Брак по драконьему обычаю, или с Новым Гадом, наследница! (СИ)

Сначала вербовщик — а как его иначе назвать — недоуменно огляделся, а потом стало поздно! Мой кошак добросовестно куснул куда дотянулся. Прямо за… лучше бы спиной к моему кошмарику стоял! А так вцепился кот в бубенчики.
— Ух, — сочувственно выдал смуглый шатен, стоявший неподалеку.
— А-ааа, — орал несчастный мужик, потому что Мрякс болтал лапами и боялся разжать зубы.
— Я уже внесена в списки Академии, поэтому найдите своему господину парочку орков в гарем, — вежливо, едва не сапожком шаркая, заметила напоследок.
— А ты молодец! Боевая! Я Райн…а, — подошла ко мне «девица» в розовом и крепко, по-мужски, потрясла за руку.
Мрякс как раз отцепился, и несчастный, не разгибаясь, исчез в вихре портала.
Над площадью Академии вдруг поплыл гул и звон. Земля дрогнула, все вокруг закружилось, завертелось, а потом… мы оказались в совершенно другом месте. Мы — это оставшиеся адепты — а таких было много. Кроме бедно одетой горожанки, кажется, исчезло ещё двое парней. Все девушки были на месте.
— Что это за вербовщики и что происходит?! Ай, лапу свою убери с моей… с моей попы! — Поворчала, чувствуя спиной холодный камень.
— Было бы что трогать, ничуть не мягко, — проворчали мне в ответ. 
— Поднимайтесь, разгильдяи! — Раздался рык воинственной девицы.
— Ты мной не командуй! — Вякнул кто-то.
— Духи вас задери, это что же, испытание началось без предупреждения? — Писклявый вопль.
Ругаясь, ворча, жалуясь и возмущаясь толпа несобранных будущих адептов, уже не так сильно жаждущих прогрызть гранит науки медленно поднималась с пола. Рядом со мной, к слову, встал мой «розовый» знакомый Риан и полуорк.
Эльфийки держались вместе, воительница пыталась командовать, а вот непонятная девица в черном закуталась ещё сильнее и глубоким, невероятно бархатным голосом вроде сказала:
— Сейчас объявят. Держитесь друг к другу ближе.
И правда. Над сводами — высокими, темно-серыми, усыпанными сталактитами и сталагмитами — похоже, мы были глубоко под землей, вспыхнул, разрастаясь, свет. И показалось лицо ректора, чтоб у жениха чешуя все-таки облезла!
— Добро пожаловать на второе испытание Академии Серебряной Крови, будущие адепты! Первое вы уже прошли, не согласившись на легкую и безбедную жизнь под рукой Великих Домов разных рас. Каждый сам выбирает быть ему слугой или господином, и каким путем следовать в жизни. Мы не вправе отказывать вам в этом выборе, — показалось, или голос ректора звучал насмешливо? Сейчас его волосы были черного цвета, а в глазах все так же пылало серебряное пламя.
— Итак, второе испытание! В лабиринте Михтонийских пещер спрятано десять сильных артефактов по десяти направлениям магии, которым обучают в Академии. Коснитесь артефакта — и вас перенесёт на следующее испытание. Если же вы не найдете артефакт, он не дастся вам или им уже воспользовались на ваших глазах — значит, вы провалили испытание. Удачи! И помните — маг должен стремиться не только к силе и власти или знаниям.
— Прежде всего, маг должен сохранить свой ум, честь и совесть, — договорила в наступившей тишине девица в черном плаще и, как только прозрачный экран с ректором погас, она стянула капюшон, являя миру шелковые черные волосы, заплетенные в косу, острые ушки и багряные глаза.
— Эльф крови! — Выдохнул кто-то с ужасом.
— Почему они боятся? — Спросила я шепотом у Риана.
Тот, одернув юбку, сказал этим ужасным пискляво-блондинистым голоском:
— Потому что эльфы крови — или деймары, одни из самых сильных существ нашего мира. Те, кто может управлять сутью каждого существа — кровью. Они сильны и свирепы в бою, лучшие воины и охранники.
— Неплохо, — покачала я головой, — люди часто боятся тех, кто на них не похож и представляет хотя бы гипотетическую опасность.
Вокруг стало свободнее. Половина народу уже разбежалась по длинным коридорам, расходившимся во все стороны. Кто поодиночке, кто — небольшими группами. Так уж вышло, что нас осталось четверо. Я, эльфийка крови, полуорк и Риан.
— Терри Темная, человек — представилась первой.
 
— Иллхэ Иртэли, деймар с кровью заклинательницы — пропела эльфийка.
Это что за звери?
— Риан, — буркнул недошпион в розовом, — полукровка. Человек и неизвестно кто, не знаю, кем была моя мать.
— Ликтар, — усмехнулся наш последний товарищ, — немного гоблин, немного орк и капельку человек.
— Что будем делать? — Тихо спросила. — Я даже магией не владею…
— А она в этом испытании и не главное, — усмехнулась Иллхэ. Иль, как она разрешила нам себя звать, — поэтому у меня есть план, слушайте! Можно сделать так… 
Спустя полчаса мы весьма активно крались по подземелью. Наверное, это будет самое верное и подходящее определение творящемуся безобразию. Возглавлял процессию, как ни странно, Ликтар. Оказалось, что он чувствует себя в подземельях лучше всего и довольно четко определяет стороны света. Неуютнее всех было Риану — мы его едва не тащили на себе.
А вот я… не знаю, честно. Страх мешался с предвкушением. Хотелось… уж не знаю, себе там или господину ректору доказать, что я лучшая. Ладно, может быть не совсем лучшая, но могу показать блестящие результаты на этих испытаниях. Что можно выехать не только на магии, но и на простой человеческой смекалке и старательности, раз они сами не требуют владения магией на этих испытаниях.
Уши четко улавливали едва заметный шелест шагов, далекий гул чьих-то голосов, какой-то грохот, шепот, шелест. Не знаю, в какой момент меня увлекла резьба на камне, мимо которого мы вроде бы только что прошли. Искусная, немного вычурная, с капелькой золотых вкраплений и будто бы случайно стесанными в нескольких местах узорами.
Когда я коснулась ладонью камня, он показался мне теплым и очень гладким, шелковистым, как норовистый зверек, а потом… то ли немного порезалась об острый край, то ли ранка на пальце уже была и вскрылась в неподходящий момент, но… я услышала… гул. Камни гудели. Гора гудела и говорила, только её голос ещё надо было разобрать.
Шорохи, шелесты, снова шепот… Шепот, который начинает, наконец, превращаться если не в слова, то в понятные мне образы.
«Долго спали… хозяйка разбудила. Покормила. Мало. Ещё хочется… скучно-скучно. Поиграть бы».
Я невольно содрогнулась, представив, как могут играть скалы. Погладила камень, как норовистого жеребенка.
— Не надо, малыш. Ты можешь сделать больно людям, которые здесь находятся, понимаешь? Будет шумно, горько, плохо… А хочешь со снежком поиграть? С эхом, гудящим наверху? Может, тебе сюда каких животных подселить, чтобы скучно не было?
«Хотим! — Довольно расхохотались мне в ответ. Забряцали, зашевелились, что-то где-то уронили, загудели. — Только приходи ещё! Говорящего хотим, Говорящего… Ждали, долго ждали! Хотим ещё…» — Мне прилетел образ кого-то пушистого. Такого белого мехового комочка.
Это кто? Барс? Котенок? Надо будет расспросить о местной фауне.
— Будут пушистики, — заверила я, прикидывая, запускать ли кошек в пещеры, или хватит камням, что кошки наверху, по горам будут прыгать? Или что там у нас вообще наверху?
Уточнила. Оказалось, что да. Горы есть. И не только горы. Есть ещё огромная крепость, что подпирает перевал, есть и те самые горы — границы «шустрых острые уши, ярость, битва». Это эльфы крови? Кошек можно и наверху. И внизу тоже, можно и не кошек, но пушистое, игривое.
Уговорили.
— Милые, а вы не подскажете нам, где можно найти спрятанные артефакты? — Вдруг спросила, озаренная надеждой.
А то план-планом, но что если идея о том, что все дороги ведут к некоему центру пещер либо часть из них — к водоемам, у которых точно будет что-то спрятано, неверна?
«Большое, голубое… Око. Дар богов… У него спроси — ответит. Укажем дорогу», — именно так я интерпретировала шепот скал.
— Терри! Тери, очнись! Тер! — Кто-то встряхнул меня, а потом щеку обожгло — и я вынырнула из странного состояния.
Ещё успела заметить, как мои ладони светятся странным зелено-коричневым светом. Они… я чуть не икнула с перепугу! Потому что ладони оказались больше чем наполовину погружены в камень. Дернула раз, другой — и родные ручки вернулись ко мне. Не было ни неудобства, ни онемения.