Последняя наира проклятого королевства (СИ)

Ролан кинул и поднялся.
— Аль Бейз, думаю, дальнейший разговор мы продолжим позже, а сейчас проводи меня к жене, — последние слова он прорычал.
— Да, да, конечно, — засуетился советник и при помощи молчаливого Лейфа встал с кровати. — Пожалуйста, держитесь вместе.
Первое, что увидел Ролан, когда вступил в незнакомую комнату, это ножку стула, летящую ему в лоб.
— Ой! — выкликнула виновато Марго. — Любимый, я тебя не убила?
  
Эпилог
 
Суды над заговорщиками шли месяц, и весь этот месяц Марго жила дома. Так решили Ролан и Арденвейн, а она и не возражала. Вместе с ней Ролан отправил к альтар леди Гоновера, мать владыки поклялась собственной жизнью, что не замышляет ничего против старых врагов, она просто хотела разобрать бумаги Краста, чтобы пролить свет на некоторые события трехсотлетней давности. Сам факт, что ее бывший любовник оказался условно жив и ни разу не попытался связаться с ней, выжег в леди Гоновера остатки любви. За несколько дней из красивой гордой женщины она превратилась в уставшую от жизни старуху. Ледяная леди много времени проводила в архивах и библиотеке, а если не читала и не перебирала записи, то часами сидела на скамье в парке или занималась с сыном Влада. С Марго она держалась подчеркнуто вежливо, но тепла в их отношениях так и не возникло.
— Она уже не с нами, — сказала как-то Эбер. — Ненависть и амбиции держали ее в этом мире, но теперь все это потеряло смысл.
Леди Гоновера тихо ушла из жизни за несколько дней до свадьбы, и Марго была уверена, что это оказалось прощальной местью первой леди Ледяных чертогов ненавистным альтар.
— Мы можем перенести свадьбу, — предложил Ролан после похорон.
Но Марго не согласилась, ей не хотелось выходить замуж в широком платье-балахоне. Они поженились тихо, в кругу близких друзей и родственников. Произнесли клятвы у цветущей Души Ледяных чертогов, поцеловались, после чего Ролан отправился на очередной допрос, а Марго вернулась домой. Зато вечером был торжественный прием во дворце альтар, много гостей, музыка, танцы… И Марго с Роланом кружились под звуки волшебного оркестра, никого не замечая вокруг. Глаза в глаза, одно дыхание на двоих, один сердечный ритм, одно мгновение… Заснули они только утром, крепко переплетясь телами, а когда Марго проснулась, то нашла белоснежную розу на подушке и ледяное послание на зеркале: «Я люблю тебя».
И так было каждое утро. Ролан уходил ночью, а пробуждение Марго начиналось с розы и послания. Любаня смеялась, когда рассказывала, что ее отец начал спешно выводить новые сорта белоснежных роз. Без запаха… При этом она хитро посматривала на Марго, а та грозила ей пальцем. Ее интересное положение до сих пор оставалось секретом для большинства.
В гостевых покоях огромного дворца Верховного чародея поселились леди Арвид и леди Эбер с сыном. Последних сюда отправил Влад, чтобы супруга постигала азы магии под присмотром старшей жрицы, поскольку младшая сама еще была ученицей. И, как подозревала Арвид, чтобы был официальный повод видеться с Марго. После того как Марго сняла с Эбер проклятие, взамен наградив ее частичкой своей магии, ледяной леди пришлось учиться управлять силой альтар. Марго занималась и вместе с ними тоже, но ее дар был стократ сильнее, поэтому дополнительно она еще посещала занятия с Бейзом и отцом. Со старшим советником у них сложились чисто деловые отношения. Только обучение, только практика, только наука. Настоящий Бейз мало чем отличался от Бейза двудушного, он был так же строг, так же зануден и так же въедлив, зато прекратил заигрывать и смотреть томным взглядом.
Кроме магии, Марго изучала этикет, историю, географию, литературу, живопись…
— Они хотят впихнуть в тебя невпихуемое, — ржал Марс, когда Марго начинала жаловаться на тяжелую судьбу. — И это ты еще свой Лес не навещала! А что делать? Вот если бы призналась мужу, что ждешь двойню, он бы тебя к кровати привязал и нагружать запретил.
Марго так и не сказала Ролану, да и остальным запретила говорить. Хотела убедиться на все сто процентов, а уж потом…
 
А сегодня Марго места себе не находила. Она отправила Любаню и Рысь на прогулку, сама же закрылась в мастерской, пытаясь рисовать, даже сделала пару набросков, но осталась недовольна ими и вернулась в комнату.
— Как же медленно тянется время! — Она прикусила губу и выглянула в окно. — Ну же, братец, поспеши!
Наконец раздался характерный треск, и в комнату ввалился Марс, принеся с собой отвратительный запах бензина, бумажный пакет и пластиковый чемодан.
— Получилось? — Марго кинулась к брату, помогая ему стащить с плеч тяжелую кожаную куртку.
— Ты сомневалась? — Марс возмущенно ткнул в Марго пальцем. — Ты сомневаешься в моих способностях, сестренка? Успокой меня, скажи, что это отупение связано с беременностью, а не с болезнью мозга!
Марго лишь отмахнулась, вглядываясь в уставшее лицо брата. Все же переход в немагический мир и обратно — это огромный риск и не менее огромный расход энергии. Они готовились две недели, собирали энергию по крупицам, и вряд ли Марс когда-нибудь еще рискнет повторить этот эксперимент.
— Как она?
— Удивительно, однако прекрасно! Маргешка Ирс живет при монастыре, но в монахини идти пока не планирует, рисует иконы, пишет стихи и абсолютно счастлива. В твою квартиру пустила молодоженов, машина стоит на стоянке при храме, и Маргешка планирует научиться на ней ездить! Представляешь? Вот это чудо! Знаешь, такое чувство, что она всегда жила в твоем мире. Привет тебе передавала и вот это. — Он вытащил из кармана маленькую иконку с ликом Богородицы. — Сказала, чтобы память была.
Марго взяла иконку и всхлипнула.
— Эй, чего ты слезы льешь? Марго! Прекращай! Кстати, ты была очень красивая. Но сейчас красивее!
Марго вспомнила свое тело, свою жизнь и разрыдалась пуще прежнего. Не от того, что жалела о прошлом, а скорее от облегчения, что и с Маргешкой все хорошо, что она нашла себя и тоже счастлива.
— Любаня! — заорал Марс, обнимая Марго за плечи. — Тащи полотенце, у нас потоп!
Но вместо Любани появился столик, сервированный к чаю, тарелка с горячими пышными пирожками, вазочка с медом, и дрожащий воздух укоризненно произнес голосом домушки Найны:
— И чаво орешь, акаянна-ай? Гормон у нашей любы шалит, в антиресно-ом положении девица, вот и слезки брызжут. Чай не истеричка какая, а просто мамаша будущая!
— Найна, а что это ты бабаежкиным языком заговорила? — тут же перестала рыдать Марго и первая потянулась к чайнику.
— А чтоб некоторых плакс успокоить! — Найна хохотнула. — Угощайтесь, деточки, да дела решайте, а то милый скоро прибудет.
Найна пришла вместе с Марго, но никому, кроме нее, не показывалась, говорила, что рано еще альтар счастье свое потерянное узреть, присмотрится домушка, тогда и решит, приглашать ли в этот Лес родичей или с ледяными остаться. Привыкли домушки уже к ним. Но Марго была уверена, что скоро не только в ее доме появятся незримые помощники.
— И то верно, — всполошилась она, услышав, что муж скоро вернется. — Принес?
— Все, что было в вашей аптеке. — Марс вывалил на стол семь пачек тестов на беременность.
— Ух ты! Даже электронный! С него и начнем…
Марго схватила пластиковый тест и убежала в уборную. Вслед ей раздался голос Марса:
— А инструкцию прочесть?
Марго лишь рукой махнула, знал бы братец, сколько она их сделала за свою прошлую жизнь. Вообще-то, Марго верила жрице! И Марсу верила, который тоже видел переплетение каналов, но! Одно дело — слова, а совсем другое — материальное доказательство!
 
Три минуты до проявления плюса она металась по комнате и грызла ногти. Марс сидел над тестом и с огромным интересом смотрел в окошко.
— Плюс! Это что значит? И почему один, когда я точно знаю, что там два плюса!
Марго выхватила у него из рук тест и шумно выдохнула.
— Плюс… Марсик, милый, дорогой!
Она обняла брата, плечи вздрагивали.