Как пламя костра

— Нет. Одно не всегда влечет за собой другое. Я могу понять ваше желание воспитывать дочь, но не стану строить защиту на лжи.
— Я вижусь с Дженни два раза в месяц. Это мало!
— Вы должны попытаться уладить все вопросы с Маршей мирным путем. Предложите ей отпустить Дженни с вами в отпуск — возможно, она согласится. В любом случае решать Марше, опекунство дает ей на это право.
— Уладить полюбовно?! — вскричал Брэд, сжимая кулаки. — Да мы с Маршей и о погоде не можем поговорить, чтобы не разругаться! И вы хотите, чтобы она доверила мне Дженни на целый отпуск! А почему, собственно говоря, и нет? Я не дам пушинке сесть на мою дорогую девочку! Я ее обожаю!
— Если вы так любите дочь, помиритесь с бывшей женой, научитесь обсуждать проблемы без ссор. Существуют посредники, которые могли бы…
— Я не собираюсь обнажать свои чувства перед чужим человеком! — перебил Брэд, впадая в ярость. — Вы хоть раз были у психоаналитика? Сразу видно, что нет, иначе знали бы, что это такое — часами торчать в его кабинете, снова и снова перетряхивая грязное белье!
— В любом случае я не могу взяться за ваше дело. Единственное, в чем могу помочь, — это продлить часы свиданий или сделать ваши встречи с дочерью более частыми.
Брэд вскочил на ноги и выругался.
— Мне нужна моя дочь! Если вы не хотите помочь мне вернуть ее, я обращусь к другому адвокату!
— Это ваше право.
Брэд повернулся и зашагал к двери. Несколько секунд спустя входная дверь с грохотом захлопнулась за ним. Сет сжал виски руками и некоторое время оставался в этой позе, размышляя о том, как несправедливо устроен мир. Почему двое людей не в состоянии расстаться, не причинив друг другу боль?
Внезапная мысль заставила Сета выпрямиться в кресле. Лицо его сияло. Он не мог решить проблемы Брэда Уинстона, зато только что решил свою проблему. Дело об опекунстве больше не являлось преградой между ним и Дарси и не могло препятствовать дальнейшему развитию их отношений.
Он решил, что работа подождет. Нужно было срочно сообщить Дарси эту важную новость.
* * *
Из духовки пахнуло жаром. Дарси ощутила, как струйка пота стекает по груди. Надо совсем выжить из ума, чтобы печь в такую жару, подумала она, вынимая поднос. Впрочем, на то была веская причина: Сет обожал печенье не меньше, чем Дженни.
Жар от раскаленного подноса пробрался через прихватки, и Дарси со стуком поставила его на стол. Она почти уже переложила все печенье на блюдо, когда в дверном проеме кухни появился Брэд. Дарси почувствовала, как волоски на ее руках и шее встали дыбом.
— Как ты здесь оказался?
— Постучал, не услышал ответа и вошел, поскольку дверь была не заперта.
Дарси отключила вытяжку и снова занялась печеньем.
— Я, должно быть, не слышала стука за шумом вентилятора. Что тебе нужно?
— Я пришел кое-что выяснить, — ответил Брэд. — Говорят, в это воскресенье ты оставалась с Дженни. Как могло случиться, что она пострадала? Ты не слишком серьезно относишься к своим обязанностям, Дарси.
— Мне страшно жаль, что так вышло, но поверь, это была случайность!
Хотя доводы Сета успокоили Дарси и ее больше не мучили угрызения совести из-за случившегося с Дженни, она все еще чувствовала себя ужасно, когда вспоминала события того дня.
— Если тебе страшно жаль, может, ты постараешься искупить свою вину? — Брэд выразительно посмотрел на Дарси. — Если бы Дженни была на моем попечении, с ней ничего подобного не случилось бы.
Дарси сразу забыла о своих переживаниях. Больше всего на свете ее раздражало, когда кто-то пытался ею манипулировать. Нельзя сказать, что она презирала или ненавидела Брэда Уинстона, они знали друг друга много лет и были в приятельских отношениях. Хотя он и знал, что Дарси всецело на стороне Марши, все-таки пытался заручиться ее поддержкой.
— Что от меня требуется? — спросила она ровным тоном.
— Убедить Сета Халларана, чтобы представлял меня в суде.
Так, значит, Сет решил не браться за это дело!
— Это невозможно, — сказала Дарси, еле сдерживая радость. — Я не вмешиваюсь в профессиональную деятельность Сета.
 
— Так я и поверил! — хмыкнул Брэд и направился к ней. — Могу на что хочешь поспорить, что ты ему все уши прожужжала о моих недостатках и достоинствах Марши. А между тем никто не знает, даже моя бывшая женушка, что я уже довольно давно хожу в «Клуб анонимных азартных игроков» на групповую терапию и к тому же ежемесячно откладываю для Дженни деньги на высшее образование. И это при том, что я ни разу не уклонился от уплаты алиментов! По-твоему, все это не в счет?
— Это имеет большое значение, Брэд. Хорошо, что ты наконец улаживаешь свои проблемы. Но ты должен доказать, что способен заботиться о дочери.
— Что значит доказать? Пока я буду доказывать, Чак Портер женится на Марше и вотрется в доверие к Дженни настолько, что попросту вычеркнет меня из ее жизни! Я не позволю, чтобы это случилось.
— Но почему она не может любить вас обоих?
— Потому что так не бывает, пойми ты наконец! Для Марши я бывший муж, только и всего, и она ждет не дождется, когда я стану бывшим отцом для Дженни. Пусть Марше достается Чак, а мне — Дженни. Убеди Халларана, что это справедливо.
— Не могу.
— Не можешь или не хочешь? Я ведь способен подать на тебя в суд за телесные повреждения, нанесенные моей дочери.
— Что я слышу? По-моему, это называется «шантаж», — сказал Сет, входя в комнату.
Появление Сета было неожиданностью для Дарси и Брэда. Вид Сета заставил Брэда поспешно отступить на пару шагов от Дарси.
— Шантаж или нет, а я, пожалуй, и в самом деле подам на нее в суд! — сказал он с вызовом.
— Ну и напрасно, — холодно заметил Сет, подошел и демонстративно обнял Дарси за плечи. — Когда дело дойдет до опроса свидетелей, подавляющее большинство будет на стороне Дарси, потому что все знают, как близко к сердцу она принимает обязанности любого рода. Не забывайте и о Дженни. Ей ведь не четыре года, а восемь. Девочка она умная и к тому же очень привязана к Дарси, а потому не станет ее чернить. Взвесьте все это, Уинстон, и выбросьте нелепую затею из головы, пока не поздно. Вам не выиграть это дело. Гораздо умнее будет направить свои усилия на поиск посредника, который поможет вам и Марше достигнуть согласия по всем вопросам, касающимся воспитания ребенка. Через год-другой…
— Ну нет! — перебил Брэд. — Год — это слишком долго. Я найду способ отобрать Дженни, с вами или без вас!
Он вперил в Дарси многозначительный взгляд и вышел не попрощавшись.
— А мне его жаль, — задумчиво заметила девушка. — Он ведь и в самом деле страдает.
— Страдание не оправдывает лжи и шантажа. Надеюсь, он не слишком тебя расстроил.
Дарси заметила, что Сет одет в деловой костюм, и удивилась.
— Кстати, а ты как здесь оказался?
— Ты мне не рада? — усмехнулся он.
— Конечно, рада, но посмотри, в каком я виде и какой здесь беспорядок!
— На мой взгляд, ты выглядишь чудесно… — Он обвел взглядом ее топ и короткие шорты. — Все дело в том…
Он умолк. Дарси ждала, вопросительно приподняв бровь.
— Я пришел с хорошими новостями. Сегодня вечером я отказался браться за дело Брэда, после того как с ним поговорил. Он назначил встречу и на сей раз явился ко мне с выдумкой о том, что Марша оставила Дженни одну, отправившись на ужин. Дескать, потому и случилось несчастье.
— Должно быть, ничего лучшего не пришло ему в голову.
— Давай на сегодня закончим говорить об этой семье, ладно? — Сет провел ладонями вверх-вниз по голым рукам Дарси.
— Тогда о чем мы будем говорить?
— А зачем вообще разговаривать?
Сет прильнул к ее губам жадным поцелуем. Дарси казалась, что дыхание Сета обжигает ее, жар поцелуя проникает в ее тело и раскаляет каждую его клеточку, вызывая в ней жажду любви. Ей хотелось только одного — утолить эту жажду.
Сердце Дарси сладко замирало, как перед крутым подъемом на «американских горках», но она больше не испытывала страха перед близостью с Сетом. Ей хотелось взойти на вершину счастья вместе с ним. Она отстранилась и заглянула Сету в глаза. От возбуждения его зрачки расширились и глаза казались почти черными.