И пришла Игра (СИ)

— Так, — попятился, стараясь следить сразу за всеми гостьями — мало ли, вдруг это морок или засада, — И что вы здесь делаете?
— Прячемся, — забавным голоском с ноткой хрипотцы ответила разноглазая и низко поклонилась, держа руки по швам. — Добрый мястер пришел няс спасти?
Девушки потянулись со всего двора, обступая меня плотным кольцом и неотрывно глядя огромными глазищами. Белые, темные, рыжие, полосатые, пятнистые, дымчатые, но все как одна носили черные платьица с кружевными оторочками, пышными юбчонками и накрахмаленными передниками. Никогда прежде не видел в игре ничего подобного, поэтому на всякий случай отступал, пока не врезался спиной в калитку.
— А вы, собственно, кто?
— Прислужницы из гильдии горничных «Звездная кошка», — они разом склонили ушастые головы. — Мы ухаживали за няшим мястером, но он ушел ня войну и не вернулся. А потом невесть как оказались в этом замке, но здешняя сударыня гонит няс прочь, в чужой и страшный мир.
Девушки свели кулачки у груди, точно в молитве, а янтарное глазки заблестели от влаги.
— Ням так страшно, мястер.
А домик Малири в самом деле напоминал средневековую крепость — отделка серым камнем, зубчатая крыша, эркеры и бронированные двери. Вот на втором этаже колыхнулись занавески, щелкнуло поднятое стекло, и в окно чуть ли не до пояса высунулась новая знакомая. Впрочем, опознал ее только по одежде и волосам — лицо скрывал тяжелый гражданский противогаз с боковым фильтром.
— Эй! — подруга махнула рукой. — Выгони этих блохастых, да побыстрее!
Нэклинги прижали уши и понурили плечи, и от единственного взгляда на этих невысоких плюшевых куколок сердце обдало кровью. Хотя сканер без кривотолков и разночтений давал понять — предо мной обычные неписи, у которых и уровней то не нет. Просто массовка, наполняющая города и деревни «Алиоры» подобием жизни. Не знаю, как они смотрелись бы в онлайне, но в реале чересчур напоминали людей, и посох вновь предательски дрогнул.
— А зачем?
— А тебе это, — костяшки постучали по стеклу маски, — ни о чем не говорит? У меня дикая аллергия на кошек! Особенно, когда те размером с человека и загадили шерстью весь двор! Чуть ласты не склеила, пока выгоняла их из дома! Если бы не лечилка — точно бы отъехала!
— Ты уничтожила капсулу?
— Ты дурак?
— Малири! Сейчас зареспились безобидные котики, а если опять полезут монстры?
— Ни хрена ж себе безобидные! Эти заразы хуже чумы! Сожги всех, немедленно!
После этих слов во дворе началась сущая чехарда. Никогда не видели, как ведет себя стая кошек, когда к ней бежит собака? Горничные, распушив хвосты и вздыбив загривки, с протяжным «мя-а-а-а!» рванули кто куда с такой прытью, что от ряби закружилась голова. Одни взмахнули по водосточной трубе, другие юркнули в клумбу, третьи опрокинули дрова для мангала, четвертые изрыхлили когтями газон и поломали цветы. Всюду слышались грохот, звон, шипение, и за считанные секунды напротив не оказалось ни одной цифровой души. Зато тут и там торчали хвостики, уши, а самые смелые милахи с тревогой наблюдали за мной из укрытий.
— Что ты наделал?! — возмутилась хозяйка.
— Я наделал?!
— А кто еще?! Надо было не тормозить, а жечь!
— Издеваешься?! Это же не гоблины!
— И что?! Так даже лучше — меньше возни!
— Молодой человек! — рядом с дочерью встала маман. — Помогите, пожалуйста! Витенька не хочет тратить патроны на этих созданий, а Настенька очень страдает!
А-а… Так вот для чего меня вызвали. Загребать жар чужими руками — очень в духе богачей, ведь трудом праведным не наживешь палат каменных. В иной ситуации развернулся бы и ушел, но, во-первых, без помощи Малири придется туго, а во-вторых, капсула находилась в самом уязвимом положении. А если не разбить точку респа десятого уровня, гоблины покажутся полной ерундой.
И чего я нервничаю, в конце-то концов? Это же обычные мобы, а не разумные существа. Компьютерные программы, не чувствующие боли и не испытывающие эмоций, а только имитирующие их согласно заданному алгоритму. Да каждый второй развлекался тем, что шутки ради вырезал целые мирные города. И ничего страшного — небо не упало на землю, а «злодеев» не настигла кара… А вдруг нападение Цеметры — месть за все подобные приколы? Что если относительно игрового мира неписи очень даже живые, просто люди не могут это осознать из-за ограниченности биологического мозга? Да не, бред какой-то. Эк меня понесло, лишь бы делом не заниматься.
 
Только надо осторожнее жечь, чтобы не спалить и дом заодно. Может, в бассейн всех загнать и утопить? Во всей красе представил, как веду кошечек под конвоем к краю, а затем сталкиваю в воду. Нет уж, к черту такие параллели. Хотя и огнемет из той же оперы. Буржуи гонят работяг с земли, а я — пособник антинародного режима. Блин.
Малири: Ну, долго еще? Скоро задохнусь в этом наморднике.
Пуфель: Сломай капсулу пока не поздно. Вытащи какую-нибудь схему, перережь провода — потом починим.
Малири: Вот же бомж! У нее опечатанный корпус! Я гарантию потеряю.
Пуфель: Ты можешь дом потерять. Или жизнь.
Малири: Вот именно, если кое-кто не избавится от этих вшивых тварей.
Пуфель:…
Малири добавила вас в черный список на двадцать минут.
— Молодой человек! Мы вам заплатим! Пятьсот рублей!
Господи, щедрость-то какая, сейчас расплачусь. Травля клопов обойдется в десять раз дороже, а тут… Отстой.
— Ребят! То есть, девчат. В смысле, котят… Поймите, вам здесь не рады. Насильно мил не будешь, а незваных гостей никто не любит. Почему бы вам просто не найти другой дом? Их тут вдоль улицы — на любой вкус и цвет.
— А если ням и там никто не обрадуется? — разноглазка шмыгнула и потерла кулачками веки.
— Мы же хорошие, — пустила слезу соседка. — Мы гладим, стираем, убираем и готовим. Почему няс гонят прочь?
— Уа-а-а-а…
Теперь из-за каждого ящика, бочки и опрокинутого стула доносился жалобный протяжный плач, от которого хотелось провалиться под землю. Кошечки сели на колени и подвывали, растирая соленую влагу по щекам, и все выглядело столь натурально, что оторопь брала. Какой там сжигать — им и щелбан дать не рискнешь, совесть потом заест.
— Да ладно вам горевать! — не знал, куда бежать и за что хвататься. — Хорошие горничные в большой цене. Местные богачи с радостью вас разберут. В смысле, приютят. Идемте — подыщем вам новых хозяев.
— Не-е-т… — главная труженица обхватила коленки и завалилась на бок, не мигая глядя в никуда. — Так грустно и больно, аж лапки не шевелятся. Лучше убей нас, добрый мястер. Мы бесполезны и никому не нужны.
— Это не так.
— Еще как так! — донеслось из окна. — Сколько можно телиться? Как ты собрался воевать с Цеметрой, герой, блин, недоделанный!
— Может, за «супрастином» сбегать?
— А может подберешь сопли и займешься, наконец, делом?
— Так спустись и помоги! Все равно в противогазе!
— Вот же бестолочь! Неудивительно, почему ты такой нищеброд! Ни на что не способен!
Малири вышла на крыльцо с клевцом на плече и быстрым шагом направилась к беседке. Пинком поставила на попа плаху — толстое полено, на котором кололи дрова, и ткнула пальцем в сторону ближайшей горничной.
— Тащи.
— Сама тащи, — встал поодаль и скрестил руки на груди, всем своим видом давая понять, что не одобряю задуманное и не собираюсь в нем участвовать.
— Неудачник.
Она прошла мимо, и плащ с алым подбоем колыхался на каждом шагу. Схватила ближайшую кошку за шкирку, отволокла к бревну и уложила голову на изрубленный торец. Горничная не сопротивлялась, лишь поджала лапки и хвост и оцепенела, из-за чего напоминала плюшевую игрушку. Только никто не делает игрушки со столь угнетающей печалью в широко распахнутых, остекленевших глазах.
 
— Мя? — коротко мурлыкнула приговоренная, покосившись на палача.
Эльфийка нависла над ней, закинула за спину щит и взяла клевец двумя руками. Повертела, прикидывая, какой стороной лучше ударить — тупой или острой, и остановилась на последней. Наверное решила, что так будет меньше крови и брызжущих во все стороны мозгов.