Медовая сказка для попаданки (СИ)

  
Мария Славина
 
Медовая сказка для попаданки
   
Пролог
 
— Подлей воды на угли, — попросила Жанка, растянувшись на банной лавочке и снова пускаясь в рассуждения о мужчинах. — Нет, всё-таки для меня в мужиках пресс — это самая крутая часть тела, — заявила она, вполне имея на это право. У неё что ни ухажёр, то настоящий ловелас модельной внешности. Где она их таких берёт? — А тебе что больше нравится? — спросила она, обмахиваясь веником и подгоняя к себе пар.
— А для меня внешность не главное, — ответила, зачем-то укладываясь на уровень выше и ощущая, как жар обжигает кожу. — Самое главное — это душа. И взаимное понимание.
Ну, а что? В моём послужном списке ловеласов отродясь не было. Программисты водились. Инженер один был. Даже со старшим фармацевтом однажды встречалась. Но ни у одного из них не припомню никаких выдающихся физических характеристик, особенно рельефного пресса. И от этого они не казались мне ничуть хуже, а скорее наоборот — надёжнее. От избалованных женским вниманием красавцев хорошего ждать вряд ли стоило.
— Ой, Марин, не неси ерунду, — начала свою проповедь Жанка. — Душа… Взаимопонимание… Страсть — вот что главное! Чтоб так сильно хотелось, что, как говорила Раневская, трусы к потолку прилипали. И для этого рельефный пресс — неплохое подспорье.
Она всё рассказывала и рассказывала, что ещё ведёт к неизбежному прилипанию трусов к потолку, а мне тем временем становилось всё жарче и жарче. А это никак не помогало усвоению нового материала, с которым ко всему прочему я была несогласна.
— Всё, не могу больше! — выпалила я, резко подскакивая с огненной лавки и по раскалённым доскам бросаясь к двери. Так спешила, что даже шлёпки там оставила.
Жанка выкрикнула что-то мне вслед, но единственное, о чём я могла думать, это огромный бассейн с прохладной водой. В этом спа-центре он был просто зашибенный.
Из предбанника я в одном купальнике и босиком побежала по кафелю, ворвалась в зал с бассейном и как нырнула, даже не посмотрев, кого могла снести ударной волной. Холодная вода приняла меня радушно, я бы сказала даже слишком. Настолько, что от перепада температур у меня перед глазами потемнело, а сознание начало уплывать. Одним словом, я отрубилась прямо в бассейне.
И последняя моя мысль была о том, что я так и не познала настоящей страсти, о которой с таким упоением рассказывала Жанка. Если бы мне, как Раневской, пришло в голову после свиданий подкидывать трусы, они бы точно не прилипали к потолку. Не знаю правда, насколько тут замешано отсутствие рельефного пресса у моих бывших ухажёров.
Когда я уже думала, что уйду так бесславно и бесстрастно, темнота бессознательного сменилась приглушённым тёплым светом, который настойчиво пробивался сквозь прикрытые веки.
Кто-то подхватил меня на руки и под плеск воды вытащил на холодный пол. Я закашлялась и наконец распахнула глаза. Надо мной склонился мужчина восточной внешности, с лёгкой щетиной и — я опустила взгляд ниже — феноменальным прессом. Тонкие струйки воды текли по ложбинкам между равномерно прокачанными мышцами. Даже Жанка позавидовала бы, увидев моего спасителя.
— Как тебя зовут, о подарок небес? — спросил этот красавец.
— Марина, — ответила, с подозрением выглядывая из-за головы мужчины. Вместо потолка над нами горели яркие, огромные звёзды, похожие на южные.
Что-то не припомню, чтобы тут был раздвижной потолок. Да и в отключке я видать пробыла слишком долго — за пару минут не могло так стемнеть.
— Нет, — покачал он головой, — я буду называть тебя Мелек. Как ангела, спустившегося с небес.
Хорошо я его, наверно, во время прыжка приложила.
— Ну, ангелом меня ещё не называли, — пробубнила я, переводя взгляд с отсутствующего потолка на стены, украшенные узорами из мозаики и освещённые горящими факелами.
Тут-то мне и стало ясно: я по-прежнему находилась в отключке, а всё происходящее было просто видением. В том числе и этот божественно сложенный и невероятно харизматичный мужчина, смотрящий на меня взглядом полным желания.
 
Я приподнялась на локтях и решила исследовать объект его симпатии, то есть себя. Что ж, тело моё, но уже не в купальнике, а в тонком платье, под которым бельё почему-то оказалось лишним. Намокшая ткань просвечивала и прилипала к коже, открывая взору этого красавца не только мои изгибы, но даже выступающие ореолы сосков.
— Ах, — вскрикнула, прижимая руки к груди. — Как неловко вышло.
— Почему же неловко? — удивился мой спаситель. — Всё вышло прекрасно! О, Мелек, ты настоящая услада для глаз.
Он подался вперёд, взял меня за руку и поднёс её к губам. Горячий поцелуй обжёг кожу, задержался на мгновение и опалил её вновь уже выше запястья, постепенно приближаясь к предплечью. Потом к плечу.
Я настолько не ожидала такой прыти, что, опешив, забыла его остановить. Опомнилась я, когда он уже подбирался к моей шее.
— Погодите-ка, не так быстро, — осторожно отодвинула его, пресекая наступление. — Мы с вами даже не знакомы.
— Так давай же познакомимся, мой ангел, — ответил он, награждая оттолкнувшую его руку очередным поцелуем. — Небеса послали тебя во дворец падишаха Селима четвёртого. В мой дворец.
О, как! Падишаха… Надо бы пореже смотреть восточные сериалы. Но хотя бы с его именем проблем не будет. Не то что этот, как его, султан Сулейман хан Хаз-что-то-там Лери. А тут Селим IV, коротко и ясно.
— Какое у вас хорошее имя, — похвалила, после недолгих раздумий. — А оно тоже что-нибудь означает?
— Оно означает «невредимый». Небеса защищают меня и помогают мне. Вот и сегодня они послали тебя, — он развёл руки, обращаясь к небу.
Я досадливо покачала головой. Не стоило прыгать в бассейн с разбега…
— О прекрасный ангел, теперь, когда мы знакомы, позволь мне испить сладость твоих губ. Это алые ягоды, а не губы, — он потянул меня за руку, поднимая с холодного пола и прижимая к груди.
Моя ладонь сама собой легла на упругие мышцы и скользнула вниз, пальцами пересчитывая заветные кубики. Ничем иным как природным любопытством и осознанием, что всё происходящее — прекрасный мираж, я объяснить своё смелое поведение не могла.
Точёное лицо падишаха было так близко, что мы почти соприкасались губами.
  
Глава 1
 
— Кхм, — слегка отстранилась, понимая, что ещё немного и растекусь перед этим красавцем лужицей, — хорошо тут у вас, в купальне, но мне бы переодеться.
Мокрое платье и впрямь неприятно липло к телу, к тому же прохладный ночной ветер запускал волны мурашек на коже. От взгляда падишаха не укрылась моя дрожь.
— Иди я согрею тебя, мой ангел, — он подхватил меня на руки и прижал груди, такой горячей и упруго-рельефной. Я невольно расслабилась и положила голову ему на плечо.
Мы направились прочь от бассейна и нырнули меж полупрозрачных штор, закрывающих арку. Они отделяли купальню от уютного сада с высокими пальмами, темнеющими на фоне звёздного неба. Селим пронёс меня по устеленной гравием дорожке и со мной на руках зашёл во дворец.
В хоромах падишахов мне бывать не приходилось, но даже если бы я частенько по ним разгуливала, всё равно бы удивилась увиденному. Посреди большой комнаты с высоким потолком журчал и переливался настоящий фонтан, на полу были разложены ковры, а колонны вдоль стен подпирали коридоры, ведущие в покои.
Из-за соседней шторы выглянул евнух и посмотрел на нас удивлённо.
— У вас новая наложница, господин? — спросил он, кланяясь в знак приветствия.
 
Тут-то мои брови и поползли наверх.
— Какая ещё наложница? — возмутилась я, начиная вертеться в руках падишаха. — Я на такое не подписывалась.
Ну, и что, если это всего лишь видение? Я даже в фантазиях становиться одной из многих не планировала. Если уж отдаться красавцу, то быть для него единственной, а не гадать, к кому он пойдёт следующей ночью.