Спор на недотрогу, или Я выбираю тебя (СИ)

… Продолжение моих попыток помириться, оборачивается против меня.
Вечером приезжаю на смену Майи в кафе. Наталкиваюсь на стену обиды. И довожу ее своими попытками до слез.
В универе Майя общается только с Амелией. Но и та, со мной говорит, как с врагом. Выведать хоть что-то, не выходит. Цветы, сладости, подарки — всё летит в меня, прямо в лицо.
Следующий вечер тоже не собираюсь давать ей забыть обо мне. Пусть злится и ненавидит, но я же вижу, чувствую, знаю… Майя любит меня, я ей нужен, как и она, мне нужна.
С такими решительными мыслями встаю кроссовкой на подоконник второго этажа и подтягиваюсь на руках выше. Звуки издавать не могу, во рту белую розу держу.
Так и стучусь лбом в окно новой комнаты Майи. Проверил по мушке, там она. Лишь бы впустила. Ужасно скучаю по ней.
Майя замечает меня с испугом в глазах, и орет на всю улицу:
— Гордей? Что ты творишь?! Ты меня еще и до инфаркта хочешь довести?!
Окно все же открывает.
Есть! Отличный знак.
Подтягиваюсь на ее подоконник, перекладывая розу в руку. Наконец-то поговорим наедине. Майя тоже скучала.
Эй? А это еще что?
— Далеко собрался?
Мне в лоб упирается знакомый половник. Ну, здрасти.
Руками вошел, а ноги висят за окном.
К такому повороту нас в паркуре не готовили.
— Я увидеться хотел, — говорю и Майе, и половнику, он-то мне ближе приставлен.
— И как? Увидел, что хотел? — она сердито хмурится.
Сложно сказать… Да, почти рассмотреть получилось. У нее распущенные волосы, из одежды: короткие шорты и широкая футболка. Еще грустные глаза и слегка охрипший голос.
— Нет, не увидел, — разглядываю свою девочку. — Хочу снова видеть твою улыбку, как радуешься мне и знать, что простила меня.
— Гордей, ты опять только о своем?! — Майя на крик срывается. — Хочу то, хочу се. С таким упорством ты сможешь многократно еще стать победителем.
— Если ты про спор, то от победы я отказался.
— Вот уж спасибо, честь оказал. Знаешь ли, великий спорщик, ты потерял призы от своей компашки. А я потеряла намного больше. И готова была на все ради тебя и без всяких призов, — в конце ее голос дрогнул.
— Понимаю, любимая, — сглатываю ком в горле, обзывая себя кретином последним. — Я сейчас готов на все, только бы ты простила и опять доверяла мне.
— Эээ! Разогнался парень. Не смешивай одно с другим.
— Почему?
Реально не понял.
С Майей методы покорения не стали обычными. С возвратом, чувствую, задача будет посложнее.
— Мое прощение не вернет само по себе доверие. Бегать за мной по универу и на окна с розами запрыгивать — мало.
— Тааак… Но что тогда? Согласен на всё!
Серьезно.
Я не знаю, на что соглашаюсь, но уже собираюсь туда побежать.
— Сомов, притормози коней, — Майя бацает меня половником по лбу. — Твое свидание на сегодня окончено! Пока я даже не уверена, что ты не по договору со своей компашкой сюда прилетел.
Вместе с половником взяла меня и выгнала обратно за окно. Даже не помахала напоследок.
Но!
Назвала мой прилет свиданием!
Правда, только моим. Ничего, зато роза осталась у Майи.
Спрыгиваю с последнего карниза на асфальт. И перевожу дух. Мой прилет был точно не зря, хотя бы увидел любимую злючку. В ярости моя девушка способна шипы выпускать, мне ли не знать.
Не отходя, набираю по телефону Плата, и слышу на заднем фоне Евсея.
— Гор, какие новости? — старший брат сразу к делу.
Бух!
— Епрст! Какая меткая!
— Гор? Ты чего?
— Да ничего, мать твою, — растираю макушку. — Просто ко мне моя роза вернулась на голову.
Майя скинула цветок мне вдогонку.
Ну а что? Теперь понятно. Дуется, все так же.
— Ко мне пришла одна идея, — продолжаю, вместе с розой направляясь к парковке. — Нужна ваша помощь, чтобы Майю вернуть.
Евсей перехватывает разговор:
— Нормальная хоть идея? В доме Сомовых нам ад из-за Майи устроили!
— Надеюсь, что сработает.
— Зашибись, надеется он, — близнец передает старшему брату.
Дальше Плат говорит:
— Гор, мы все сделаем, но ты же понимаешь…
Конечно, понимаю. Это риск. Моя идея может сработать наоборот, и еще больше отдалить ее от меня.
   
Глава 41
 
Майя
С утра возле выхода из общаги сталкиваюсь с Лесей. Прибавляю шаг, чтобы скорей мимо нее пройти, но она все равно догоняет.
— Странно, — выразительно вздыхает она. — Думала, ты там дольше продержишься. С твоей-то хваткой. А вот… уже выгнали.
И сочувствующий взгляд в меня послала, хлопая ресницами.
Только я теперь умнее, быстро в ее взгляде просекла двуличность.
— Без вашей помощи я бы и не уезжала никуда. Знаешь такое, погостила и хватит? — пытаюсь не показывать, что Леська задевает.
Проходим мимо парковки универа и надо же, в этот момент Гордею вылезти из своей тачки. Меня не зовет, не нападает, вообще делает вид, что пустое место мимо прошло. Ну и я иду, не замедляя шаг, вдыхая поглубже воздух обиды.
— Ну вот. Вот! — зато Леся приободрилась, замечая все это. — Твои же слова сбылись. Помнишь, Май, ты говорила, что Сомов поматросит и бросит? Так он с тобой и поступил.
Кого бы я еще порадовала, как не бывшую подругу.
— Спасибо, Лесь. Ты всегда успокоить умеешь, — цежу я сквозь зубы.
— Май, ты не подумай. Я же искренне. Мне тебя та-а-ак жалко. Парень бросил, осталась одна, никому не нужна. Но ты теперь снова в общаге. Хочешь, вместе за покупками сегодня махнем?
Не хотела, а останавливаюсь.
— Думай о нас с Гордеем, что хочешь. Но ты ошиблась. Я не одна! Мне есть с кем ходить за покупками, с кем поболтать и кому доверять. Ты больше не входишь в их число. Мы просто однокурсницы.
Леська даже не нашлась сразу, что ответить. Чем я и воспользовалась, быстро забегая в лекционный зал. Дятлов уже занял мне место. И только мне, никто третий не втиснется.
После открытия спора накатило безразличие на Лесю и ей подобных соседок. Ну есть такие однокурсницы, куда же без них. Прошлое не изменить, а в будущее Лесю не возьму. Потому мне с легкостью далось ее отшить. Хотя, это ж Леська, для нее повторять еще придется.
Но все мои умные мысли сворачиваются в трубочку и плачут, когда речь заходит о Нем.
— Майя, ты записывать будешь? — Дятлов дергает за плечо.
— А? Что?
Скорей переворачиваю телефон. И часто-часто моргаю, чтобы слезинки прогнать.
Меня невыносимо тянет рассматривать его фотку, ту, что я сделала, когда Гордей соревновался со шкафом, кто лучше и краше. Там он был полностью моим. Пусть с трудом, но я поверила в сказку. Тот Гордей, встречался из-за меня. И я мало знаю другого Гордея, которому нужен был спор.
Мой Гордей бы не стал делать вид на парковке, что меня не заметил. Он напал бы, схватил в свои лапы. И я бы не зря взяла с собой свой половничек. Даже в этом я думаю все время о нем.
Другой Гордей показал, что я уже не нужна. Значит, и вчера прилетал неспроста, а я снова размечталась, как дурочка.
Ненавижу его за то, что марионеткой стала в споре развеселой компашки. Но и не могу без него, как такого забыть? Амелия мне сказала, что любовь не вымыть, как руки от пыли. Можно злиться, беситься, но сердце так и будет екать, похоже на болезнь в тяжелой стадии.
Мой случай именно такой.
— Майя, ты здесь вообще? Экзамен через неделю.
— Так скоро? — вырываюсь из мыслей под бурчание Дятлова.
— Во даешь. Последний экзамен перед каникулами. Ты разве не готовишься?
— Чего это? Готовлюсь.
Только к чему, не уточняю.
Прибить Сомова, когда увижу с другой. Только свистнете, тут же метнусь на расправу.
Учебный день пролетает. Мало помню, что было на лекциях, и отлично, что Сомовых в универе не встретила.
Остается только сходить в супермаркет. После переезда я даже толком продукты не покупала, как ни странно, Дятлов угощал. Сказал, что ему на год подарили доставку пиццы. Кто подарил — не признался, зато какой довольный и сытый теперь.