Как пламя костра

— Сколько? — в свою очередь, поинтересовалась Дарси и робко улыбнулась. — Недели хватит?
На этот раз Сет улыбнулся в ответ, и сразу стало ясно, что самый сложный момент разговора остался позади. На лице Сета появилось лукавое выражение.
— Я бы и рад установить срок, но не могу. — Он снова взял Дарси за плечи. — Как у вас в мастерской с элементарной вежливостью?
— Ребята стучатся, прежде чем войти… но входят, не дожидаясь ответа.
— Я только хотел возобновить наше знакомство.
Руки скользнули вниз и за спину, привлекая ее ближе. Глаза Сета смотрели теперь ласково и казались темнее обычного.
— И как ты намерен его возобновить? — с деланным простодушием осведомилась Дарси, снимая с его плеча воображаемую пылинку.
— Ну, не рукопожатием же!
Он перебирал пальцами густые волосы Дарси. Она слегка откинула голову на руки Сета, и, полуприкрыв глаза, наслаждалась прикосновениями. Она снова чувствовала себя желанной.
— Не думаю, чтобы Дэн и Стив оставили нас наедине надолго. Наверняка они видели, как ты тащил меня сюда. Оба они проявили такой большой интерес к нашему субботнему свиданию и буквально осаждали меня вопросами весь вчерашний день.
— Я вовсе не тащил тебя, а лишь поддерживал под руку, — совсем тихо возразил Сет, склоняясь к самым ее губам.
— Это больше напоминало железные тиски, — попыталась возмутиться Дарси.
Но поцелуй заглушил дальнейшие упреки. И это был уже совсем другой поцелуй: он не был пылким или страстным, в нем не было неутомимой жажды обладания. Губы легко касались губ, как будто ласточки парили в небесах.
Наконец Сет отстранился. Дарси заметила, что он взволнован.
— Кто-то сказал, что поцелуй — это музыка чувств, — сказала Дарси и смутилась.
— Тогда в нашем случае это симфония с грохотом литавр, — ответил Сет с ласковой усмешкой. — Надеюсь, ты почувствовала?
— Как я могла не почувствовать!
Дарси поймала его взгляд и поняла, что он имеет в виду. Она вся залилась краской, мысленно ругая себя за то, что завела опасный разговор. Сет засмеялся и стиснул ее в объятиях.
— Почему ты так смущаешься? Что плохого в том, что двоим хочется друг друга? Это не значит, что я буду торопить тебя. Довольно и того, что я знаю о твоем желании.
И в самом деле, Дарси желала его, желала страстно. Но однажды она уже совершила ошибку и не хотела ее повторять. Роман с Гэри тогда закончился беременностью, и сейчас она боялась снова оказаться в затруднительной ситуации, поскольку даже самые лучшие таблетки начинают действовать лишь постепенно, в течение месяца.
— Ожидание утомляет, Сет.
— Ты стоишь того.
Прошло две недели.
Стоя на верхней ступеньке стремянки, размахивая кистью и с трудом удерживая равновесие, Дарси тем не менее была мысленно далеко от шпалеры для цветов, которую красила. Она размышляла о том, по-прежнему ли Сет уверен, что она стоит ожидания.
За это время они четыре раза посетили кружок бального танца и, кроме фокстрота, освоили ча-ча-ча и самбу.
Они встречались и помимо кружка: ужинали в дорогих ресторанах, несколько раз побывали в театре, выбрались на пикник — все это по инициативе Сета. Где бы они ни были, они много шутили и смеялись, поддразнивая друг друга, открывали друг в друге много нового. В конечном счете они стали друзьями… более чем друзьями, и все бы хорошо, но Дарси чувствовала, что Сета по-прежнему пугала возможность эмоциональной зависимости в их отношениях. Поэтому каждый раз, когда Дарси пыталась что-то узнать о его прошлом, перед ней вырастала невидимая преграда: Сет поспешно переводил разговор на другую тему.
Они позволяли себе только поцелуи: страстные и пылкие, нежные и трогательные. Иногда Дарси казалось, что Сет, боясь слов, разговаривает с ней с помощью поцелуев, вкладывая в них всю силу своих чувств. В такие мгновения мир переставал существовать для Сета и Дарси. Но ни разу Сет не нарушил своего обещания: он терпеливо ждал, когда Дарси сама захочет их близости.
— Я закончила, — раздался снизу голосок Дженни. — Ой, а у тебя еще красить и красить!
 
Девочка хихикнула. Это заставило наконец Дарси обратить на нее внимание. Оказывается, Дженни ухитрилась вывозиться в краске с головы до ног: Хорошо, что краска была не масляная.
— Ты иди и начинай отчищать все эти брызги, а я постараюсь быстро закончить оставшийся кусок. Мне еще нужно успеть привести себя в порядок к приходу Сета.
Девочка бросила свою кисть на землю, оставив белую кляксу, и собралась идти в дом, но вдруг раздумала.
— Мама не забыла тебе сказать, что я могу остаться здесь до половины десятого?
— Нет, не забыла, — рассеянно откликнулась Дарси, спеша закончить работу. — Кстати, ты не хочешь сегодня снова поиграть в карты? Сет не откажется составить нам компанию.
— Он мне ужасно нравится! — доверительным шепотом сообщила девочка.
— Мне тоже.
Удовлетворенная совпадением мнений, Дженни направилась в дом. Дверь с громким стуком захлопнулась за ней. Дарси осторожно спустилась, приспособила на место кривоватую крышку от банки с краской и взялась за стремянку, намереваясь вернуть ее на кухню, так как Дженни использовала стремянку, когда доставала печенье с полки. В этот момент послышался крик девочки. Лестница выпала у Дарси из рук, и она со всех ног бросилась в дом на помощь Дженни.
— Что случилось? — спросила девушка, присаживаясь перед ней на корточки. — Ты упала? Ушиблась?
— Рука! Моя рука! Ой, ой, как больно! Я только хотела достать для нас с тобой печенье…
Слезы градом катились по побледневшим щекам девочки. Дарси попробовала отыскать больное место. Стоило коснуться запястья, как Дженни вскрикнула.
— Вот что, позвоню-ка я твоей маме, — решила Дарси. — Кто знает, вдруг у тебя перелом.
— Я не хочу перелом, не хочу! — Дженни разрыдалась еще сильнее, хотя это казалось невозможным. — Мама рассердится, потому что я… мне нужно было тебя слушаться!
— Ничего страшного, рука заживет. — Дарси привлекла ее к себе в попытке хоть немного утешить. — А сейчас попробуй подняться на ноги. Я хочу быть уверена в том, что ты больше ничего себе не повредила.
— Мне нужно было подождать, пока ты вернешь стремянку на место! Но я почти уже была наверху…
Дарси ничего не сказала на это, только помогла Дженни подняться. В упреках не было никакого смысла. К счастью, других травм у девочки не оказалось. Усадив малышку на диван, Дарси принялась искать в телефонной книге номер ресторана, где этим вечером Марша и Чак ужинали с его коллегой. Дженни пыталась сдержать слезы, но, как ни кусала губы, они все равно текли.
Пришлось некоторое время подождать, пока официант позовет Маршу к телефону. От нетерпения Дарси постукивала ногой по полу, время от времени ободряюще улыбаясь Дженни. Когда в трубке прозвучал уже несколько встревоженный голос Марши, она объяснила, что произошло. Они решили, что нужно отвезти Дженни в травматологический пункт для оказания ей первой помощи, а Марша с Чаком выедут туда немедленно.
Положив трубку, Дарси развила бурную деятельность и вскоре уже вводила девочку в раздвижные двери пункта неотложной помощи. Дежурная медсестра укрепила на запястье Дженни пластиковый браслет с именем, потом некоторое время Дарси и девочке пришлось отвечать на ее вопросы. Дарси постаралась предоставить как можно больше информации, относящейся к делу. Другая медсестра провела их в отделение и задернула занавеску вокруг одной из свободных кроватей, превратив окружающее пространство в подобие одноместной палаты. Дарси помогла Дженни облачиться в просторное больничное одеяние, и они уселись ждать доктора.
Появились Марша и Чак, а следом за ними человек в зеленом докторском халате. Лицо Марши осунулось и побледнело, она была встревожена. Дарси, передав Дженни матери с рук на руки, вышла и поначалу просто сидела в комнате ожидания. Ей казалось, что уже прошла целая вечность с той минуты, когда Дженни упала и ушиблась.