Незаконный наследник (СИ)

  
Даша Литовская
 
Незаконный наследник
   
1. Настенька
 
— Ты посмотри. Опять эти столичные мажоры приехали. — Люба вздыхает и с завистью смотрит на блестящие черные внедорожники, проносящиеся мимо нас по разбитой пыльной дороге. — И что им там в своих каменных дворцах не сидится? Со всеми удобствами. Прутся в глушь, мерить наши уличные туалеты прямого падения.
Я поднимаю тяжелый таз с овощами, которые только что собрала с грядки. На машины не обращаю внимания.
— Дядя Витя Сафронов дом продал. — сухо откликаюсь на тираду подруги. — Наверное это новые жильцы.
— Жильцы. — с усмешкой повторяет она. — Приедут на два дня, а потом годами дом простаивать будет. Гнить. Такие, как они — она тыкает указательным пальцем вдогонку глянцевым иномаркам. — тут дольше не выдержат. — говорит так, будто гордится, что у нее терпения хватает жить в нашей деревне. Даже мне порой его не достает, хотя я живу тут с рождения.
Но как только Пашка, мой младший брат, подрастет — мы уедем. Я сделаю все возможное, чтобы встать на ноги. Хотя бы ради него.
Выпрямляюсь, отложив овощи в сторону и наполняю легкие свежим воздухом. Осень. Прохладный ветер забирается под старую куртку, поэтому кутаю шею сильнее. Заболеть еще не хватало.
В голове неспешно гуляют мысли.
— Надо бы до Саши Филатова сходить, попросить его печку нам залатать. А то холода скоро, а она дымит — за лето опять кирпичи просели. — задумчиво произношу, принимаясь за сбор яблок в маленьком садике.
— Так вон он идет! — громко восклицает подруга, почти заставив меня подпрыгнуть на месте от шумного голоса. — Сашка! Филатов! Сюда иди! — командует Люба тоном начальника.
Сашка слушается. Покорно плетется к нам с другой стороны дороги, перепрыгивая ухабистые бугры и ямы. Вешает пакет с продуктами на забор, а сам проворно через него перемахивает.
— Давай подсоблю, — не здороваясь, подходит ко мне и вырывает из рук тару для яблок.
Сашка иногда помогает мне по дому — женских рук не хватает на мужскую работу. А брат еще слишком мал, чтобы всё уметь.
— Саш, а не посмотришь вечером печку? Дымит. — я кусаю щеку, оглядывая размашистые мальчишечьи плечи.
— Посмотрю. — отзывчиво отвечает уверенным мужским басом. На самом деле голос у Сашки намного мягче и гораздо приятнее. Но при разговоре со мной он всё время хочет казаться взрослее, чем есть. — А что вечером то? Давай сейчас посмотрю.
Я бросаю растерянный взор на подругу.
— Давай. — улыбаюсь, смущенная его прямым взглядом. — Люба, зайдешь с нами в дом? Чаю попьем?
Но Люба моих намеков не понимает. Отрицательно вертит кудрями и покидает скамейку.
— Домой пойду. Мать ругается, что круглыми сутками у тебя пропадаю.
Я лишь мычу в ответ, неуверенно отступая с тропинки и пропуская Сашку ко входу в дом.
Не то чтобы я его опасалась. Просто порой он так смотрит, что у меня по спине мурашки ползут. Да и ухлестывает за мной года два уже. Не хочется опять отбиваться от настойчивых знаков внимания.
— Глина нужна. — с видом знатока заявляет парень спустя десять минут тщательного осмотра старой полуразваленной печки на кухне моего дома.
— Нужна. — вторю я эхом, топчась рядом с ним. — Вот и говорила, чтоб вечером зашел. У меня то ведь нет.
Сашка деловито кивает и озирается по сторонам.
— А где чай? — спрашивает то ли шутливо, то ли всерьез. Чай то я Любе предлагала, а не ему. Но отказывать всё равно не удобно. Плетусь к чайнику и наполняю его водой из ведра.
— Овсяное печенье есть. Будешь? — вежливо уточняю, заранее поставив корзинку с печеньем на стол. Все равно это единственное, что можно туда поставить. Не на́пусто же чай пить.
Сашка не отвечает, притаившись у меня за спиной. Замираю. На коже в районе шеи ощущаю дыхание. Парень стоит слишком близко.
На талию ложится мужская рука и я тут же дергаюсь. Но впереди стол, о который я больно ударяюсь мизинчиком на ноге.
— Ну чего ты все бежишь то от меня, Настя? — с упреком в голосе говорит Саша, склонившись над моим ухом. — Хватит в эти игры играть.
 
Я беру его за запястье и силой стаскиваю руку с себя. Протискиваюсь между его телом и столом, и хватаю первое, что попалось под руку — ковш для воды. Зачем-то переставляю его с одного места на другое, а затем принимаюсь греметь посудой, чтобы чем-то себя занять.
— Саш, — сглотнув нервный комок в горле, произношу. — Говорила ведь уже. Не нужны мне отношения. Мы с Пашкой все равно отсюда уедем.
Парень молчит пару минут, а я затылком чувствую его жгучий взгляд.
— Тебе если заплатить за помощь нужно, ты скажи. Я найду деньги. — поспешно перевожу тему, чтобы он не подумал, что я его симпатию эксплуатирую. Вот еще. Я всегда готова честно за труд платить. Только он не берет.
— Да не надо. — бурчит Филатов, и я решаюсь к нему обернуться.
Парень смотрит на меня исподлобья. Насупился. Сердится.
— Чем твой отъезд нам помешать то может? Придет время, вместе уедем. — серьезно говорит он, а я понуро оседаю на табуретку.
Ничем не помешает. При желании давно бы уже все завязалось. Да ведь нет его — желания этого. Только как сказать Сашке об этом, чтоб не обидеть?
  
2. Настенька
 
— Не до парней мне сейчас. — оправдываюсь, теребя край футболки.
— Ёпрст! Настя! Долго голову то мне будешь морочить?! — неожиданно вскипел парень, и я распахнула глаза, глядя на него снизу вверх. — Как что нужно, сразу «Саша, помоги». Сама ведь зовешь, а ближе не подпускаешь!
Я вжалась в стенку спиной и тихонько произнесла:
— Я ведь сказала, могу заплатить, если надо…
Удар кулаком по шаткому столу, и я уже готова провалиться сквозь землю. Перепуганная, хватаюсь холодными пальцами за края табурета. В голове то и дело мелькают картинки из прошлого — вот пьяный отец так же бьёт по столешнице, а мать сжавшись тихо плачет, заслоняя меня и Пашку собой.
— Саша, уйди, пожалуйста. Ты пугаешь меня. — еле дыша, прошу парня, опасаясь поймать разгневанный взгляд.
— Уйду. — утвердительно говорит он и делает шаг в мою сторону. Но вместо того, чтобы покинуть дом, кладет руку мне на плечо. Кожу холодит от прикосновения. Все в теле отзывается неприятными ощущениями.
— Саша. — прошу я осипшим от нервозности голосом. — Не надо.
Но он больше меня не слушает. Ухватывает за руки и заставляет подняться на ноги. На кухне тесно и отступать мне некуда, а крепкие пальцы прижали меня к чужому телу так сильно, что заболели ребра.
— Отпусти. — я отрицательно кручу головой, всем видом показывая, что не хочу этого. — Сейчас автобус приедет. Пашка со школы вернется. Отпусти, пожалуйста. — на последних словах мой голос не выдержал и жалобно дрогнул.
Сашка словно почувствовал мою слабость. Опустил руку ниже, скользнул по спине, все плотнее заставляя вжаться в себя.
— Успеем. — с усмешкой говорит он. — Пашка если что на улице потусуется.
До последнего не веря в происходящее, тело отказывается повиноваться мне. Словно тряпичное поддается молчаливым приказам Сашки. В нос ударяет запах дешевого алкоголя — вот в чем дело, на дворе день, а он уже успел где-то набраться. И ведь сразу не разберешь, вел себя как обычно.
Да очнись же ты, Настя! — мысленно заругалась я сама на себя, и тут же уперлась в грудь парня ладонями.
— Не. Смей. Меня. Трогать! — прорычала, простреливая его гневным взглядом. — Я не хочу!
Сашка раздражённо цыкнул и усмехнулся.
 
— Сколько еще ждать пока ты захочешь? — пренебрежительно задал вопрос, ответ на который не ждет. Он больше вообще ничего не собирается ждать, потому что уже в следующую секунду берет меня за ворот футболки и тянет ее на себя. Хлипкая ткань трещит и расходится прямо посередине, открывая чужому взгляду нежную кожу в районе шеи.