Брак по драконьему обычаю, или с Новым Гадом, наследница! (СИ)
При мысли о ректоре я чуть не покраснела, чем заслужила новую порцию искрящихся весельем взглядов.
— Скажи-ка нам милая, что же милорд-ректор тебе такого сделал… — начал шипеть змей.
— Что ты похожа на зрелый томато, — пропел, заканчивая фразу, паршивец-фейри!
Друзьям же можно доверить правду, верно? Да и не скрываемся мы, и так уже почти весь наш курс знает, наверняка и старшим донесли. Хотя, может, решили, что это шутка такая? Или сам милорд Айто применил какое-то заклятье? Что-то вроде рассеянного внимания, чтобы то злополучное окончание пары у тирры Мелиссы сгладилось и почти исчезло из памяти адептов. Могло такое быть? Вполне!
— Если вдруг слухи до вас ещё не дошли, — усмехнулась уголком губ и чуть задрала рукав формы, показывая край светящегося мягко узора под тканью плотной рубашки.
— Вот это да! — Это азартный фэйри.
— Благословение богов, — благоговейный шепот змея. Шай аж хвост узлом завязал и засверкал ещё сильнее своими небесными очами, едва ли не обнюхивая и не облизывая мою руку, — брачный узор! Значит, и правда вышла замуж за милорда ректора?
В голосе нага больше не было смеха, только ожидание. Беспокойное, волнующее.
— Да. Не знаю, насколько уместно это обсуждать с другими парнями, особенно вашего возраста, — пробормотала под нос, — но я, кажется, ребята, без ума от своего мужа. Вот так вот.
— Главное что и он, судя по всему, от тебя без ума тоже, — задумчиво заметил фэйри.
— Будь осторожна, ладно? — Вдруг нахмурился Шайесс. — Все мы понимаемс-с, — сбился он на шипение, — что творится что-то нехорошее вокруг. Что ректора пыталис-сь убрать. Не знаю, нас-сколько враг преус-спел и закончилос-сь ли все, но сердце дракона — это очень ваш-шно.
Обвил мои ноги хвостом, обнял, прижимая к себе, а потом втихую что-то вложил в ладошку.
— Моя чешуйка-с, — пояснил чуть стеснительно, — если что-то будет не так, я почувствую.
И отпустил. Вовремя! Чей-то ненавидящий яростный взгляд вошел буквально под кожу, заставив обернуться и закрутить головой. Нет, не понять, кому я там снова не угодила, адептов все ещё слишком много, но стоит поспешить!
Пришлось поспешно распрощаться с друзьями, пообещав им более подробный рассказ позднее, когда мы сможем спокойно собраться и посидеть вместе. Без похищений, замужеств, отравлений, заговоров и прочей страшненькой мути. А вполне мило и в студенческих традициях — с разухабистыми песнями, играми, шутками, звоном кружек и приключениями… на пятые точки!
Так, в какую нам аудиторию? Второй этаж, 51! Отлично! Крайняя дверь, хоть блуждать не надо, все открыто!
Так, а это что? Не поняла… Я резко замедлилась, увидев, как в открытую дверь аудитории входит тот самый печально знакомый мне по встрече в коридоре, когда я пребывала в совершенно непотребном виде, брюнет. Как его называл снежный? Шани-ил?
Вот мракс! Услышав шаги, мужчина обернулся. Заметил меня.
Что же, отступать поздно, а, значит, надеемся на то, что такая занимательная встреча давно выветрилась из его памяти. Расправили плечи, оправили юбку — и вперед, адептка Нир Ши Нерг Шад, навстречу новому дню и знаниям!
Мужчина чуть нахмурил брови, вглядываясь в меня. Как будто пытался понять, что это такое перед ним, и откуда оно ему известно. Хотя стойте-ка! Чуть не подпрыгнула от радости. Не узнает он меня! Меня бы мамочка не узнала, не то что залетный маг.
Что общего между мной сегодняшней и розовощекой и смущенной человеческой девицей? Правильно — ничего! Ну, кроме некоторых общих черт, но для этого надо знать друг друга дольше, чем пару минут.
— Простите, магистр, до пары ещё пять минут! — Пискнула, залетая в аудиторию.
Мне улыбнулись снисходительной улыбкой обаятельного томного мерзавца и милостиво кивнули.
— Конечно, проходите же, адептка. Сегодня мы как раз начнем пораньше… А на будущее запомните правило, что после преподавателя в аудиторию входа нет, — несмотря на странные ужимки прожжённого ловеласа, мужчина казался теперь другим. И куда более опасным и непредсказуемым.
— Так точно, магистр! Никаких опозданий! — Пропищала бодро, шмыгнув в аудиторию.
Зар уже был здесь, и даже место мне занял — ни следа вчерашних приключений! Уф, как камень с горы!
А вот Иль почему-то не было, хотя хмурый Риан присутствовал. А рядом с ним… я очень постаралась не верещать, потому что рядом с ним сидел настоящий Ликтар. Чуть бледный с изрядной зеленцой на и так весьма травянистого цвета коже, уставший, осунувшийся, но… живой!
Привстала, крепко сжимая руку друга — они с Рианом сидели на верхнем ряду, прямо за нашими с Заром спинами.
— Явилась, — прошипел кто-то с третьего ряда, — королева наша опозданий. Не понимаю, неужели ректор так высоко ценит её… постельные навыки?
Я резко обернулась. И кто это у нас такой шипящий? Ох ты. Кажется, одна из поклонниц Мара — их у фэйри пол Академии. Высокая брюнетка с капризно поджатыми губами. Если не ошибаюсь — её стихии вода и воздух. И воздух — главенствующая. Никогда с ней особо не сталкивались, так что изменилось?
— А можно было не являться? Мне казалось, что посещение занятий является обязательным для всех адептов без исключения, неизвестная мне тирра, — отрезала я ледяным голосом.
К чему настолько глупые нападки, да при всех? А ведь ждут — сообразила я, поймав сочувствующие, злорадствующие, любопытствующие и настороженные взгляды. Кажется, в действительности никто либо не запомнил слов ректора (заморочил-таки головы, дракон!), либо не поверил им. Не поверили, что дракон может взять в жены «человечку».
— Что же касается моих успехов в чем-либо — советую вам придержать язык, пока он на месте, — в крови вскипел холодный гнев, но закончить предложение я не успела — поднялся Заррас.
И я невольно посочувствовала брюнетке. Я бы просто устроила словесную порку, может, каверзы бы подстроила. А с таким выражением лица, как у братика новоиспеченного — на месте могут прибить. Низводить и курощать будет. Точно говорю.
— Волос-сенки поганые выдрать! Древнюю кровь оскорблять! — Это никак голосок Ихме мне мерещится?
— Не стоит уделять свое драгоценное внимание низшим существам, любезная сестра моя, — на лице трау мелькнула бешеная улыбка, — они словно неразумные твари, не знают меры и способны лишь жалить, как глупые насекомые. Но осы, оставив свое жало в чужой плоти, погибают… — Пристально посмотрел он побледневшую сплетницу.
— Эй, трау, не бросайся тут угрозами, — хмуро вмешался один из оборотней — судя по стати и развороту плеч — медведь, — да, у девчонки язык без костей, но она просто назвала вещи своими именами. Все знают, что эта, как её, — прогудел мишка, — Дакари спит с ректором. А может и не толь…
Все? Ух ты, а кто эти все? Они прямо под спальней дежурят? Будь я девочкой-фиалкой лет так семнадцати, может и рыдала бы навзрыд, а тут… смешно, ребята! Как будто обсудить вам больше нечего!
Особенно теперь, когда у врагини чернильница плюнула прямо ей в лицо. Синий нынче в моде, спасибо, Ихме! С меня парное мясцо!
— Аааа, магичить запрещено не на профильном уроке, тебя исключат! — Торжествующе ревет брюнетка, размазывая чернила по коже и волосам.
— Я туда травку одну добавила, — злорадно хихикает мой песец мне по ментальной связи, — не ототрет ещё до-олго!
— Безобразие! Выкинуть её!
— Нет, Дакари не виновата, я сам видел!
— Кто-то специально нас на конфликт провоцирует, идиоты!
— Сейчас магистр придет!
— Шани-ил никому пренебрежения не прощает! — Разнесся гул голосов по аудитории.
Магичка визжала, хмурый оборотень пытался полезть в драку, но его держали соседи, а все вокруг плавно превращалось в дурдом. Ликтар сжимал кулаки, но судя по болезненной бледности помочь мог только словом — не оправился ещё до конца, бедный.
Риан же, судя по чернющим глазам, готов был взорваться. Ну да, Хаос стихия вспыльчивая.
— Садись, живо! — Заррас вдруг толкнул меня назад на стул и сел сам, раскрыв учебник и взявшись за перо.