И пришла Игра (СИ)
А вот нам приходилось несладко. Мало того, что шли на пределе сил после суточного рейда, так еще и не могли так же просто жертвовать здоровьем. Если бы не фора, нас бы настигли в два счета — по тайге и прогулочным шагом идти нелегко, что уж говорить про бешеный спринт. Но страх смерти подгонял кнутами, и даже вечно устающий гном несся на равных с нэклингом, у которого расовые бонусы к скорости и выносливости. Да, долго так продолжаться не могло, но бежать марафон и не требовалось — просека уже светлела вдали.
Не знаю, сработал ли алгоритм, или игровой интеллект испытывал некое подобие эмоций, но складывалось ощущение, что мы знатно разозлили малявку. Не исключу, что у слуг Цеметры есть своя иерархия, и повелительница трупов мечтала забраться сразу на пару ступеней, одним махом избавившись от центра подготовки ПОБОРа. И то, что простой сельский паренек раскусил хитрый план, могло вызвать жжение даже у виртуального персонажа, пусть никто еще толком не знал, что игровые существа собой представляют.
— Куда теперь? — крикнул Смузи.
— К крыльям!
— И что нам те крылья? На корпусе хотя бы спрятаться можно!
— Не спорь.
Лучник нахмурился от такой наглости, но на перепалку не оставалось ни времени, ни дыхания. Спустился ниже указанной точки — так, чтобы оказаться между хвостом и головной частью и резко развернулся, но палить не стал. И запретил лучнику, когда тот машинально вскинул оружие.
— Стоим и ждем! Панцу — по команде кинешь купол.
— Купол? От такой-то орды?! Нас растопчут в кашу!
— Просто сделай, что прошу!
Прекрасно понимал настроение парня, ведь от грохота множества ног в прямом смысле дрожала земля. Да, это риск и безрассудство еще большие, чем прыжок на циклопа, но иные варианты еще хуже.
— Твою мать… — простонал лекарь, неотрывно глядя на катящийся по узкой полосе черно-серый оползень. — Нам песец…
— Согласна, — Саяна сглотнула, нервно поигрывая топорами. — Вот теперь точно.
— Стоим! — вскинул руку. — И ждем!
Волна даже не думала тормозить, будто взаправду намеревалась вмять нас в щели между поваленными деревьями. И когда орава полностью заполнила просеку, рявкнул во весь дух:
— Давай!
И прежде чем золотое сияние накрыло нас, послал вперед извивающийся протуберанец. В тот же миг навстречу вопящему селю поднялась огненная цунами, за считанные секунды заняв все пространство и выросши выше уцелевших деревьев. Мертвецы вновь уставились на столь обожаемую стихию, не предприняв никаких попыток спастись. Огонь сжирал их до костей, а перед глазами со скоростью звука неслись строчки логов, а когда сдетонировали баки в крыльях, пришлось и вовсе зажмуриться и прижать веки ладонью, чтобы хоть немного отвлечься от каскадов букв и цифр.
Догадка подтвердилась: сканер выдавал ошибку, потому что зомби принадлежали «Алиоре» лишь наполовину, а в остальном полностью подчинялись земным законам. И десятки тонн авиатоплива — пусть разбавленного и частично впитавшегося в грунт — подействовали на них так же, как и на любое другое существо из плоти и крови. Они горели и обретали долгожданный покой, хотя и не так быстро, как обычные люди. Я видел, как силуэты кружились в жуткой агонизирующей пляске, прежде чем рухнуть ничком. Но даже упав, страдальцы протягивали руки к небесам, точно указывая умирающим рядом сородичам на восходящее солнце.
Керосин выгорел очень быстро, и я направился вдоль усыпанной телами и пеплом дороги в окружении тлеющих крон. Из-за долгих дождей тайге ничто не угрожало, но уходить еще рано — оставалось одно незавершенное дельце. Мелкая дрянь тоже попала под раздачу, но в отличие от прислужников почти не пострадала — лишь перепачкалась в саже да чуть опалила волосы. И теперь неспешно карабкалась по трупам, как огретая по башке огромная лягушка.
— Думаешь, победил? — обернулась и смерила меня зловещим взглядом, не прекращая подволакивать ноги. — Таких как я — тысячи! Еще умнее, хитрее и сильнее… — гневная тирада сменилась кашлем. — Вам никогда не одолеть Цеметру! Этот мир — наш!
Взмах руки — и предо мной, хрустя костями и чавкая остатками мяса, поднялись три почерневших скелета. Но эти жалкие кадарвы не имели ничего общего с прыткими и сильными зомби, и скорее олицетворяли предсмертную агонию хозяйки. Вызвал пламенный меч и парой ударов окончательно упокоил вспыхнувшие останки.
— Тысячи миров сопротивлялись, — голос дрогнул и смягчился — тварь то ли запыхалась, то ли тряслась от страха. — Пали все до единого… Так зачем обрекать себя на верную смерть?
Еще две мумии рассыпались и захрустели под ногами. А колдунья (или чем бы это ни было) обернулась и встала на колени, протянув в мольбе грязные исцарапанные ручонки.
— Пожалуйста… Ты же не станешь убивать ребенка?
Клинок с шелестом, как от взмаха факела, скользнул ниже подбородка, и голова с глухим шлепком упала в грязь. А тельце так и осталось стоять, пока вырвавшийся из трахеи черный дым не полыхнул, как бензиновые пары, и медленно излился на окаменевшую плоть.
— Жесть… — бросила Малири, встав рядом.
Остальные тоже подтянулись и уставились на костер, напоминающий вырезанную из угля статую. Об уровнях, опыте, трофеях и прочих игровых темах не заговорил никто.
— Как она есть, — сплюнул мерзкую горечь и зашагал в сторону деревни, опираясь на посох, как дряхлый старик.
Но настоящая жесть только начиналась. По ту сторону портала нас дожидались (а точнее сказать, поджидали) хай-левелы, в том числе трое незнакомых в сопровождении бледной и встревоженной Волчок. Я ожидал нагоняя за пропажу на целые сутки, но мне не дали и рта открыть — накинулись всем скопом, оглушили и спеленали, как младенцев. После чего уложили на каталки, влили по два пузырька снотворного и намертво пристегнули ремнями. И покатили к люку в левое крыло, где с ехидной улыбкой стоял Стужин. И когда я проезжал мимо, полковник наклонился, дохнув водкой и куревом, и прошипел:
— Ну что, ублюдки. Вот вы и попались.
Глава 18. Левый сектор
— Ну что, герой? — из мрака проступило лицо Цеметры. — Готов получить свою награду?
Лик исчез, а хохот гулким эхом прокатился в пустоте. Фиолетовый вихрь обдал шерсть липким теплом, и голос зазвучал отовсюду.
— Я покажу тебе, что они делают с моими людьми. И что совсем скоро ожидает и вас. Ты увидишь все своими глазами, но ничего не почувствуешь. Я же не зверье какое-то, в отличие от тех, кому ты служишь.
Впереди забрезжила круглая прореха, и я не сразу понял, что это мутное окошко. В прочном колпаке над головой загорелась оранжевая лампа, осветив обшарпанное нутро толстостенного стального сосуда, где едва хватало места, чтобы вытянуть руку. Управлять телом не мог, но все слышал, видел и самую малость ощущал — например, холод полуголого тела, горящие легкие и бешеный стук сердца.
Девушка (боковым зрением увидел небольшую грудь) ударила ладонями в обшивку и часто задышала, роняя на мокрый пол капли пота. Кожа незнакомки выглядела так, словно ее натерли пеплом, под острыми ногтями разлилась черная кровь. На запястьях, плечах и сгибах локтей болтались провода и шланги, вживленные прямо в плоть и закрепленные металлическими жгутами.
В окошке замаячил алый огонек — пленница прильнула к стеклу, и я увидел снаружи видеокамеру, а за ней — фигуры в защитных комбинезонах и масках. Исследователи сидели за переносным пультом, и вот один щелкнул тумблером, а другие уставились на крохотные мониторы и заскрипели карандашами в блокнотах.
— Нет! — взревела предательница и захлопала по корпусу. — Хватит, пожалуйста!
Раздался тонкий монотонный писк, отдаленно похожий на ультразвук или звон в ушах. И чем дольше верещало неведомое устройство, тем сильнее набухали вены, постепенно превращаясь в мерзких лоснящихся пиявок.
— Сука… — темная откинулась на спину, прижала ладонь к груди, а предплечье — к глазам. — Хватит…
Писк нарастал, пронзая насквозь. Казалось, каждая клеточка пищала и вибрировала в унисон, вызывая панический страх и непередаваемую жажду выбраться из проклятого цилиндра. Никогда особо не страдал боязнью замкнутых пространств, но сейчас накатило так, что хоть вешайся. Меж тем девушка зашаталась и рухнула на колени, стуча и царапая стенки, хватаясь за горло, извиваясь змеей. Некогда красивая фигура раздулась, как у недельного утопленника, живот и бедра посинели и опухли, точно под кожу мощным насосом закачали воздух. Насосом… Так вот почему уже довольно долго не слышно дыхания — писк издавала работающая помпа, а повреждения намекали на вакуумную декомпрессию. Господи…