Жемчужная эпоха (СИ)

Далтон обернулся и увидел сестру, которая держала несколько баночек с жидкостью. Милена направилась к столу, перебирая банки.
— Я хочу остаться, — настойчиво сказала Диана. Пожилая леди Бланкер кивнула в знак согласия.
После ухода Даниэля Милена отдала бабушке перемешанное лекарство. Женщина принялась разбалтывать его.
— Что это? — спросила Диана.
— Лекарство. Я сама его сделала, — ответила Милена.
Сначала Фелиция помазала губы Дугласа лекарством, а потом попыталась залить содержимое в рот, но ничего не получилось. Так продолжилось ещё несколько раз. Юноша никак не мог проглотить снадобье, всё стекало по его подбородку.
— Нужно придумать иной способ, — Диана скрестила руки на груди.
— Я могу попробовать дать ему лекарство, — в голове Милены появилась идея. Леди Далтон взяла баночку и поднесла к своим губам.
— Нет! — Фелиция выхватила снадобье из её рук. — Если лекарство попадёт в твой организм, то ты можешь умереть. Для здорового человека оно равносильно яду.
— Сейчас нет иного выхода, — Милена улыбнулась одними уголками губ, взяв снадобье в руки. Девушка залила лекарство в свой рот, а потом открыла рот мужу и поцеловала Дугласа так, чтобы лекарство точно попало в его организм. На всеобщее удивление Дуглас всё проглотил. — Нужно обработать его рану, — девушка смущённо отвела глаза. Ей было стыдно наблюдать за взглядами Дианы и Фелиции.
Размотав ткань, которая была намотана вокруг живота юного лорда, леди увидели ужасное зрелище. Рану прижгли, поэтому ожог охватил нижнюю часть живота. Кожа была покрыта волдырями и покраснением.
— Такой шрам навсегда останется. — Милена посмотрела на Дугласа, который будто просто мирно спал.
— Мы можем сделать мазь от ожогов. Он конечно не покинет его тело, но будет не столь заметным, — пожилая женщина начала наносить мазь на поражённые участки тела.
***
Вокруг горело множество свечей, а в центре комнаты был нарисован белый круг. Кэтрин вошла в круг в своём белом одеянии, на женщине не было украшений или чего-то изысканного. Леди зажгла красную свечу и начала водить ей по кругу, воск стекал по её рукам, но она не обращала внимание на боль. Она взяла маленькую деревянную миску с водой и капнула туда пару капель воска.
— Духи леса, внемлите мне! — женщина взяла бумажку, на которой было написано имя Дугласа и начала сжигать её. Пепел падал в воду, растворяясь в ней. — Не забирайте жизнь Дугласа Бланкера так рано, есть более грешные люди, которые заслуживают свою смерть. — Кэтрин тяжело дышала. Взяв горсть чёрной соли, леди раскрыла ладонь над миской. Соль водопадом упала в воду. — Лесные духи! Придите на мой зов! — она поставила свечу и взяла в руки иглу. Уколов себе палец, Кэтрин обмакнула его в воду.
— Ты просишь слишком много, — тихий, еле слышный голос раздался рядом с ухом Бланкер. — Его кровь была пролита в лесу, а кровь требует крови.
— Тогда пускай в лесу умрёт кто-то другой.
— Нет. Так не интересно, — игривый голос прозвучал с другой стороны. — Мальчик принадлежит нам.
— Я заключу с вами сделку, — Кэтрин ухмыльнулась. — Я буду прославлять ваше имя каждый божий день на этом свете, и пусть гроза поразит меня, если я не сдержу свои обещания!
— Но жизнь племянника не единственное, что ты желаешь… — новый голос был мягким и спокойным. — Расскажи, чего ты хочешь на самом деле.
— Я хочу власть и могущество.
***
Довольный Роман вошёл в покои. Стасия никогда прежде не видела его таким. Герцог улыбался, и эта улыбка была искренней.
— Собрание прошло хорошо? — девушка поправила ночную рубашку, стоя рядом с кроватью.
— Идеально, — спокойно ответил он, начав снимать с себя одежду. — Завтра вечером произойдёт моя коронация.
— А как же я? — Кеннет была удивлена такому. — Я думала, у нас будет совместная коронация.
— Нет, — герцог разделся полностью и подошёл к молодой жене. Он быстро снял с неё рубашку и развернул к себе спиной, проведя руками по её телу. Его пальцы опустились ниже, к женскому началу. — Сначала я стану королём, а потом ты королевой. — Роман прикусил Стасию за ухо.
 
— А как же Софи? — девушка пыталась не поддаваться ему, хотя с её губ уже слетел блаженный стон.
— Если её найдут живой, то убьют на месте, — Крэкс толкнул девушку на кровать. — Хватит разговоров, сейчас мне хочется забыть обо всём с тобой.
***
— Бедняжка Милена, стать вдовой в столь юном возрасте, — Галинор поджала губы, она вспомнила себя. — Страшная участь для леди Далтон.
— Дуглас ещё не умер, — Джон отпил вина из бокала. Они прибыли в поместье утром. Новость о нападении на мужа Милены, ввергла семью Далтон в шок. — Но если умрёт — это действительно печально. Традиция нашей семьи запрещает повторные браки.
— Как же я её ненавижу, — Галинор фыркнула. — Если бы не эта идиотская традиция мы могли быть вместе и воспитывать наших детей.
— Я и сейчас занимаюсь этим, — Джон нахмурился. — Милена и Даниэль мои дети и всегда ими будут.
— Жаль, что мы не можем рассказать им правду и жить спокойно, без всяких тайн и стеснения. — Леди взяла в руки бокал и покрутила его. — Несмотря на то, что ты отец моих детей, для них ты навсегда останешься дядей, как и для всего общества.
— Такова жизнь, она наполнена не только радостью, — Джон поджал губы.
 
Ему не послышалось? Даниэль хотел проведать мать, но остановился возле двери, когда услышал очень интересный диалог. Всё это время мать и дядя смеялись над ним, обманывая всю жизнь. Джон его настоящий отец, а это значит, Галинор изменяла Адольфу. Юный посол направился прочь, такая тайна повергла его в шок. Их с сестрой обманывали всю жизнь, будто близнецы недостойны правды.
***
Этим утром Дугласу стало хуже, у него появился жар и рана начала гноиться. Юная леди не могла смотреть на страдания брата, поэтому просто ушла в лес. Ей нужно было успокоиться, хоть немного побыть наедине.
Оказавшись там, Диана присела на траву и начала рыдать. Она не переживёт смерть брата, ей не хватит сил. Потерять Дугласа — означает потерять часть себя. Всю жизнь старший брат был рядом, он всегда поддерживал её и никогда не предавал.
Диана взглянула на озеро: оно было таким спокойным. Леди направилась к воде, она оглянулась по сторонам, а затем сделала шаг вперёд. Вода была холодной, мерзкий холод, будто иглы, проникал под кожу. Ещё шаг, а за ним и следующий. Диана стояла по пояс в воде, то что она собирается сделать — грех, но разве жизнь без брата не стоит того?
— Диана! — голос принца Джорджа, заставил девушку обернуться. Он вместе с Аштоном приехал в поместье вчера. Джордж пытался поговорить с девушкой, но не смог. Её состояние оставляло желать лучшего. — Выйди из воды.
— Нет, — леди отрицательно покачала головой. — На месте брата должна быть я. Может, если я умру, Господь оставит Дугласа.
— Послушай, Дуглас выживет, он слишком упрямый для смерти. — Кеннет подошёл к озеру. — Ты не должна покидать этот мир. — Преодолевая холод, юноша вошёл в воду и протянул Диане руку. — Пойдём со мной?
Девушка посмотрела на протянутую ладонь принца и взялась за неё. Они вышли из воды и сели на траву, не обращая внимание на холод и ветер.
— Вы следили за мной? — девушка посмотрела на Джорджа.
— Твоё состояние оставляло желать лучшего. Я просто не мог оставить тебя одну. — он провёл ладонью по щеке Бланкер. — И, как оказалось, я был прав.
— Благодарю за моё спасение, ваше высочество, — Диана старалась не смотреть в его глаза.
***
— Он не должен умереть. — Жаннетт обняла Бенсона, жених стал для неё спасением. — Я будто теряю своего ребёнка.
— Тише, Жаннетт, тише, — юноша гладил её по спине, пытаясь успокоить её страдания. Дуглас значил для француженки слишком много, она участвовала в его воспитании не меньше Мэри и Эдмунда. Дуглас и Диана стали ей словно родные дети, и терять одного из детей никому не хотелось бы — это слишком больно.
— Я ведь воспитывала его с юных лет, — женщина прижимались к жениху.