Брак по драконьему обычаю, или с Новым Гадом, наследница! (СИ)
— Переверни её скорее, идиот малолетний, зелье Шильде вызывает сильную тошноту у некоторых рас, — скомандовали, когда я уже решила что все, сейчас будет моя бесславная кончина…
Ну что сказать? Не приходя, так сказать, в сознание, обляпала я мстительно жениха знатно.
Его возмущенный вопль будет долго душу греть.
— Не нравится мне это, — тем временем, пробормотал заговорщик злобный, подхватывая меня на руки, — вроде бы все идет по плану, но вот предчувствия… Мальс, проверь все вокруг. И да, девчонку забери. Можешь делать с ней что угодно, но чтобы в Академии все считали её главной виновницей. Лучше ей исчезнуть, — зловеще заметил этот чудесный господин.
Эльмира — а речь шла о ней — только пискнула.
— У моего племянника нет жены, — хмыкнул второй голос, — кровь древнего рода и его богатства нам вполне подойдут, благодарю, мессир.
Снова шаги. Стало теплее. Мы уже в Храме? Эй, спасайте меня поскорее! Тем более, что слегка начало отпускать. Голова уже не такая ватная, хоть и знобит, руки обретают силу, а вот то, что магия, кажется, скоро из ушей полезет, и браслет её не сдерживает — это плохо!
— Отрывайте глазки, тирра. Я вижу, что вы уже пришли в себя, — хмыкнули над моей головой.
Я задрожала всем телом — то ли от избытка магии, то ли с перепугу, то ли от беспокойства за исчезнувшего духа — и открыла глаза. Свет резанул, заставив тут же дернуться. Глаза заслезились.
— Тише, тише, — ладонь коснулась припухших, кажется, век и стало легче.
А потом я все-таки проморгалась, и… Дракон из раздери да лапой прихлопни, это… это же… мужчина, что склонился надо мной, был похож на пару раз виденного мной заместителя ректора Гинара Тарито. И не похож одновременно. Как будто маска плохо легла!
— Вы не лорд Тарито! — Выпалила я прежде, чем поняла, что и кому говорю.
В ответ меня почти нежно потрепали по голове.
— Верно, малышка, я не идиот Тарито. Но мы об этом никому не скажем, — подмигнули мне страшным глазом.
Вообще он был очень страшный… этот нелюдь. Я ощущала это всеми фибрами души. И одновременно с этим почему-то моя дурная душа была железобетонно, траусски-кроваво уверена, что мне лично рядом с этим существом ну ничегошеньки не грозит, и никакие заговорщики в том числе!
— А кто вы? — Знаю, дурацкий вопрос.
Самое обидное, что меня аккуратненько так, почти бережно щелкнули по носу и поставили на пол. А потом посадили на какую-то скамью, устланную шкурами.
— Много будешь знать, маленькая полукровка, не успеешь перелом года встретить! — Сообщили наставительно.
Ага-ага. Да я так и поняла, господин-заговорщик. Виски все ещё ныли, состояние было средней паршивости. Проклятое траусское любопытство! Вместо того, чтобы как подобает настоящей пленнице, плакать, страдать, мучиться, умолять или зло цедить слова вроде «я никогда в жизни» и «у вас ничего не выйдет» — я мучилась от… любопытства, да!
Кто он такой? И почему использует заговорщиков? Если такой сильный маг — неужели не ощутил, что за мной явятся? Держу пари, бедняга Тарито и не знает, что его лицом вот так вот воспользовались! Кстати говоря, пользоваться можно далеко не любой «маской». Насколько я знаю, Изменчивые от этого защищаются, а то у них в империи был бы ужасный бардак. Личину сильного мага может «надеть» только ещё более сильный… и то если очень постарается.
Какое-то время было тихо. Я молчала, господин в глухих одеждах — тоже. Только изредка кидал в мою сторону задумчивые взгляды. Как будто и сам не мог пока толком решить, что именно ему от меня надо.
Впрочем, что мне было делать? Только сидеть, разглядывать все вокруг — сидеть на широкой скамье было не очень удобно, но уж что есть, да гадать, когда же примчится подмога.
— Да я его замужней тоже встретить пока не готова, — пробормотала себе под нос, запоздало отвечая на вопрос нелюдя.
— Вы в принципе противница браков… или просто Изменчивых не любите? — Продолжил светскую беседу похититель.
Причем она подхватил меня и пересадил со скамьи, на которую положил до этого, на какую-то каменную странную штуку. Она была удивительно теплой, гладкой и ещё от неё по всему телу прокатывались приятные волны, которые словно смывали усталость, раздражение, страх и успокаивали потоки магии в теле.
Ну отчего бы и не поговорить, а?
— Я против насильственных браков, — ответила спокойно, начиная даже ногами немного болтать — они свисали с края камня, — на насилии вообще ничего хорошего не построишь. Да и вообще, — доверительно сообщила, — только никчемные жалкие трусы могут заставить женщину что-то делать насильно. Все, что им надо — удовлетворить собственные желания. А все, что захочу я — это тихо и с улыбкой оторвать такому экземпляру все выступающее.
— Да, воспитание другого мира сказывается, — мужчина говорил едва слышно, но… у меня теперь ведь не уши, а локаторы!
Что он сказал? Откуда он знает? Я замерла, не зная, что делать. Страх загнала глубоко внутрь. Не место ему сейчас. Спокойствие только спокойствие, как завещал нам товарищ с крыши.
— С воспитанием у меня все в порядке, в отличие от некоторых приверженцев здешних реалий, тир, — ослепительно улыбнулась (надеюсь, что так, зеркала тут нет). Голова немножечко шла кругом, но состояние организма, что удивительно, шло к отметке «приемлемо».
И даже больше. Давно я не чувствовала себя так хорошо. Чем дольше я сидела на этом камне, тем больше силы в меня вливалось. Отступила неуверенность, ушел страх и беспокойство. Меня как будто омыли в купели, заставили сбросить старую шкурку и позволили всей кожей ощутить этот мир.
— Хорошо, да? Нравится дышать полной грудью? — Незнакомец с чужим лицом был совсем близко.
Он усмехался, а в глазах играло пламя. Живое, обжигающее. Оно завораживало, притягивало взгляд, заставляло почувствовать себя… уверенней?
— Да, хорошо, — откликнулась, ощущая, что и воздух стал чище, и голос мой звонче, и тело как будто легче.
— Мир принимает тебя, малышка, — похититель снова щелкнул меня по носу — в самом прямом смысле этого слова. Рассмеялся каким-то своим мыслям, а потом наклонился — и поцеловал… в лоб.
Внутри разгорелось солнце. Жарко-жаркое. Кажется, я даже вскрикнула. Солнце разрослось, заполнил меня собой, вспыхнуло новой звездой, а потом разбежалось горячими ручейками под кожей.
— Что это? Что со мной? — Это мой голос звучит так звонко, звучно? Такими богатыми тонами и оттенками окрашивает каждое слово?
— Ты просто стала той, кем должна была, вот и все, маленькая стихийница, — мужчина не проявлял агрессии и вообще вел себя на удивление дружелюбно.
Милый похититель? Это что-то новенькое!
Я как раз очень хотела все-таки снова уточнить, что же тут происходит, когда в двери Храма вбежал красный от негодования Тиони, с порога заявив приказным тоном:
— Жените нас, немедленно! Похоже, её друзья умудрились как-то пронюхать, что девчонка за городом, они могут скоро быть здесь! — И столько паники в нескольких словах, и губки-то трясутся, а лапки-то дрожат!
А потом женишок перевел взгляд на меня и затрясся, кажется, ещё сильнее!
— Эт-то кто-о? — Проблеял ошарашенно.
— Эт-то ваша невеста, Тиони, разве не узнали? — И столько фальшивого недоумения в голосе лже-заместителя ректора!
Я что же, изменилась? Так плохо выгляжу после их отравы?
— Это трау! — Геррик едва не визжал. — Раве не видно? А девчонка была полукровкой, может даже квартероном!
— Правда? А я и не заметил, — в голосе главного похитителя было столько яда, что я бы захлебнулась, а Тиони ничего вот, проглотил и не поморщился. Как же отсутствие мозгов облегчает жизнь! — Вот что юноша, женитесь на той, кого дают, не стоит привередничать.
Мне бы дрожать от страха, а хочется смеяться. Вообще в этом храме отнюдь не было страшно. В нем дышалось легко, «вкусно» даже, все здесь было пропитано первозданной магией, каким-то невероятным счастьем, предвкушением чуда!
И не скажешь, что мрачный Храм из легенд…