Висзерия. Окрик судьбы (СИ)

— Обещай навещать меня и рассказывать о новостях из моих земля.
— Краев. Обещаю, приятель.
— Продавай Могавра, Ризера и Даволора королю.
— Это исключено, Вайнар. И даже не проси. Ты меня слышал? Я очень нуждаюсь в средствах. Я потерял корабль, мне пришлось арендовать места в чужом корыте. Каждый раз я возвращался с островов минимум с двадцатью раба… эм… я хотел сказать бойцами, теперь же возвращаюсь с четырьмя, и то включая тебя. Послушай… по твоей просьбе мой кок кормил их той же пищей, что ели мы с тобой. Вместо клетки они плыли сюда в каюте, за которую платил кто? Я. Хватит злоупотреблять моей добротой! У меня, между прочим, дети есть!
— Никодим…
— Я все сказал!
— Господин, вы готовы? — зашел в каюту второй человек работорговца.
— Да, Милий, можете забирать.
Человек дал короткую команду, и в каюту вошли еще трое людей. Она взяли по сумке и вышли из каюты.
— Господин, орка стоит заковать в цепи.
— Орка зовут господин Вайнар. Тебе Элим ничего не рассказал? — прищурился Никодим.
— Доложил. Дело в том, что это нужно, чтобы не привлекать внимание, когда сойдем в порт, а не потому, что мы не доверяем господину… Вайнару.
— Да? Хм… А орки королевства Мурении тоже высаживаются в Светлоплоте в цепях?
— Никак нет, — покраснел застигнутый врасплох человек Никодима.
— Идиоты… Ладно этот тупица Элим, но ты… Милий. — Работорговец приложил ладонь ко лбу.
— Виноват. Хотел, как лучше.
— Вивоват. Хотэл, как лучшэ, — ужасно коверкая слова и неправильно расставляя ударения, передразнил Никодим. — Позаботься лучше о том, чтобы у пристани нас ждала приличная карета.
— Будет сделано! — сказал Милий и исчез так же молниеносно, как и его коллега до этого.
Вайнар вышел из каюты вслед за Никодимом. За все путешествие от островов до Светлоплота он выходил из каюты только по нужде и пару раз на палубу в компании своего временного владельца. Делали они это ночью, потому что капитан корабля был категорически против, как в целом и его команда, чтобы вождь свободно передвигался по кораблю. Они и так жутко бесились от того, что рабы путешествуют в каюте. Но звон монет этот вопрос уладил, и трое орков из рабов под ответственность Вайнара превратились в гостей. Пусть и запертых в каюте.
Снаружи как из ведра лил ливень. Затянутое тучами небо периодически громыхало. Корабль покачивался у пристани.
— Вовремя мы прибыли… — заметил широкоплечий Элим.
— Должно же мне было наконец повезти, — посмотрел в темно-серое небо усатый работорговец.
Пока они не сошли на пристань, команда корабля провожала глазами свободно шагавшего орка.
— Совсем рехнулся, — прокомментировал под нос капитан корабля, державший в зубах потухшую от ливня трубочку с синедымкой.
Вайнар не мог поверить глазам. Хотя порывистый ливень и скрывал настоящие масштабы залива и длину пристаней, тянувшихся от материка, тем не менее ему казалось, будто он попал в другой мир. Он шел вместе с Никодимом за Элимом и Милием, и как ребенок рассматривал все вокруг. Несмотря на то, что было около полудня, из-за непогоды казалось, что дело близится к ночи. В глубине туч сверкнула извилистая линия, а секунд через тридцать громыхнуло так, что они на мгновение присели и схватились за уши. Прежний вождь племени Варана вспомнил ту бурю в яме и дыру, образовавшуюся после нее, которой им так и не довелось воспользоваться.
Он опомнился, когда они ступили на землю. Несмотря на порывистый ливень, залив кишел людьми, которые были поглощены суетой. Большинство из них носилось, разгружая корабли, видимо, опасаясь затопления. В этой однородной массе он начал замечать единицы орков. Все они были вольные, а значит, принадлежали племени Мурены. Наконец он увидел двух орков, скованных одной цепью. Они также несли товар с какого-то корабля. Свист хлыста, опускающегося им на спины, подгонял их.
Вайнар замер. Элим и Милий тревожно переглянулись.
— Обещаю, это не грозит бойцам, которых я доставил сюда, — положил ему на спину свою ладонь работорговец. — Идем, я уже насквозь промок.
 
В небе раздался гром. Он был гораздо слабее предыдущего. Ливень немного стих и перешел в дождь.
— Ты, купи их, — сказал Вайнар, не спуская глаз с несчастных собратьев.
— У меня не осталось средств купить их! И потом, я не могу выкупить всех орков, — возмутился усатый человек. — Наша карета ждет, идем.
Элим поставил одну из сумок на землю и положил руку на плечо Вайнару, чтобы направить его к карете. Вайнар резко дернулся, скинув с себя руку. Элим бросил вторую сумку, Милий сразу две, и они оба обнажили мечи.
— Спокойно, ребят. Спокойно… — растерялся работорговец.
— Куда идти? — повернулся к нему Вайнар.
— А, сюда… — Никодим указал на карету, до которой оставалось несколько шагов.
Прежний вождь развернулся и зашагал к ней уверенным шагом.
— Господин, может, вы передумаете?
— Давайте хотя бы о\наденем на него цепи? — взмолились двое людей Никодима.
— Возьмите себя в руки, — сказал усатый человек. Голос его уже не был таким уверенным.
Пока Элим загружал сумки, Милий открыл дверь для своего господина. Никодим залез внутрь и позвал за собой Вайнара. Тот осторожно сделал то же самое и аккуратно сел рядом.
— Чувствую, дорога будет веселой, — сказал Элим коллеге и залез внутрь, сев напротив орка и своего господина.
— Главное, чтобы не последней, — тревожно сказал Милий себе под нос и посмотрел на просвет, проклевывавшийся сквозь тучи.
***
— Господин, может, заночуем в каком-нибудь добром трактире?
— Исключено Милий, я хочу скорее прибыть в Дигорию.
Вайнар тоскливо вглядывался в сумерки за окном. За последние недели он видел больше, чем за всю жизнь: огромные каменные дома, после которых дворец на острове уже не казался таким величественным; разнообразная одежда, в которую одели его и носили местные жители; эта разная, но безумно вкусная еда из трактиров и харчевен; безграничное количество воды, о которой на его землях только слагают легенды и ждут во время великого возрождения Санры и его спутницы Айи; удивительные изобретения, которым нет счета; кареты, которые они сменили три раза за время своего путешествия. И много чего другого, сразу все и не вспомнишь. Самое удивительное, что люди чаще всего не реагировали на него, видимо, настолько привыкли к оркам.
Когда они пересекали границу королевств Канзарии и Алдора, Вайнар увидел вдалеке, на огромном холме, величественное сооружение. Овальная арена светилась под солнечными лучами прохладного осеннего утра. Даже издалека она настолько захватывала дух, что он впервые за долгое время попытался рукой на шее отыскать нефритовый талисман.
— Красивая, правда? — подошел тогда к нему Никодим.
— Смертельно, — ответил на своем языке орк.
Та часть королевства Алдора, через которую они проезжали, заметно отличалась от Канзарии. Может, потому, что они ехали лишь по окраине, тем не менее здешние дома стояли не так густо и были гораздо ниже. Позже по обе стороны кареты раскинулись бесконечные поля.
За это время Вайнар гораздо лучше стал разговаривать на всеобщем языке. Также он нашел общий язык с Милием и Элимом. С каждым днем чужеземцы казались ему все менее странными.
Спустя четыре дня они остановились в трактире, что стоял на границе между Алдором и Дигорией.
За столом ужинали только Вайнар и Никодим. Элим продолжил путь, чтобы заранее предупредить короля северного королевства о прибытии своего господина. Милию нездоровилось, он остался в комнате.
— Завтра наше длительное путешествие подойдет к концу, — даже немного с грустью сказал подвыпивший работорговец.
— Ты обещал узнать о Рэйноре.
— Помню. Дай мне немного времени оклематься от приключений и дороги, побыть с семьей, детьми, и я сделаю все, что смогу.
— Поторопись.
— Пей свое вино и не командуй мне тут.
Вайнар отпил местного дигорского вина.
— Знаешь… я все хочу спросить… Почему тогда ты спас меня?