Достойны ли мы отцов и дедов (СИ)

Он затянулся сигаретой, выпустил дым и повернул голову:
— Я слушаю.
— Что у нас на фронтах?
— Каких именно?
— Меня интересует состояние на севере Крыма и положение группировки, окруженной под Борисполем.
Он, как бы соглашаясь, кивнул головой.
— Что, уже знаете?
— О чем?
— Оборона под Ишунью прорвана, ночью немцы вошли в Симферополь. Под Бахчисараем уже были стычки с моторизованной разведкой гитлеровцев.
— Ну, это мы ожидали. А под Борисполем?
— Плохо. Немцы начали операцию по уничтожению окруженной группировки. А к чему вы спрашиваете?
— А к тому, что мне нужно срочно лететь к первой точке выхода. А еще лучше ко второй, под Фастовом. Там вряд ли будут ждать.
— Есть соображения?
— Да.
— Излагайте.
— Все просто. Враг, или группа врагов, что скорее всего, ставит своей задачей проигрыш Советского Союза на первом этапе войны. Пока не знаю, какие цели они перед собой ставят, но это явно не немецкие агенты. И не англичане. Это свои гниды.
— С чего взяли?
— Свои. Точно. Скорее всего, им нужно устроить проигрыш на начальном этапе или цепь серьезных поражений, чтоб сместить Сталина. Может быть, они как-то с союзниками связаны, но не думаю, что той же Англии или США сейчас выгодны такие катастрофические поражения СССР или вообще поражение в войне. Тогда они остаются один на один против Гитлера, который получит в свое распоряжение всю сырьевую и производственную базу Советского Союза. Нет, тут на кону стоит передел власти в стране.
Судоплатов молчал, анализируя мою информацию, попыхивая сигаретой.
— И как это стыкуется с нынешней ситуацией?
— В нашей истории был критический момент в войне, когда немцы рвались к бакинской нефти. Если б они захватили месторождения, то СССР остался бы без горючего. Вот и подумайте, простой план: захват Крыма, Краснодарский край, Кавказ и нефть. Крым — это ворота на Кавказ. А теперь представим, что эти люди получают информацию о нашем существовании, возможностях и в некоторой степени об истории операций этой войны. То, что мы плотно работаем с вами — это факт, и помешать они уже не в состоянии. Даже если убьют меня, вас, все равно контакт будет продолжаться по одной простой причине — это выгодно обеим сторонам, жизненно выгодно. И что делать в такой ситуации? Правильно, пропустить немцев к нефтяным месторождениям. А как это сделать? Крым и так плохо защищен, но немцам пришлось попыхтеть, чтобы прорвать оборону. А тут ожидается переброска восьмидесятитысячной группировки, окруженной под Борисполем, которую они уже списали со счетов. Тогда Крым точно будет не так просто сдать немцам. Поэтому я думаю, что основной смысл всей этой возни — протянуть время и позволить гитлеровцам уничтожить окруженную группировку и не позволить ее перебросить в Крым. Вот и все, и как по мне, так у них это почти получилось. Мы три дня потеряли неизвестно на что. А там за это время погибло куча народа.
— Но ведь в вашей истории наступление удалось остановить. И войну выиграть.
— Да, конечно, это факт, причем неоспоримый. Но тем не менее было много интересных моментов, когда принимались явно неправильные, точнее вредительские решения. Если покопаться глубоко, тщательно, то можно нарыть не безрассудство, а преступный замысел, точнее планомерный саботаж. Я думаю, что в нашей истории госбезопасность что-то нарыла, а скорее всего народ нелогично, глупо, в их понимании, дрался до последнего, не обращая внимания на приказы сдавать города и отступать. Но факт остается фактом: иуды, ответственные за поражения, скорее всего, были отстранены впоследствии от власти и управления войсками и уже не могли влиять на ход войны. А в нашей ситуации они, узнав про нас, пошли ва-банк. Смысл в новых танках, самолетах, когда их заправлять нечем.
Судоплатов заскрипел зубами. И тихо, как бы для себя, вслух проговорил:
— И германцам сливают информацию о реальном состоянии войск в "котле" и о том, что поддержки не будет. Может даже, еще карты с расположением частей предоставили.
— Не исключаю. Но сам факт начала масштабного наступления, причем так синхронно и вовремя, настораживает.
 
— Хорошо, я вас понял. Когда думаете вылетать?
— Чем раньше, тем лучше. Только про изменение точки высадки лучше никому не говорить. Это изменим в самый последний момент, когда самолет после заправки будет вылетать из-под Николаева, где, как я понял, ждет специальная группа обеспечения…
 Глава 11 
Снаружи бушевал ураган, выворачивая с корнями остатки умершего сада. Ветер поднимал в воздух миллионы серых от пепла снежинок, создавая непроходимую стену для любого попытавшегося выйти на улицу. Из-за большого количества окислов металлов в пепле во время таких бурь резко нарушалась радиосвязь, что часто не позволяло оказывать своевременную помощь попавшим в ураган патрулям. Их находили потом, замерзших, сошедших с ума и перестрелявших друг друга в борьбе за крохи пищи, обглоданными мутировавшими крысами и дикими собаками. В этом буйстве серых тонов иногда мелькали ветки, куски кровли, сорванной с домов в поселке. Они с силой стукались в стены полуразрушенной фермы, где уже третий день в замаскированном бронетранспортере отсиживалась группа майора Дегтярева.
Такие ураганы могли длиться неделями, заставляя людей отсиживаться в убежищах. Но Дегтярев и так действовал в режиме жесткого дефицита времени, поэтому такая задержка в реализации плана просто сводила с ума и его самого, и его бойцов.
Хлопнула дверь БТРа, и вовнутрь ввалился прапорщик Чеботаев, обмотанный с ног до головы тряпками, прикрывающими защитный костюм от ударов летающего в воздухе мусора. В этом был смысл: у соседей одному из бойцов сорванным с крыши дома листом оцинковки снесло голову.
После того как Чеботаев снял противогаз, Дегтярев бесцветным голосом спросил:
— Рома, ну что там?
— Да все то же, командир. Ни хрена не видно.
— Ну хоть весь мусор унесло?
— Да. Теперь в воздухе в основном снег да песок. Но в этом есть свой плюс.
— Какой же?
— Все видеокамеры, внешние датчики системы безопасности поста выведены из строя. Если набраться наглости, то можно прямо сейчас туда лезть.
— Чуть попозже. Ты леера натянул?
— До самого крайнего дома.
— Хорошо. Сейчас отдыхай, завтра попытаемся проникнуть в бункер…
Этот небольшой бункер они частенько использовали как перевалочную базу при длительных патрульных выездах. Здесь хранился достаточный запас боеприпасов, продуктов, медикаментов, чтобы обеспечивать группы спецназа, рыскающие по округе. Поэтому именно сюда в первую очередь решился сунуться Дегтярев, прежде чем устанавливать контакты со своими сослуживцами в центральном бункере. Еще до войны под видом строительства водоочистного комплекса было заложено это хранилище, в котором имелась своя артезианская скважина, несколько жилых боксов для личного состава и, главное — продуманная система обороны. Для интеграции в единую сеть в этот бункер провели силовую магистраль, линию ЗАС и оптоволоконную линию. Полазив в свое время по внутренней компьютерной сетке, Дегтярев был в состоянии связаться с нужными ему людьми через общую компьютерную сеть, которая в полной мере являлась некоторым ограниченным аналогом Интернета, использующую в архитектуре всю техническую базу и программное обеспечение, распространенное в мире.
На следующее утро отряд, состоящий из четверых человек, используя для передвижения по улице заблаговременно привязанные стальные леера, двинулся к бункеру. На улице еще бушевал ураган, и ветер был настолько сильным, что люди с трудом удерживались на ногах, прицепившись для страховки альпинистскими карабинами к стальным тросам. Им понадобилось несколько часов, чтоб в серой туче снега и пепла, поднятой ветром, в условиях нулевой видимости, добраться до первого рубежа систем охраны бункера. Большинство датчиков не работало, поэтому без особых приключений они сумели подобраться к резервному входу, который частенько использовала охрана для незаметного выхода на поверхность, в случае непредвиденных ситуаций. Сам вход был замаскирован под дренажную трубу, перекрытую стальной решеткой, выходящую в овраге. Провозившись несколько минут и заблокировав простенькую сигнализацию на открытие первой решетчатой двери, бойцы проникли в помещение тамбура, в котором находился люк, ведущий в небольшую шлюзовую камеру. Вот защита люка как раз и была выполнена на высшем уровне, и преодолеть ее с наскока не получится, поэтому в этом случае необходим абсолютно другой подход. Тут была индивидуальная система идентификации, и Олег вполне мог воспользоваться своим электронным ключом, но тогда эта информация сразу бы ушла в центральный бункер, и его инкогнито было бы нарушено. Поэтому пришлось идти на военную хитрость.