Чужие степи 4 (СИ)

  
Чужие Степи — часть четвертая
   
Глава 1
 
Длинный разбег по когда-то асфальтированной улице, и кукурузник, тяжело скрипя всем своим организмом, с трудом отрывается от земли. 
— Кажись лишка загрузили... Говорил же... — тихонько бормочет дядя Саша, но я его отлично слышу — после того как полностью переделали всю систему связи, переспрашивать по три раза больше не нужно, чувствительность микрофона просто великолепная. 
— Так ты ж сам говорил чтобы больше пихали, нет? — машинально ответив на его возглас, я понимаю что лучше бы этого не делал, и сейчас мне придётся выслушать привычную проповедь, целиком состоящую из ворчаний и обвинений во всех смертных грехах.
Но проповеди почему-то не случилось. Вместо этого, недовольно зыркнув, дядя Саша отключил связь.
«Наверное понял что глупо спорить с очевидным». — подумал я. Ведь обычно мы больше восьми бочек не брали, а тут он решил что с приходом весны можно и побольше нагрузить. Но, в любом случае, мы в небе, и скоро будем дома. 
При мыслях о доме у меня улучшилось настроение. Шутка ли, летели на два дня, а проторчали почти неделю, я даже не представляю с какими глазами покажусь жене. Вылетели в четверг, а сегодня вторник, а значит переживать она начала примерно с вечера субботы, и к сегодняшнему дню уже порядком извелась. 
Такое уже случалось, но обычно если и задерживались, то на день, максимум два. А тут неделя без малого, хочешь не хочешь — запереживаешь. А учитывая что она в курсе проблем с самолётом, который и так-то староват, а в последнее время совсем унывать стал. — вообще нехорошо получается. 
Хотя здесь как ни следи, как не ухаживай, а от поломок никуда не денешься. Тем более что запчастей нет, и почти всё приходится колхозить. Вот и в этот раз, ещё на подлёте к посёлку дядя Саша обратил внимание на посторонний шум в работе мотора, поначалу едва слышный, он всё усиливался, и уже на последних километрах движок зачихал как-то странно, и вообще заглох. Ладно близко были, сели худо-бедно, а случись такое над лесом, даже не знаю, как обернулось бы.
Причину мы, конечно, нашли и устранили, вот только быстро не получилось, уж больно хитрой поломка оказалась. Но не зря говорят — нет худа без добра, хоть и задержались прилично, зато весну ещё раз встретили, прочувствовали, так сказать, процесс пробуждения природы от зимней спячки. Ведь несмотря на небольшое расстояние, климат здесь совершенно другой. В наших краях уже всё цветёт и пахнет, а тут только трава начала зеленеть слегка. А всего-то двести километров севернее.
Но сейчас всё позади, главное что старичок наш опять в небе, покряхтывает, поскрипывает, но везёт так необходимую нам солярку.
Весна, она ведь не только цветочки и бабочки, а ещё и начало посевной. Свои-то участки ладно, лопатой легко справляемся, а вот поля с зерновыми, просто так, уже не обработать, тут техника нужна, а значит и топливо. 
В прошлом году, сеяли ориентируясь на количество посевного материала, весьма скромное количество которого не давало нормально разгуляться, а в этом недостатка семян уже не было, поэтому распахивали по максимуму. 
Картошка, морковь, свёкла, ещё какие-то корнеплоды, кукуруза, куча всякой зелени, я даже названий таких раньше не знал, множество плодовых деревьев, бахча и томаты — аграрные планы на этот год были более чем грандиозные. Особенно поспособствовало такому размаху взятая в поезде лента для капельного полива, две бухты по десять тысяч метров позволяли полить двадцатикилометровый «рядок» без особого напряга. Сам я не вникал как это работает, но говорили что лента позволяет сильно экономить воду без потери качества полива. Так это, или не так, пока непонятно, но, в любом случае, лучше чем ничего.
— Посмотри что с давлением на контрольке. — после десятиминутного молчания, дядя Саша включил-таки гарнитуру. 
Датчик давления масла ломался уже не в первый раз, соответственно и чинился тоже. После третьей или четвертой поломки, решено было поставить дублёра со стороны второго пилота, и вскоре в панели торчало содранное с какого-то джипа электронное табло. 
 
Кроме этого появилось ещё несколько приятных мелочей, немного облегчающих как сам процесс управления, так и вообще нахождение за штурвалом. Кое-что сделал дядя Саша, кое-что я, правда мои новшества наверное не были такими уж значимыми: подсветку где-то поставил, местами вывел дополнительный обдув стекол, и нацепил на кресла чехлы с подогревом.
— Контроль в норме. — пробежавшись взглядом по приборам, отчитался я. 
Дядя Саша кивнул, и протянув руку к окошечку датчика, постучал костяшками пальцев по стеклу.
— Скачет как угорелый. — объяснил он, и снова отключил гарнитуру, продолжая, теперь уже беззвучно, шевелить губами.
Ну и ладно, я не в обиде. Тем более что собеседник из него так себе: то ворчит, то ругается, да и переговорили мы уже о чём только можно. Лучше на землю посмотрю, хоть и забрались высоко, но облаков нет, видно нормально. 
Первое что бросается в глаза — зеленые пятна леса. Он здесь смешанный, и ёлок достаточно много, что сейчас особенно заметно. — Там островок, тут плешка, ещё где-то зелёное пятно. Это летом всё сольётся, а сейчас будто стекла бутылочного на асфальт насыпали, до того контрастно с высоты смотрится. 
Кроме ёлок хорошо видны извивающиеся ленты рек. Широкие и полноводные, особенно по весне, они мало похожи на те речки что я встречал, наведываясь в ту, прошлую Башкирию. Есть там одна речушка, Зилаир называется, давным давно мне довелось побывать на ней. Так вот от местных я услышал легенду, будто в этих краях когда-то Пугачёв ходил со своим воинством, и отступая, не смог её форсировать, настолько она была бурной и многоводной. Но я тогда не поверил, потому как сам легко переехал эту речку вброд на ниве. Теперь, вот, вижу что зря.
Точного места, конечно, не найду, — да и русло скорее всего сменилось не единожды, но мне почему-то кажется что течёт Зилаирка как раз в районе многострадальных курганов, ну или где-то поблизости.
Вот, кстати, и они, — чуть правее по курсу, точат над лесом. Три больших насыпи, и несколько десятков помельче. 
Стоят себе, как ни в чём ни бывало. Этакие вехи стабильности в этом неправильном мире. Чуть что не так, они хоп, и перезагрузились.
Много размышляя о том как скифы могли такое устроить, я так ни до чего и не додумался. — Под каким углом не смотрел, как ни прокручивал, а сомнения всё же оставались. Версий было достаточно, причём не только у меня, и основная часть вполне укладывалась в событийную логику, но без фактов это было так, на уровне фантазий и домыслов. 
Я очень хорошо помню тот день, когда починив самолёт, мы всё же смогли вернуться в посёлок. А там, — подсознательно ожидая чего-то нехорошего, я лишний раз убедился что предчувствия редко меня обманывают. 
Как мы и предполагали, все погибшие члены группы точно так же откатились обратно во времени, и воскресли из мёртвых. Вот только получив жизнь, они потеряли память, и наступили на те же грабли, по новой занявшись грабежом чужих захоронений. — Присказка, про исправление горбатого могилой, отчего-то не сработала.
Но погибли не все, двое в раскопках не участвовали, поэтому, наверное, и выжили, вот только сын Иваныча, к его сожалению, не входил в их число.
Эти двое и рассказали о случившемся, как испугавшись, сами никуда не рыпались, покидая своё убежище лишь в поисках продовольствия. 
И жаль мне их совершенно не было. 
Не скажу что я прямо такой весь из себя правильный, но в том что жадность до добра не доводит, а уж помноженная на тупость, тем более, я много раз имел возможность убедиться. 
Даже если забыть о разграблении чужих могил, — что само по себе кощунственно, хотя и спорно, эти парни, во главе с Иванычем, хотели провернуть всё втихаря, и разделить награбленное своей маленькой компанией. 
И тут оно вроде бы понятно, — золото всегда затмевало людям разум, и случись такое где-нибудь в прежнем мире, я бы не удивился. Но здесь-то, здесь-то для чего оно им? — Сменять при возможности на пачку сигарет и новые аккумуляторы? Купить автомат? Так ведь в город ещё попасть нужно, что пока видится совершенно не реальным. Во всяком случае открыто, за покупками.