Достойны ли мы отцов и дедов (СИ)

Молодой, вертя головой, усиленно соображая, спросил:
— Товарищ майор, но насколько я помню, в сорок первом осенью город был окружен немцами.
— Да, город в осаде. И мы, с нашими танками, пушками, "Градом", частенько помогаем предкам отражать немецкие атаки. Вот так вот.
Опять недоумение. Они до конца не поверили.
— И как мы здесь оказались, товарищ майор?
Я не удержался и усмехнулся. Хотя, может быть, это для меня, человека, который скачет по временам, как белка с ветки на ветку, путешествия во времени уже обыденность.
— Мы построили машину времени и уже несколько месяцев напрямую общаемся с руководством СССР. И наш портал как раз выходит на территорию осажденного Севастополя. У нас уже давно налажена система эвакуации людей из нашего мира в Советский Союз. Наши современники участвуют в организации вычислительных центров, помогают строить заводы, фабрики. Когда надо, мы деремся с немцами. Это именно то, что мы предлагаем тем людям, которые к нам присоединились — жить в чистом, не отравленном мире и помогать нашим предкам избежать тех потерь, которые были в нашей истории.
И, естественно, нарвался на вопрос, который задают абсолютно все новички, попавшие в прошлое, оказавшиеся жертвами идеологической антисоветской пропаганды.
— А как же Сталин?
Не смог удержаться от усмешки. С моря налетел порыв сильного холодного ветра, но я наслаждался свежестью и чистотой воздуха.
— А что Сталин? Он человек, причем весьма умный, дальновидный и разумный, прекрасно понимающий, какие возможности ему дают контакты с людьми из будущего. Руки по локоть в крови? А вы, положа руку на сердце, скажите, у кого из современных политиков не так? Сколько они обрекали людей на смерть, впуская в страну химическую курятину, генномодифицированные продукты, испытывали на наших людях для иностранных фармацевтических компаний препараты? Просто все это сопровождалось улыбочками, демократическими лозунгами и обычной мишурой, за которой мерзавцы прятали свои деяния. А нас Советский Союз снабжает продуктами, горючим, боеприпасами, а мы помогаем информацией, технологиями, несколько раз применяли нашу боевую технику и вламывали немцам. Вот поэтому люди к нам и идут из вашей структуры, из военно-морской разведки, из спецподразделений внутренних войск. А теперь подумайте, хотите ли вы возвращаться в ваши затхлые бункеры, хотите ли вы, чтобы ваши семьи, жены, дети, задыхались в загаженном мире и всю оставшуюся недолгую жизнь ходили в ОЗК и противогазе? В общем, так, вернитесь в бронетранспортер, снимите с себя эту химическую сбрую и можете полчаса погулять по набережной. Хотите, возьмите какие-нибудь материальные доказательства, а то потом будете думать, что мы вас обработали наркотиком и наложили ложные воспоминания. Потом, после возвращения, у вас будет время подумать, а сейчас дышите и наслаждайтесь. Я, когда в первый раз перешел в этот мир, час просто лежал и наслаждался чистым воздухом, без запахов плесени, туалета и прелой воды.
С моря дул пронзительный ветер, и с грохотом о набережную разбивались неслабые волны, долетая до нас холодными брызгами. Но тем не менее все это производило впечатление не только на новоявленных путешественников во времени, но и я, и несколько моих спутников с наслаждением подставляли лица свежему, даже, можно сказать, пронизывающему ветру.
Когда мы уже возвращались, для закрепления впечатления я попросил одного из сопровождающих организовать нам ужин в одной из частей Севастопольского гарнизона. Так и получилось, что мы вместе с матросами, держащими оборону недалеко от Инкермана, получили по котелку с горячей кашей из стоящей невдалеке дышащей жаром полевой кухни. Изголодавшиеся бойцы с таким удовольствием трескали чистый натуральный продукт, что аж за ушами хрустело. Когда мы, наполненные впечатлениями, возвращались, я как бы между прочим снова завел разговор и сказал, что порталы и систему перемещения во времени мы никому не отдадим, вплоть до подрыва тактического ядерного боеприпаса. Все это аргументировалось тем, что мы не хотим, чтобы продажные уроды нашего времени в дорогих костюмах или носящие лампасы, похоронили нашу историю. Основной посыл всей этой речи был таков — любая попытка захвата обречена. В живых не дадимся и аппаратуру уничтожим.
 
Вернувшись на Базу, я встретился с Васильевым, который обеспечивал систему безопасности бункера и в данный момент с нетерпением ждал результатов моей поездки. Увидев меня, он нетерпеливо спросил:
— Ну как они?
— Во всяком случае, неизгладимое впечатление на них произведено. Теперь задумчиво сидят в камере и держат в руках бутылки с морской водой и что-то тихо обсуждают.
— Пусть обсуждают. На всякий случай попишем их, может, что-то новое узнаем, хотя тут и так все понятно.
— Вадик, ты обязательно прогони их через детектор лжи. Ребята вроде адекватные, семейные, но кто его знает, может быть, их нам подсунули. Вообще-то я не сомневаюсь, что они теперь на нашей стороне, но вдруг все-таки подстава. Когда созреют, оговори с ними порядок связи, где и как лучше эвакуировать их семьи, на этом обязательно акцентируй внимание. Собери информацию о руководстве и о возможных неприятностях в будущем, которые могут у нас возникнуть — их же не зря сюда прислали…
Время шло, даже не шло, а убегало. Поэтому, переложив некоторые обязанности на своих нынешних заместителей, я в сопровождении охраны переехал в бункер внутряков, где принялся заканчивать работу с новой большой установкой. За это время там уже установили сервера системы управления порталом и видеонаблюдения, систему дистанционного управления безопасностью. Тут уже находился постоянный пост вооруженной охраны, входящей в подразделения быстрого реагирования.
Тепловоз, двигатель которого должен был использоваться в качестве энергосистемы портала, уже стоял на своем месте и был готов к работе. В сам бункер силами строительного батальона проложили железнодорожную колею, по которой можно было проводить целые составы со снаряжением. Теперь дело было за мной: закончить монтаж установки, настроить распределение энергии по вибрационным контурам и откалибровать волновую линзу. Но самое главное, это найти подходящую точку выхода, чтобы рядом не было ни немцев, ни китайцев, ни японцев, ни остальных, кто мечтает отгрызть от нашей страны кусок территории.
На следующий день, когда я, накачанный очередной чашкой свежезаваренного кофе, сидел и мучился с алгоритмами калибровки энергетики портала, ко мне приехал капитан Васильев.
— Привет, Вадик, как там наши новые друзья?
Он озабоченно потер шею и исподлобья глянул на меня.
— Да там не все так просто, как мы думали.
— В чем проблема-то? Давай рассказывай, вижу, что какие-то косяки повылазили.
Он, скривившись, начал рассказывать.
— Договорились, определили частоты связи, получил кое-какую информацию об их руководстве. В итоге даже подписали договоренность о добровольной работе. Оказалось, ребята из антитеррора управления СБУ по Николаевской области, а вот командир группы и его зам из Киева. В общем, я их отпустил, а через пять часов возвращаются голубчики, причем не одни, а со своим командиром и его заместителем, которых они достаточно жестко спеленали.
Я, загруженный научными проблемами, слушал вполуха, поэтому спросил, точнее констатировал:
— Что они там не поделили?
— Их командир оказался весьма предан своему руководству и национальной идее, поэтому принял бывших пленных с большим подозрением, и когда те стали агитировать остальных бойцов группы, решил их нейтрализовать, перед этим известив свое руководство. В общем, Киев теперь однозначно знает, что у нас есть методика перетягивания даже элитных, подготовленных бойцов на свою сторону.
— Так они это и раньше знали. Вон сколько примеров: и Черненко, и морские спецназовцы, и херсонцы, не думаю, что это такая уж большая проблема.
— Да, конечно, только группа специально подбиралась из особо проверенных и доверенных людей, прошедших специальную психологическую подготовку. И по рассказам наших новых знакомых, теперь с нами особо церемониться не будут. Судя по реакции командира группы, его основным заданием было как раз удостовериться в наличии у нас методик перетягивания к себе бойцов элитных подразделений. И выходит, само наличие такой методики они подтвердили.