Венец эволюции (СИ)

Суханов вдруг очень сильно побелел, казалось, он вот-вот на меня набросится и попробует убить. Он даже дышать перестал, ладони сжались в кулаки, что аж кости, кажется, захрустели. Вернее суставы, кости хрустеть не могут, если у вас всё нормально с костями. Но ладно, не будем придираться к метафорам.
Тем временем Суханов тяжело выдохнул и вдруг сел на кресло, после чего прикрыл правой рукой своё лицо. Некоторое время он просто молчал, как и я. Этот парень многое пережил, у него пол семьи вырезали, отжали богатства, на днях ещё Орловы откажутся от его семьи из-за позорных связей с красными.
И вот они уже станут просто Сухановыми. Без денег, без власти, без главы рода, без даже громкой фамилии. Крах, позор, конец. И младшему Суханову было очень тяжело. Тут и ментальными техниками не нужно владеть, чтобы это утверждать.
Я же молчал и никуда не торопил своего гостя. Тихо себе сижу, заполняю документы, ожидая буквально чего угодно от этого кадра.
— Приношу свои извинения за предоставленные неудобства, — внезапно выдал младший Суханов.
— Извинения приняты, — спокойно ответил я, продолжая заполнять бумажки.
— Я хочу вступить в «Долг и право».
Я аж воздухом поперхнулся, так ещё и перьевой ручкой дёрнул, чуть не испортив документ.
— Зачем? Удумал что-то?
— У моей семьи ничего не осталось. А ещё нужно кредиты выплатить, завода нет, дохода нет. Придётся продавать имущества, автомобиль, особняк… и как-то дальше потом жить.
— Ты точно что-то задумал.
— Ты ментальный маг, влезь в голову и проверь.
— Уверен? Я же влезу.
— Влезай.
И тут мы начали играть в гляделки. Я сверлил его взглядом, пристально изучал, после чего прикинул риски и всё же решил влезть прямо в его голову. Быстро, дерзко и неожиданно. Суханов не сопротивлялся, хоть и был очень зол, однако как оказалось главная причина его бешенства вовсе не я. Слишком досконально изучать чужой разум я не стал, просто убедился в своих изначальных догадках.
— Хм… вот как… Значит винишь во всём красных?
— Я не знаю зачем мой отец начал с ними сотрудничать. Возможно… это всё брат. Старший мой. Он всегда отличался радикальными взглядами и… — Суханову было очень тяжело говорить, но он держался. — Если этот придурок влез по уши дерьмо, то моему отцу пришлось бы за него вступать.
— Думаешь это твой старший брат вас туда утянул?
— Я ничего не знал, моя мать и сестра тоже. Отец также не стал бы рисковать всем. Нас устраивало наше текущее положение. Других вариантов у меня нет.
— Ну, твой брат жив, кстати.
— Жив?
— Да, сбежал. Отец вот твой уходить не стал.
— Тогда всё предельно очевидно.
— Возможно. Но я пока выводов делать не буду.
Затем я отложил документы и достал списки уже зарегистрированный организации «Долг и право». Партий в стране нет, за то никто не запрещает открывать сообщества по интересам, в том числе по бизнес-интересам. Возникли некоторые юридические сложности, но в целом… такое ощущение, что за меня Соколовы слово замолвили. Что-то хотят от меня гады, сто процентов явятся в самый неудобный момент и ультиматум мне предъявят.
Ладно, в любом случае списки имеются и действуем мы официально. Задачи наши заключатся в помощи фронту. Принимаем всех, даже крепостных. Хотя последние существуют в контексте дворян. В плане, если твой хозяин не в организации, то и ты к нам не вступишь.
— Пф-пф-пф, что ты конкретно хочешь? И да, как тебя зовут?
— Сергей Иванович Орлов… кхм, просто Суханов, — произнёс Сергей и косо на меня посмотрел: я действительно не знал или вернее не запомнил его имени, только фамилию и отчество, как-то уж так получилось.
— И хочешь ты…
— Открыть бизнес.
— Ага, все хотят. А ты хоть что-то понимаешь в бизнесе? Что-то, мне кажется, ты не особо учёбе время уделял.
— Верно, — ответил Сергей и насупился, в глубине души желающий меня ударить, но также понимающий, что мои слова — просто объективная правда.
— Ладно, сколько у тебя денег?
— Немного, ещё нужно кредиты выплачивать.
— На который срок кредиты оформлены?
 
— Ещё на тридцать семь месяцев.
— Продавай особняк, имущество, затем две тысячи мне отдаёшь, я добавляю ещё две. Весной выкупим столовую, а то людей у меня много и жрут они прилично. Переплачивать мне надоело, нужна своя столовая.
— Столовая, но…
— Я собираюсь выкупить одно из зданий. Также мы привлечём ещё нескольких дворян, с которыми тебе придётся найти общий язык. Они добавят денег, помогут с логистикой, работниками, да и в целом также вложатся в наш бизнес.
— Но…
— С прибыли будешь выплачивать кредит, получишь стабильный доход. Потом накопишь, может откроешь что-то лично своё, если тебе этот момент принципиальный. Устраивает?
— Устраивает, — опустив голову ответил Суханов, который, по ощущениям, рассчитывал вернуться в долю оружейного завода: мечтатель.
— Тогда подписывай, будешь членом нашего сообщества. Взнос пока можешь не делать, всё же у тебя и так с деньгами проблемы. Но с лета готовься скидываться в нашу казну.
Через десять минут мы утрясли формальности, после чего Сергей отправился решать своим проблемы, а я — свои. Спустился на первый этаж завода, нашёл уличного хулигана.
— Витя, Витечка, Витёк, — хлопнул я своего товарища, который следил за обновлением ментального контура крыши. — Пойдём, решим пару вопросов.
— Ага, пошли, — согласно кивнул Виктор Карпов, мой глава охраны, который очень многое понимал в уличной жизни. — Куда идём?
— Да вот, в кабак напротив, — уже выйдя из завода ответил я и указал на собственно кабак через улицу.
— Это какой он по счёту? Седьмой? Да? — поправив сумку спросил Витя и начал доставать пачки документов, тетрадки. — Вот он… ага, да-да, помню его, накопал всё ещё в январе.
— Прекрасно. Прижмём его?
— Да как два пальца… он революционерам убежище давал.
И вот уже мы вошли в кабак, после чего нашли самого владельца заведения, который находился за прилавком и подсчитывал прибыль с продажи алкоголя и прочных акцизных товаров вроде игральных карт и табака.
— Кто такие?
— Есть деловой разговор, не для всех глаз, — с улыбкой до ушей произнёс я, листая вручённую Витей тетрадку: это был джекпот.
Кабатчик уже понял, что дело запахло жаренным и провёл нас в отдельную комнату. Мы сели на стулья, он разместился в кресле за столом.
— В общем так, Иван Георгиевич, — произнёс я и не сдержавшись усмехнулся. — Вы вообще бесстрашный, да?
— Кто вы? Представьтесь.
— Меня зовут Саша Лебедев и я хочу купить ваш кабак.
— Хорошо, шесть тысяч, плюс вы купите весь товар, которые ещё не распродан.
— А как насчёт две тысячи и я никому не расскажу о ваших делах?
— Две тысячи? Вы смеётесь? Да и не нарушал я…
— Не нарушали? — оскалился Витя, после чего поднялся со стула, подошёл к столу и положил руки на стол, после чего словно волк уставился на кабатчика. — А если мы спустимся в ваш подвал? Что мы там найдём?
— Мои товары.
— И самогон, который вы с дружками варите! — тут же Витя перешёл на крик, да ещё по столу кулаком ударил. — Каждую неделю человек приходит и разгружается! А кто революционеров прятал?!
— Вы ничего не докажите… — кабатчик же ушёл в отрицалово.
— А мы не будем ничего доказывать, Иван Георгиевич. Мы просто… заставим вас уехать отсюда, — я же говорил спокойно и тихо. — И из-за своих тёмных схем, вы не сможете обратиться за помощью к служителям закона.
— Так что давайте по-хорошему. Денег вы и так успели накопить, продавая свою водку из-под пола. Да и не только водку, если копнуть глубже… сами понимаете, что можно вскрыть, да? — добавлял стресса и Витя, который вырос на улицах и привык вести диалоги с позиции силы.
— Тем более две тысячи не такая уж и плохая цена. Чуть ниже среднерыночной. Квадратных метров у вас немного.
— Блефуете, мальцы, да вы хоть знаете кто за мной стоит?!