Висзерия. Окрик судьбы (СИ)
— Утка, — улыбаясь, протянул руку второй.
Здороваясь с ним, Вайнар странно посмотрел на Балавара и Ракыта.
— Это не мое настоящее имя… Я из племени Крокодила, поэтому отказался как от племени, так и от имени, — прокомментировал он взгляд Вайнара.
— Почему ты не выбрал орочье имя?
— Потому что пока не заслужил его…
— А кто это решает?
— Это решаем мы, — вмешался орк, с которым еще не успел познакомиться Вайнар. — Меня зовут Шамор. Рад знакомству с тобой, вождь племени Варана. — Он потеснил Утку и протянул руку Вайнару. Они оба хоть и поздоровались, взявшись за запястья, все же смотрели серьезно, изучая глаза.
— Я Диривир, — подошел следующий.
— А это Сеговур, — представил Балавар пятого орка, который стоял отстраненно. — Он у нас молчун.
Представленный орк подошел к Вайнару и, сделав неудачную попытку приветливо улыбнуться, поздоровался с ним за запястье.
— Ну и наконец, наш…
— Я сам в силах представиться, — перебил Балавара орк весь в шрамах и с одним закрытым повязкой глазом.
Ракыт ударил локтем в пузо своего друга, но тот этого даже не заметил.
— Меня зовут Лендар, — протянул руку он.
Вайнар хотел его взять за запястье, но тот лишь пожал ладонь.
— Я тренирую этих оболтусов. Добро пожаловать в королевство Дигория. Тебе повезло, что попал именно сюда, к великому королю Демьяну. Давай договоримся на берегу. Вождем ты был там, у себя на континенте. Здесь ты такой же боец, как все. Ты не лучше их, ты не хуже их. У тебя нет привилегий. Если ты это сразу уяснишь, будет лучше для тебя же. Говорим мы на всеобщем языке. Даже между собой.
Шамор улыбнулся ядовитой улыбкой и моргнул Зимару.
— Рад знакомству, — довольно спокойно отреагировал Вайнар. — Я тебя услышал.
— Отрадно слышать, — отпустил руку новичка Лендар. — А сейчас все вернулись за стол и доели свою еду! — приказал он.
— Вождь, садись рядом с нами, — словно щеночек, радовался Балавар.
— Называй его по имени, — сделал замечание Лендар, садясь за свое место.
Здоровяк вопросительно посмотрел на своего вождя.
— Все нормально, друг. Обращайся ко мне по имени. — Вайнар сел между Балаваром и Ракытом.
— Ты, наверное, голоден, но я уже все слопал, — виновато сказал Балавар. — У Ракыта осталось. А ну поделись!
— Благодарю, я не голоден и спокойно дождусь ужина, — похлопал по плечу здоровяка Вайнар.
После обеда соплеменники Вайнара повели его в бойцовский дом, попутно рассказывая про жизнь бойцовского лагеря. Как всегда, говорил Балавар, а Ракыт раздраженно перебивал и поправлял.
Когда они зашли в бойцовский дом, Вайнар увидел десять кроватей, стоявших в два ряда вдоль большой комнаты.
— Свободны эти две. — Балавар пальцем указал на две кровати друг напротив друга ближе к двери.
Вайнар еще раз осмотрел комнату.
— Что насчет кроватей у окна? — Бывший вождь взглядом указал на две кровати в конце комнаты у окон.
— Вождь, мы бы с радостью уступили тебе, если бы они принадлежали нам, — пользуясь тем, что они были в комнате одни, привычно обратился к Вайнару Балавар. — Но на одной спит Лендар, а на другой Шамор.
Вайнару понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, кому принадлежали эти имена. А когда вспомнил, хмуро посмотрел на два окна в конце комнаты.
— Что ж, тогда буду спать на этой. — Он указал на кровать слева от себя.
— О! Это наш ряд с Ракытом! — снова, как ребенок, радовался Балавар. — Смотри, Ракыт, сразу видно — наш вождь!
— О да, как могло быть иначе, — иронично сказал Ракыт.
— Я попрошу Утку поменяться, и тогда мы втроем будем соседями по кроватям, — воодушевленно сказал здоровяк.
Вечером после ужина Вайнар прогуливался наедине с Ракытом по территории бойцовского лагеря.
— Помимо нас троих и Утки из племени Крокодила остальные все принадлежат племени Буйвола?
— Нет. Диривир из племени Мурены.
Ракыт почувствовал удивление своего вождя.
— Он был вором. Поэтому его обрекли на рабство.
Вайнар понимающе кивнул.
— А этот… Лендар. Он всегда такой… такой надменный? — Последнее слово он произнес на орочьем, так как не знал перевода на всеобщий.
— Лендар — хороший мужик. Он, как никто, предан королю Дигории. Дважды выигрывал королевскую бойню и каждый раз отказывался от свободы, оставаясь с Демьяном. После последней бойни, в которой участвовал, лишился глаза и был тяжело ранен. Король его оставил в бойцовском лагере тренером.
— Почему он так предан Демьяну?
— Вождь, нам очень повезло с королем. Демьян очень добр и справедлив к нам. Бойцы в остальных трех королевствах содержатся, как рабы. К ним относятся, как к рабам. Ну, может, только к потенциальным чемпионам более снисходительно. Нас же хорошо кормят. У нас помимо бойцовского дома целый лагерь. К нам относятся, как тут говорят, «по-человечески». Каждый боец мечтает представлять Дигорию.
— Как можно восхвалять того, кто поощряет эту дикость? Когда орк убивает орка?
— Это традиция. Раньше на арене бились люди и…
— Не продолжай, я знаю…
— Король Дигории должен иметь свой бойцовский дом и участвовать в Королевской Бойне. Но могу сказать точно — Демьян близко переживает потерю каждого бойца.
— Ты-то откуда знаешь? Ты еще не успел застать ни одной Королевской Бойни.
— Я все знаю. У Зимара язык без костей. Он уже третий год тут находится.
— Если ты все знаешь, выполнил ли мое задание и разузнал, где Рэйнор?
Ракыт остановился и посмотрел на Вайнара.
— Вождь, посмотри, где я. Разве я мог продолжать выполнять приказ? Наша жизнь никогда не станет прежней. Возможно, мою кровь уже этой осенью впитает песок арены.
Вайнар промолчал.
— Рэйнор может быть где угодно: он мог остаться там в ямах; а может, находится тут — в Светлоплоте, бойцом у остальных трех королевств; его могли отправить даже в Нимирию, совершенно другое королевство, что находится очень далеко отсюда, где проживают люди с темной кожей. И прости меня, мой вождь, но его звезда даже уже может сиять в ночном небе.
— Замолчи! — воскликнул на орочьем Вайнар и схватил соплеменника за горло.
Ракыт взялся за душащую руку вождя и, хрипя, попытался ослабить хватку.
— Прости. — Бывший вождь отпустил его.
Орк громко кашлял и держался за горло.
— Я не хотел. Но Рэйнор жив, и я найду его.
***
— Не верится, что мы добрались, — вдохнул полной грудью Никодим. Он наслаждался ночной прохладой на одном из самых высоких балконов королевского замка, откуда открывался прекрасный вид на множество огоньков, освещавших ночную цитадель.
— Элим рассказал мне, что вы пережили нечто ужасное на орочьем континенте, — сказал король, облокотившись о каменные перила балкона.
— Элиму нужно укоротить язык, он последнее время меня жутко раздражает.
— Не гневайся на него. Ты ведь знаешь, что мне можно довериться.
— Знаю, мой друг, — выдохнул работорговец. — На орочьем континенте вспыхнул бунт, который чуть не лишил меня жизни. Мой корабль сожжен, и я несу огромные убытки. Все, что мне удалось — это купить четырех орков и арендовать место на корабле, чтобы вернуться.
— Тогда почему ты именно мне привез орочьего вождя? Ведь мог продать его куда дороже кому-нибудь из вельмож.
— Я пережил бунт только благодаря Вайнару. Он спас мне жизнь. Да и за то время, что мы были рядом, я очень с ним сблизился. Ты потом поймешь мои слова. — Никодим оперся локтем о перила и посмотрел на короля Дигории.
— Честно признаться, мне хватает бойцов для Королевской Бойни. И я не нуждаюсь в нем.
— Говорю же, я это сделал для него в первую очередь. И знаю, что будет хорошо, если хотя бы в минус не уйду, когда продам его тебе.
— Я тебя не узнаю. — На лице короля появилась добрая улыбка.
— Я сам себя не узнаю. Но точно знаю, что поступаю правильно.
— И сколько ты хочешь? Только давай серьезно, я не буду платить за бойца больше, даже если он вождь.