Охотник 2 (СИ)

— Ну да. — Пожал я плечами. — Я вообще очень дружен с этим разделом, меня даже от занятий освободили.
— Потрясающе. Вербальщик на первом курсе. — Проговорил магистр, еще раз обходя меня по кругу и рассматривая словно редкого зверя в зоопарке.
— Вербальщик? — Я нахмурился, не понимая, о чем говорит магистр.
— Вас учат, что для применения заклинания, маг должен представить формулу, сотворить специальный жест и произнести ключ-активатор, — начал объяснять, остановившись напротив меня, магистр. — Однако, при должном уровне сосредоточенности, которое маг достигает путем медитативных техник, жест становится не нужен.
— И вы расскажете это всем, включая ректора? — Почему-то такая перспектива меня не очень радовала. Я, конечно, понимал, какие преимущества перед обычным магом это дает, но этим даром, как минимум, необходимо научиться пользоваться.
— Нет. Это одно из достижений, которое записывается в отдельном табеле. Так прописано в правилах академии и в правилах Империи. Нарушение этого закона карается смертью, — как ни в чем не бывало ответил магистр.
— А я смогу, как-то тренировать эту особенность? — Уточнил я. — Или мне теперь не входить в медитативное состояние больше, чтобы колдовать как все?
— На моих занятиях, именно так и придется делать. — Кивнул магистр. — Но, академия предоставит вам еще одного преподавателя. Не переживайте, вы с этим человеком уже знакомы. — Улыбнулся он.
— Думаю, что мне это необходимо, — после длительной паузы все же решился признаться я, понимая, что выхода особо у меня нет. — Что же, значит, буду заниматься дополнительно.
— Отлично. Занятие на сегодня закончено, можете возвращаться к себе. — Ли развернулся и двинулся в сторону выхода. Меня долго уговаривать не пришлось. Быстро одевшись, я догнал магистра и вышел из здания академии в сторону дома.
В голове немного шумело, но сам я чувствовал себя на редкость бодро. Эта небольшая тренировка в полной мере не раскрыла потенциал моего тела, но я был удовлетворен и этим. Нужно будет заходить сюда почаще.
Дом встретил меня шумом и криками еще на подходе к нему. Аккуратно открыв дверь и остановившись на пороге, я смотрел, как Роман и Софья орут друг на друга, стоя в центре разрушенной гостиной. Миша с интересом наблюдал представление, поглаживая кошку, которая растянулась на диване и мурчала, наслаждаясь свалившейся на нее лаской.
— Нет, ты прямо сейчас уберешься из этого дома. Как будто я не знаю, что ты будешь докладывать отцу обо всем, что тут происходит, — рявкнул Роман, подталкивая к выходу так и не распакованный чемодан.
— Мы что пятилетние дети? — Взвизгнула Софья, уперев руки в бока. — Время, когда я все рассказывала князю уже давно прошло.
— Ага, пару недель как. — Не отступил Роман. — И то, только потому, что тебя похитили.
— О, привет, — помахал мне Михаил. — Они уже пол часа так ругаются. Если бы я мог есть, то сготовил бы себе миску попкорна. Так увлекательно следить за семейной разборкой.
— Что тут происходит? — Тихо спросил я, но, на удивление, разгоряченные руганью родственники сразу же замолчали и повернули головы в мою сторону.
— Ничего, — хором ответили они.
— Оно и видно. — Я повернулся на стук в дверь и сразу же ее открыл, по шагам уже догадываясь, кто именно решил навестить меня поздним вечером.
На пороге стояла Сташкова, одетая в почти неприлично короткое платье, которая при виде меня улыбнулась и начала старательно хлопать длинными ресницами.
— Привет, я так рада тебя видеть, — с придыханием начала она.
— Пойдем, поговорим, — я практически вытолкнул ее за порог, за который она уже умудрилась переступить, вплотную прижавшись ко мне. Взяв ее за руку и стараясь не делать ей больно, я увел вниз с крыльца на открытое пространство возле дома.
— Дмитрий, я с тобой так и не виделась с того вечера. Я так тебе благодарна… — Опять начала свою песню Сташкова.
— Так, хватит. — Перебил я ее. — У меня нет настроения тратить на тебя время. Я прекрасно знаю о твоем фамильяре, которого ты отправила следить за мной, а также я знаю, о твоем разговоре с отцом. Давай определимся сразу: Меня нельзя купить, обменять, переманить. Ты мне не интересна, и я прошу оставить меня в покое, — глядя пристально ей в глаза, холодно проговорил я, краем уха вслушиваясь в очередной виток семейного скандала, разгорающегося в доме.
 
— Но я…
— Нет. Забирай свою кошку и оставь меня в покое, — я резко развернулся и поднялся наверх, буквально вырывая из призрачных рук фамильяра. Правда, на этот раз кошка решила, что тут ей хорошо, так что держалась за Михаила, как за самого родного для нее в этом мире призрака. Я на секунду опешил, вспоминая, как она пролетела через призрака в поместье, но решил, что это не слишком важная деталь, чтобы заострять на этом свое внимание. Когда я, наконец, отцепил кошку, то она больно цапнула меня за палец и, извернувшись в руках, попыталась вцепиться мне передними лапами в лицо. Жутко хотелось отвесить этой наглой усатой морде пинка, но сдержавшись, я просто вытолкнул ее за порог и захлопнул дверь перед носом ее хозяйки.
— Теперь обсудим тех, кто проживает в этом доме. — Обратился я к Роману с Софьей, но внезапно меня перебил стук в дверь, который стал действительно неожиданным. Я не слышал шагов, что было для меня впервые за долгое время.
— Это кого еще несет? — Нахмурился княжич, устало облокачиваясь на спинку дивана.
— Скорее всего, моей индивидуальный наставник, — проговорил я, почему-то приходя именно к такому выводу. Никаких сверхъестественных запахов я не чуял, поэтому за порогом стоял обыкновенный живой человек.
Решив, что хуже быть уже не может, я открыл дверь, увидев перед собой мадам Козловскую, которая хмуро смотрела на меня сверху-вниз.
— Вот это поворот, — прошептал удивленный призрак. — А чему она тебя учить-то будет?
  
Глава 21
 
— Добрый вечер, курсанты, — оглядела собравшихся мадам Козловская своим суровым взглядом, в конце задержав его на мне. — Морозов, ты чего на меня так странно смотришь? — Она прищурилась, от чего мне, словно обычному подростку, захотелось вжать голову в плечи, чтобы выглядеть еще меньше и незаметнее. Я поборол это странное чувство и наоборот выпрямился, замечая, как Сташкова пытается протиснуться между дверью и этой огромной женщиной, чтобы попасть внутрь.
— Просто это довольно неожиданный визит, — честно ответил я, делая шаг вглубь гостиной, чтобы пропустить Козловскую внутрь. — Скажите, вы же не являетесь моим новым наставником? — Решил полюбопытствовать я, когда молчание начало затягиваться. В это время комендант прокурорским взглядом, плотно сжав губы, осматривала руины, в которые превратилась наша гостиная.
— Морозов, ты перегрелся, что ли? Какой я тебе к черту наставник? — Пробасила она и резко повернулась в мою сторону. — Вы во что превратили жилой дом, вандалы?
— Так ремонт же идет… — улыбнулся я, стараясь разрядить обстановку.
— Это не ремонт, это какой-то Армагеддон, — она резко развернулась в сторону Сташковой, которая по стеночке пыталась подобраться незаметно к лестнице, ведущей в жилую зону. — Так, милочка, ты всерьез думаешь, что я буду за тобой бегать по всей академии? Я сказала, что посторонним в кампусе делать нечего. Давай, быстро забрала то, зачем приходила и с песней на проходную.
— Вы знаете кто я? — Баронесса не знала всех тонкостей душевной организации Козловской и решительно вышла на тусклый свет, издаваемый несколькими светляками, висевшими под потолком, подходя к коменданту. То, что Софья и Роман вообще старались не двигаться и не привлекать лишний раз внимание этой великанши, девушку совершенно не смущало.
— Лучше сваливай и пой свою любимую песню, — тихо произнесла Софья в направлении Сташковой, надеясь, что она услышит ее дельный и правильный совет.
Я плюнул на все это и сел на диван, стараясь хоть немного расслабиться. Козловская сделала вид, что не заметила этот демарш, направленный в ее сторону, и неожиданно повернулась в сторону Софьи, которая держала за ручку чемодан, выполняющий роль мяча в разборках с братом.