Книга Крови (СИ)
Фея обиделась.
– Вот уж нет. После свадьбы Олмаха и Эмили я быстро утешилась. А через двести лет встретила ЕГО.
– Да кого? ― Лигард навис над королевой.
– Ладно. Если так надо для дела, отвечу. Я была любовницей Эрика, старшего сына короля.
Вампир ликовал.
– Эрик мёртв. Он не может ни подтвердить, ни опровергнуть твоих слов. Так что сядь на место, детка, и помолчи!
Аковран кивнул секретарю, и через минуту в зал вошёл Эрик.
– Деймон Эрик Родерик.
Сказать, что Лигард был поражён, значило не сказать ничего.
– Этого не может быть.
Будущий свёкор полностью проигнорировал бывшего генерала.
– Я отвечу на все вопросы, честно и открыто. Даю слово.
Марикейт повернулась к мужчине.
– В каких отношениях мы были с тобой, вампир?
Эрик пожал плечами.
– Лет пятьдесят нас связывала очень близкая дружба.
– А точнее?
– Мы встречались.
– А ещё точнее?
Вампир побагровел.
– Мы занимались любовью в Кашеле, в моей комнате, в моей постели. ― Он виновато посмотрел на сына. ― Но это было задолго до того, как я познакомился с твоей матерью.
– И ты можешь подтвердить, что в ночь убийства твоего отца мы были вместе?
Эрик кивнул.
Фея поплыла к своему креслу.
– Что и требовалось доказать.
Я незаметно сняла с руки браслет и протянула его под столом королеве, получив в ответ признательный взгляд.
Лигард снова зашагал по залу.
– Надеюсь, господа, вы прекрасно понимаете, что все эти улики косвенные. Где ваш главный свидетель? Где Иветт? Нет её. Так о чём говорить?
Элиот, сидевший всё это время молча, щёлкнул пальцами. Не дожидаясь протокола, в зал вошли два демона нереальной красоты, волоча за собой огромный мешок. Совершенно не заботясь об этикете, они вытрусили на пол его содержимое ― изуродованное женское тело. Я охнула. Длинные рыжие волосы, спутанные и перепачканные кровью, прилипли к лицу. А всю одежду на бедняжке кто-то разорвал в клочья.
Король подошёл к женщине и приподнял её подбородок.
– Итак, моя красавица! Твой муженёк отказался от тебя, когда узнал правду. Теперь ты лишилась покровительства вампиров и вновь стала моей подданной. Сейчас ты чистосердечно ответишь на все вопросы, или вечность покажется тебе адом.
Иветт открыла глаза и посмотрела на Лигарда. С трудом шевеля губами, она тихо прошептала:
– Он! Это он меня заставил.
– Заставил что? Говори громче. ― Пальцы демона сжали крепче подбородок несчастной.
– Он заставил меня убить Олмаха.
– Все слышали?
Правители замерли в молчании.
– В темницу! ― Коротко бросил Элиот.
Один из демонов тут же перекинул истерзанное тело несчастной через плечо и исчез в дымовой завесе. Его огромный собрат поднял с пола мешок и испарился так же внезапно.
Лигард побледнел.
– Это заговор, заговор против республики. Иветт дала свои показания под пытками.
– Больно надо её пытать. ― Элиот немного обиделся. ― Спасаясь бегством, она свалилась со скалы в Дарсии, в моём королевстве. Можно сказать, я спас её никчёмную жизнь.
– Нужен ещё свидетель?
Я вздрогнула и посмотрела в дальний угол, который скупо освещали люстры, сделанные под старину. Два красных глаза прорезали полумрак, словно молнии. Правители замерли. Древнее могущественное существо покинуло своё убежище и появилось в центре зала. Фея всплеснула руками.
– Олмах?
Эрик открыл рот.
– Отец?
С хищной ухмылкой король подошёл к столу, и испуганный секретарь быстро нашёл для него свободное кресло.
Глядя на древнего, я поняла, откуда появлялись страшные легенды. Олмах являлся олицетворением силы, мощи и ярости. Неожиданно, он взглянул на меня и улыбнулся.
– Рад тебя видеть, моя девочка! Хвала небесам, ты оказалась настолько умной, что смогла размотать этот змеиный клубок. Я бы с радостью разорвал предателя на части, но его должен судить народ.
Лигард рассмеялся.
– О, да! Народ! Какие громкие слова от такого деспота, как ты. Посмотри, король! Тут уже сидят трое претендентов на трон: твой сын, внук и эта чистокровная тварь. Что ты с ними сотворишь? Бросишь в темницу? Разорвёшь на части? А, может, выпьешь досуха?
Король рассмеялся.
– Я не собираюсь возвращать себе трон. Я слишком далёк от этого мира, поэтому письменно передаю все права своему старшему сыну. А я, с его позволения, займу свою спальню в Кашеле.
Эрик затряс головой.
– Ну уж нет! Я и в былые времена не рвался к власти, а теперь и подавно. Сэб! Ты как? Готов примерить корону?
Я была счастлива. В то время, как мой вампир завис, я взяла смелость вмешаться.
– Смотрите, господа! Себастиан даже не думал, что в одночасье из лорда-изгнанника превратится в короля великого народа, но, думаю, он справится. Сэб умён, силён, благороден и прекрасно ориентируется в современном мире.
Мой вампир обрёл дар речи.
– Если только ты будешь рядом.
Он встал и, подойдя ко мне, протянул руку.
– Наташа! Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой, моей королевой. Соглашайся!
Я обвила его шею и приникла к губам долгим поцелуем.
– Это, значит, «да»? ― Марикейт захлопала в ладоши.
– Да! И ещё сто раз да!
Боже! Какой я оказалась глупой и наивной! Имея дело с монстрами, никогда нельзя терять бдительность. Мы с Сэбом были так поглощены друг другом, так счастливы, что потеряли из поля зрения своего злейшего врага. А потом случилось непоправимое.
Лигард стоял у стены и смеялся, как сумасшедший, сжимая в руках древнюю книгу.
– Что, господа, не ожидали от меня такой прыти? Хочу вас разочаровать. Крошка Иветт успела передать мне формулу путешествия во времени, и я отправлюсь в прошлое, чтобы исправить некоторые маленькие недоразумения. С помощью этой книги я перепишу всю историю Дассета, ведь она даёт обладателю несокрушимую силу. Я стану единовластным правителем, и вы все, слышите, все склоните передо мной головы.
Он исчез, унося с собой бесценную реликвию.
Сэб заревел и кинулся к тому месту, где только что находился Лигард, но его кулак рассёк воздух.
– Успокойся. ― Олмах указал на стул. ― Лигарда можно вычислить. Тут два варианта, либо он отправился в прошлое, чтобы убить Наташу, либо для того, чтобы прикончить тебя. Первое наименее вероятно, ведь теперь она не является единственной наследницей престола, хотя, благодаря ей, и заварилась вся эта каша. Так, что, внук, Лигард спешит в тот момент, когда ты являлся наиболее уязвимым. Он надумал избавиться от тебя, а, заодно, от Эрика и Аникейн.
Сэб подошёл к деду.
– Я последую за ним немедленно.
Древний поднял руку, и его рубиновый перстень зловеще блеснул в полумраке зала.
– Ты не можешь переместиться в то время, когда уже родился. Ты сам себя погубишь. Возможно, на это Лигард и рассчитывает.
– Но ведь и Лигард уже родился в то время.
– Верно, но его защищает книга.
Себастиан склонился над дедом.
– Пусть. Тогда я вообще сожгу эту рукопись, и наше государство обретёт покой и порядок.
Мой вампир сверкнул глазами и исчез.
Олмах схватился за голову.
– Он не может уничтожить книгу. Я сам наложил на неё заклятие. Всякий, кто посмеет коснуться её с такими помыслами, умрёт. Это ещё один способ убить короля.
Я услышала чей-то дикий крик, и через секунду осознала, что это кричу я. Правители, родственники, интересы рас перестали существовать. Только одна мысль засела в голове: «Я должна спасти его, спасти любой ценой!» Кто-то положил руку на моё плечо. Я слышала обрывки фраз, которые должны были меня успокоить.
– Мы перехватим его…
– Нужно правильно определиться со временем…
– Он вернётся…
Сквозь пелену слёз я ничего не видела, и только чувствовала, как ледяные пальцы до боли сжимали кулон в виде сердца, который внезапно так раскалился, что оставил ожог на моей груди.
Глава 23
Я попала в деревню. До боли знакомые места. В сером тумане на скале зловеще возвышался замок. Кашел. Почему сегодня он казался мне таким мрачным? Люди спешили по протоптанной дороге к широко открытым воротам. Я ускорила шаг и оказалась в самой гуще толпы. Сельчане оживлённо беседовали, толкались, стараясь пробиться ближе к центру. Отцы сажали на шеи своих отпрысков, чтобы те смогли лучше увидеть грядущее представление. Представление! Работая локтями, я смогла попасть в первые ряды. В центре двора на деревянном помосте стояли два столба, обложенные хворостом. Я вертела головой в надежде увидеть Себастиана, но его нигде не было. Зато на каменных ступенях замка стоял Лигард и дьявольски улыбался. Пройдя вдоль стены, он поднял руку, призывая толпу к тишине. Под его плащом я заметила книгу.