолеты с демонтированными крыльями были отбуксированы в зал, где стояла большая установка, я в нужное время настроил систему, немного повозился с поиском сигнала, и, найдя его, дал команду на пробой пространства и времени. Выехала штанга с антенной и камерой, показала кусок взлетного поля, где невдалеке стояли несколько машин с людьми в характерной форме, и моего Воропаева, ожидающего появления портала. Накинув бушлат и поверх него разгрузку, я подхватил автомат и, пройдя через портал, в сопровождении Карева, спустился по пандусу на аэродром под Москвой, где меня лично встречал все тот же неизменный Судоплатов. В стороне, где стояли три легковые машины, хлопнули двери и ко мне направился собственной персоной Лаврентий Павлович Берия, только недавно улетевший из поселка под Оренбургом.
Обученные команды, получив разрешение, аккуратно скатили по пандусу два модернизированных бомбардировщика, и началась процедура передачи техники местным специалистам.
Стоя в сторонке с двумя высокопоставленными офицерами НКВД, мы, тихо переговариваясь, обсуждали возможности использования установки.
— Сергей Иванович, вот чем вы мне нравитесь, так это способностью всегда делать сюрпризы, но я не думал, что все будет так просто. Как вы отнесетесь к тому, чтобы использовать ваше изобретение на пользу Родине?
— Вы имеете в виду Вяземский и Брянский котлы?
— Но вы сами об этом давно намекаете. Я понимаю, родственные связи, тем более достоверно известно, что ваш прадед в настоящий момент находится именно в составе окруженной под Вязьмой группировки.
— Я согласен.
— Как тогда можно использовать вашу установку?
— Думаю, нужно использовать севастопольский опыт. Перебрасываем на плацдарм танки, артиллерию, системы радиолокационной разведки, обеспечиваем относительную безопасность и начинаем вывод раненых, переброску боеприпасов, оружия и горючего, но для начала все это нужно сконцентрировать под Оренбургом.
— Мы тоже так думаем, поэтому придется часть грузов, предусмотренных для Севастополя, перенаправить в котел, тем более после того как ваши вертолеты прошлись по немецким аэродромам, доставка грузов морем становится относительно безопасной. Но как вы видите доставку маяка под Вязьму? Выбросить с парашютом?
— Нет. Оборудование слишком хрупкое. Я предполагаю это производить в два этапа: сначала один из вертолетов в Подмосковье, потом переброска к линии фронта и рывок к котлу. Кстати, кто там командует обороной?
— Как было в вашей истории — генерал-лейтенант Лукин…
Глянув на часы — портал открыт уже двадцать пять минут, подходит критическое время, поэтому быстро сказал:
— Лаврентий Павлович, время, пора закрывать портал…
Вернувшись в наше время, вызвал подразделение, которое развлекалось под Севастополем, и дал команду на переброску одного вертолета с командой обеспечения в наше время. Уже когда боевая машина, со снятыми лопастями, с накрытыми чехлами турбинами, была на специальной платформе доставлена в зал с большой установкой, я сообщил российским пилотам нынешнее задание. Это был восторг! Тридцатипятилетние дядьки, имеющие немалый опыт боев в нашем времени, как мальчишки обрадовались возможности покуролесить под Москвой 41-го года, и для них возможность спасти советских воинов, окруженных под Вязьмой и Брянском, была большой честью, за что они абсолютно серьезно меня благодарили.
Пока было время, я озаботился производством сменных волновых линз для маяка, предполагая большую транспортную нагрузку на систему, при этом собранные грузы для Севастополя забирались с нашей базы под Оренбургом и складировались на платформы в большом зале возле основной установки, через которую мы будем переправлять грузы окруженной группировке.
Анализируя ситуацию, пришел к выводу, что и тут нужно будет привлечь профессионалов, поэтому вызвал Лукичева со Щедрым. И два полковника, только недавно по полной оттягивающихся в окрестностях осажденного Севастополя, сначала недовольно бурчали, но когда поняли, чем они будут заниматься, быстренько сориентировались и потребовали перебросить под Вязьму и второй вертолет, на случай, если супостаты повредят или собьют одну из машин. Также были привлечены несколько групп нашего спецназа, которые уже пару суток шустрили в окрестностях Симферополя 41-го года, уничтожая всю инфраструктуру снабжения немецкой армии в Крыму На третьи сутки все пять основных паровозов, о которых в своих мемуарах писал Манштейн, как об единственных помощниках в снабжении его армии, были уничтожены, как и те три, которые были дополнительно привлечены. По выкладкам специалистов, 11-я армия была парализована на ближайшую неделю и части 51-й армии начали массированное наступление с плацдарма на Керченском полуострове в сторону Старого Крыма.
В итоге все наши мобильные силы, которые принимали участие в боевых столкновениях в Крыму, были выведены и на данный момент готовились к новым боям. Мне представлялось, что недавние приключения под Севастополем были всего лишь тренировкой перед нашим вмешательством в операцию "Тайфун", которая развивалась по более мягкому сценарию, чем в нашем времени. Но тем не менее положение на фронте было критическое, и немцы сумели сконцентрировать такое огромное количество войск на московском направлении, что в полосе основных ударов атакующие дивизии Вермахта наступали на полосе три-четыре километра, что позволяло им добиваться огромного численного превосходства на стратегических направлениях. К тому же октябрьская распутица уже прошла, и легкий морозец приморозил грязь, так мешающую наступлению, и немецкие ударные колонны снова приобрели преимущество в скорости продвижения.
Вяземская окруженная группировка возглавлялась генерал-лейтенантом Лукиным Михаилом Федоровичем. В нашей истории он весьма мастерски дрался в смоленском окружении и сумел вывести войска, затем уже в Вяземском котле пытался организовать прорыв, но был тяжело ранен и без сознания попал в плен, где ему ампутировали ногу. Но он выжил, и был освобожден нашими войсками в 45-м году и после проверки даже восстановлен в рядах РККА и дожил до 1970 года.