Зубрила (СИ)
Девушка стонала так, будто я ее тут взял, прямо на столе. Не знаю, какие там ощущения от растущих прямо внутри тела органов, но вряд ли это боль, судя по реакции.
Спустя час я ее, все же, отпустил.
— Все, теперь ты здорова от и до. Будто вчера родилась и вымахала за ночь. Сейчас поешь и иди отдохни, тебе понадобится.
— С-спасибооооо — прижалась она к груди, заливая слезами халат. — Я думала, что уже никогда не восстановлюсь… Копила на лекаря…
— Вам так мало платят? — взлетели мои брови.
— Нет, Влад — серьезно вставила Лили, — это просто лекари городские зажравшиеся и берут много. Полевые же восстанавливают только раны или, некоторые, еще конечности. Но это максимум. Органы лечат лишь за большие деньги, а с нуля выращивают так вообще, за очень большие.
— Они п-просят по сотне золотых за орган — вытирая слезы, продолжила Гвина — это целое состояние, можно три-четыре года жить на такие деньги. Скромно, но можно. Так что спасибо — ее губы впились в мои секунд на десять — ты вернул мне смысл быть женщиной.
— Да успокойся уже — улыбнулся я в ответ, потрепав ее по волосам, — мне не особо сложно было. В конце концов, нам еще год жить под одной крышей, нахрена мне видеть твою вечно грустную моську? Я мог — я сделал, вот и все. Давай уже за стол садись, еда остывает.
Мышке пришлось накладывать добавку, и какое-то время за столом слышались только звуки столовых приборов.
— Знаете, девчонки, назревает небольшая проблемка — решил завести я нужный разговор.
— Что-то случилось?
— Нет, Лили, ничего серьезного. Для меня, по крайней мере. А вот для вас — возможно. Кабанятины хватит, разве что, на ужин. А у нас ни круп никаких, ничего. Сам себе — то я вообще не заморачивался, мне и монстрятины хватало, но сейчас, видать, придется шмонать и подвалы.
— Это проблема?
— Просто не факт, что там будет что-то стоящее. Все же много лет прошло, ледяные кристаллы тоже не вечны, да и хрупкие достаточно. Я вас готовлю к тому, что стоит готовиться к периодической смене рациона. Найду чего — тогда будет обычная еда. Не найду…
— Ну, в принципе, если ты ручаешься за безопасность, то я не против — сказала Гвина — не хотелось бы сдохнуть от яда в еде, выжив после бойни.
— Лучше будет, все же, что-нибудь найти — Лили явно не была готова к такому. — Слууушай, а давай я с тобой пойду.
— И чем ты мне поможешь?
— Нильки хорошо чуют еду. Вообще все съедобное. Пока ты будешь собирать свои книжки, или что ты там берешь, я буду искать съестное.
— Хм…
Я задумался. Так-то я не против, но была пара нюансов.
— Броня цела? Оружие? Или ты тем топором машешь?
— Эм… Броня почти в целости, а вот мой кунай у меня вырвали. Только несколько игл осталось, потому и подхватила эту оглоблю.
— Кунай? — удивился я. — Ты сражаешься чисто кунаем?
— Не совсем — улыбнулась она — наша деревня… нет, наш клан владел своим стилем боя. Я была третьей по силе… Ладно, что было, то прошло. Оружие у нас было уникальное, два связанных за рукояти крепкой тонкой веревкой куная. Оптимально длина веревки около четырех метров. Плюс рукопашный бой и иглы. Обычно мне хватало этого, но вампиры оказались слишком быстрыми и крепкими.
Ну нихрена ж себе! Да у нас тут последователь Скорпиона в труселях сидит!
— Ты даже не представляешь, насколько мне интересно было бы посмотреть на тебя в деле. Тащи свою броню. Ком! Прикати мне шар из зубов Старга и шкуру гончей. Будем делать экипировку бойцу.
***
— Ну, как сидит?
— Как влитая. Вопреки ожиданиям, дополнения совсем не мешают, я прямо удивлена.
— Хех, то-то же.
У девчонки изначально был просто обтягивающий черный кожаный костюм с мягкими ботинками и немного укрепленными перчатками. Я же присобачил к нему налокотники, наколенники, ботинки сменил на те, что пожесче, с многослойными носками из шкур, а на костяшки перчаток сделал набойки. Конечно, все укреплено на максимум, где можно, а шкуры вместо костей использовал, чтобы цвет костюма оставался черным. Скрытник же, это очень важно. А укрепленная шкура ничем от стали не отличается.
Оружие сделал по заказу, от длины и веса самих кунаев до тонкости и крепости цепочки. Да, я сделал не веревку, а тонкую костяную цепь с максимальным укреплением каждого звена. Веревку не укрепишь, она в несгибаемый прут превратится. Иглы так вообще пополнил по образу и подобию, они отличались от ее родных лишь цветом и материалом.
— Ну, покажи, на что способна. Я подстрахую.
— Не думаю, что пригодится — Лили сияла, как начищенный червонец — это просто потрясающее оружие. Я подобное только у себя в поселении видела.
Кунаи ее были с довольно широким лезвием и толстой рукоятью. Думаю, при должном мастерстве она действительно может повторить любимый прием Скорпа по притягиванию к себе противника.
Врагов долго ждать не пришлось. И тут же я понял свою ошибку. Она не притягивала к себе противника, она тянула себя к нему.
В шею гончей вошел первый кунай, а спустя секунду девчонка уже была на морде твари и второй кинжал входил в череп псины. Все, чистая победа. Но, конечно, это было еще не все.
Я не знаю, как у нее получилось, но спустя еще пару секунд оба клинка снова были в ее маленьких ручках, мне бы пришлось долго с вытаскиванием возиться. А еще, видать, девчонка решила покрасоваться передо мной, так как повторяться она не желала.
Следующей гончей она одним крутящим движением располосовала глотку на расстоянии метров трех. Третью подпустила поближе и порезала обоими кунаями на ломтики. Четвертой так же, как и первой, воткнула в шею кунай, но запрыгнула на спину и буквально отрезала голову цепью, перетянув руками крест-на крест. Пятую, так же подскочив, вбила своим кулачком мордой в пол, после чего взмыла в воздух и ботинками в падении расплющила голову. Шестую уработала вообще без кунаев, проведя ей настоящее бруталити с очень быстрыми и мощными ударами, в конце сев на шею и сломав ее коленями и всем телом. А между всеми этими гончими сбила троих швадров, одного точным попаданием иглы в мозг, другому в воздухе отчекрыжив голову, так же, на расстоянии, а третьему — крыло, после чего добила кунаем в башку упавшую птичку.
Охуенно. За каждым движением мышки чувствовался огромный опыт и долгие тренировки. Она буквально перетекала из одной стойки в другую, не позволяя ни одной твари даже помыслить о том, чтобы по ней попасть. Девять монстров были уработаны минуты за три, и то потому, что подбегали медленно.
Я, будучи под впечатлением, похлопал ее профессионализму. Однако, стоило иметь в виду, что против реально сильных и больших противников все эти приемы вряд ли сработают, а ножички могут и не добраться до важных органов. Если, конечно, я не сделаю из ее любимых кунаев добротные боевые артефакты. О чем ей сразу и сказал.
— К примеру, чтобы один бил молнией, а второй — огнем или льдом. С твоими навыками это только на пользу пойдёт.
— Но…
— Что, не нравится идея?
— Для использования амулетов нужна энергия. А у меня ее пшик.
Хм. Да, об этом я забыл. Привык, что у меня чуть ли не неисчерпаемые запасы. Хотя, это не такая уж проблема.
— Я могу их сделать с накопителями и сам заряжать. Тебе же такое нужно будет для тех противников, которых обычными приемами не победить. Скажем, по десятку "залпов" на клинок, воткнула — активировала — вытащила. Я же не сильно ошибусь, если предположу, что крепости тела у тебя не так уж и много?
— Как сказать. По сравнению с той же Гвиной или нашими бойцами с двуручниками — да, я очень хрупкая. По сравнению с ними — ткнула она в трупы гончих пальцем — где-то наравне, думаю. Обычным же разбойникам меня сложно будет пробить, очень.
— Я все это к тому, чтобы ты больше акцентировалась на бою на средней и дальней дистанции и не подставляла свою очаровательную попку под удары. Помрешь — воскрешу в виде зомби. А я с трупами не сплю, не некрофил, чай. Будешь мучиться.