Вера (СИ)

Следом появляется Василий и со счастливой улыбкой на устах задает вопрос:
— Ты подумала? Пойдешь со мной в кино?
Черт! Совсем забыла про это!
— Вась, прости, но…, - не представляю, как помягче отказать мужчине.
— Но нет? — продолжает улыбаться Василий, но уже печально.
— Нет. Прости меня, Вась. Ты мне очень дорог, как друг. Я не вижу тебя, кем-то больше. Прости.
— Не извиняйся. Ты же не виновата, — запускает руку в волосы и долго смотрит на кабинет начальника. Словно хочет выжечь там дыру. — А Михаила видишь?
Я закусываю губу и активно начинаю жевать. Откуда он догадался.
— Не отвечай и так вижу, что да. Как было бы смешно, если бы не было так грустно, — печально вздыхает Василий. И я чувствую себя такой виноватой. Второй раз отвергаю его.
— Прости, Вась.
— Вер, ты же умная женщина. Должна понимать, что никогда не сможешь конкурировать с его покойной женой. Будешь ходить и зря страдать по нему. А он даже и не заметит этого.
— Вась, он меня сегодня на свидание пригласил, — с обидой в голосе произношу. Неприятно думать, Вася считает мои симпатии глупыми и бесперспективными.
Василий встаёт, как вкопанным и переводит на меня шокированный взгляд.
— Ты шутишь?
— Нет. Это правда. И скоро мы поедем с ним в ресторан.
— Надо же. Не ожидал от Давыдова. Думал так и будет всю жизнь ходить бобылем. Значит ты ему по-настоящему понравилась. И что же мне так не везёт? Второй раз тебя уводят у меня из-под носа.
— Васечка, прости меня, если сможешь.
— Вер, прекрати. Я не держу обиды. Насильно мил не будешь. И хочу, чтобы ты знала, что моё предложение остается в силе. Если будет нужна моя помощь, обращайся. Я всегда с радостью тебе помогу и мальчишкам.
— Спасибо, Вась, — смотрю на расстроенного мужчину и чувствую, как сжимаются мои внутренности в тугой узел. Как жаль, что глупое сердце не хочет биться ради него.
Открывается дверь, выходит Давыдов с портфелем в руках. Мужские губы трогает легкая улыбка, а межбровная морщинка разглаживается. Начальник как-будто лет десять скинул. Такой мужчина мне нравится даже больше, и я под притягательным мужским взором таю.
— Вер, ты готова? — спрашивает Михаил и тут же недовольно хмурится, заметив своего помощника рядом со мной.
— Василий, ты разве не должен быть на совещании? — буравит взглядом моего несчастного коллегу.
— Оно уже закончилось, — равнодушно отвечает Василий, а я в быстром темпе переодеваю обувь и накидываю плащ.
— Да, Михаил Михайлович, готова.
— Тогда дама вперёд. Вадик тебя уже ждет в машине.
— А вы? — удивленно смотрю на начальника.
— Я сейчас присоединюсь. Переговорю только с Василием.
Мнусь у порога. Уверена, что разговор пойдет обо мне. А мне не хочется, чтобы Василию досталось. И так бедняга расстроен по моей вине.
— Вер, иди, — настаивает Михаил и я понимаю, что своим неповиновением сделаю только хуже. Смотрю на Васю, тот мне подмигивает и улыбается. Напускное хорошее настроение не обманывает меня. Я знаю, что Василию сейчас плохо.
Неохотно выхожу из кабинета и иду вдоль коридора. За спиной слышу звук хлопка двери уже родного мне кабинета. По телу бегут мурашки. Надеюсь он не уволит Василия. А если так, то на свидание он пойдет с Вадиком вместо меня.
16.
Вадик нас с Михаилом везёт под легкую музыку Моцарта. Начальник погружается в блаженное состояние. Меня же классика никоим образом не расслабляет, в голове крутятся мысли о Василии. Но я никак не решаюсь у Михаила спросить, как прошел разговор.
Машина останавливается у самого дорого места в нашем городе ресторана «Чайка». Насколько я знаю, там отдыхает только блотняк и верхушка власти. Внутренне как-то сжимаюсь. Я бы предпочла место попроще. Не представляю, как мы сможем узнать друг друга поближе в таком вычурном месте.
Давыдов помогает мне выбраться из машины, кладет руку себе на сгиб локтя и ведет в ресторан. Я чувствую себя такой важной особой, как минимум женой Президента. Умеет же Михаил внушить чувство, что ты особенная, единственная и неповторимая.
 
Столик нам выделяют у сцены, где молодая женщина в коротком блестящем платье с ярким макияжем с надрывом поёт песню Любови Успенской «А я сяду в кабриолет».
Начальник, не глядя в меню, заказывает нам ужин. Берет в руки бутылку каберне, которое уже дожидалось нашего прихода, и подносит горлышко бутылки к моему бокалу.
— Ты не против?
— Только немного. Завтра на работу, — мужчина усмехается, и рубиновая жидкость наполовину заполняет стенки хрусталя.
— Ты знаешь, я думаю твой начальник завтра будет не против, если ты придешь немного с похмелья, — улыбается змий-искуситель. Широкая улыбка очень идёт ему. Он выглядит, словно мальчишка. Какой Михаил всё-таки красивый и почему-то родной. Странное чувство.
— Наверное потому, что мой начальник завтра тоже будет немного нетрезв, — парирую я.
— Я как настоящий джентльмен, дам расслабиться своей даме. А сам буду присматривать за ней, словно зоркий ястреб.
— Даже так. Михаил Михайлович, да вы мечта любой женщины.
— Вер, давай наедине ты меня будешь называть только по имени. Иначе чувствую себя не на свидании, а на совещании. А ты сама знаешь, как за весь день они надоедают.
— Хорошо…Миш, — улыбаюсь я. От звука короткого имени мужчины из собственных уст внутри тела разливается нега. Так и хочется его говорить, пробовать на вкус и представлять своим.
Официантка приносит нам по салату витаминный и антрекот с рисом. Еда на вкус оказывается на высшем уровне. Не зря сюда стекается элита.
— Ты так эротично ешь, что я первый раз в жизни получаю не только гастрономическое удовольствие, но и эстетическое, — прерывает меня мужчина на блинчиках с творогом и со сметаной.
— Просто это так вкусно!
— Готов каждый вечер привозить тебя сюда, чтобы просто наслаждаться.
— Миш, ты смущаешь меня, — откладываю вилку на стол. Как можно наслаждаться едой, когда плотоядно смотрят на тебя?
— Прости, Вер. Но глаз невозможно оторвать от такой вдохновляющей картины.
— Ну всё, я отказываюсь есть при тебе.
— Даже не вздумай лишать меня такого удовольствия. Я чту семейные традиции. А в нашей семье всегда было принято ужинать вместе всей семьей.
— Правда? В моей тоже, — мысленно радуюсь, что нашлась по крайней мере одна точка соприкосновения. — Миш, а можно тебя кое о чем спросить? — наконец решаюсь я.
— Конечно спрашивай.
— О чем вы разговаривали с Васей?
Мужчина сминает салфетку в руках, сжимает челюсти и его мягкий взгляд на секунду становится вновь металлическим.
— Ты что его уволил? — не выдерживаю напряжения, разлившегося над нашим столом.
— Нет конечно. Но теперь он тебя не будет донимать своими неуместными знаками внимания.
— Что за ерунда! Мы всего лишь коллеги.
— Вер, оставь, — спокойно отвечает мужчина, будто не в его темных глазах сейчас играла буря в стакане, — я же вижу, как он на тебя смотрит. Но поверь, больше не станет. Мы уладили этот вопрос.
— Надеюсь без рукоприкладства? Мне и школьного инцидента хватило.
— Не переживай, — берет меня за руку начальник и его спокойствие плавно перетекает по венам и далее по телу. — Мы же взрослые люди. Всё уладили миром.
Далее наш разговор переходит в более мирное русло. Мы говорим о книгах, фильмах и музыке. Михаил действительно большой фанат классической музыки. Даже наше следующее свидание он планирует в опере. И здесь наши вкусы совпадают, очень люблю такие культурные мероприятия.
Вообще рядом с Мишей я чувствую себя хрустальной статуэткой, к которой относятся со всей бережностью. Мужчина смотрит на меня с такой щемящей нежностью, с которой на меня никто никогда не смотрел. Даже Игорь в начале наших отношений. Я задаюсь вопросом. А была ли любовь с его стороны вообще? А может всё дело в том, что Игорь просто не способен на такие глубокие чувства, на которые способен мужчина, сидящий напротив.