Вертел я ваши кланы! Том 5 (СИ)

— Устраивайтесь поудобнее, — Катя селя прямо на ступени, — перекусим да дальше пойдём. Уже вечер, пока до башни доберёмся, как раз стемнеет!
А когда расселись, Катя достала из пакета вино и устрицы и «сервировала» ступеньку.
— Я так понимаю, с этим деликатесом вы не знакомы?
Катя взяла устрицу и, выпустив коготок, аккуратно вскрыла раковину, а потом и выскребла моллюска.
— Вскрываем, сбрызгиваем лимоном, выпиваем вот эту жидкость, это, по сути, морская вода, закусываем моллюском. Сильно не разжёвываем, только чуть-чуть, и глотаем. И глоток вина сверху! Кто смелый?
— Давай, — протянул я руку.
Я думал, будет противно, и приготовился стойко переносить отвратительные ощущения во рту. Но всё оказалось не так страшно, скорее непривычно. Катин совет сильно не разжёвывать пришёлся кстати — организм был не в восторге от идеи жевать то, что только что шевелилось, и разве что не пищало. Но в целом вкус мне скорее понравился. За первым ощущением солёности и запахом моря последовал интересный ореховый привкус. Проглотив устрицу, я сделал глоток вина.
— Ну как? — спросила чуть зеленоватая Рики.
— А ты знаешь, очень даже ничего! — я не стал добавлять, что думал, что будет хуже. — Давай, ты обязательно должна попробовать!
С видом приговорённого к мученической смерти Рики осторожно приняла из рук Кати раковину, стараясь не расплескать содержимое. Прикрыла глаза, выдохнула...
— Мммм, — Рики удивлённо раскрыла глаза, — а это правда вкусно! И чего я боялась! Катя, давай, у тебя их ещё много!
Мы не успокоились, пока не съели всё подчистую. Даже Катя больше не привередничала, с устрицами вино пошло на ура.
— Ну что? Идём дальше? — наевшись, мы сидели, откинувшись, и любовались видом города на закате. — Монмартр лучше покинуть до наступления темноты, чтобы не переломать ноги на ступеньках!
— Идём! — Рики первая подскочила.
С холма мы спускались другим маршрутом. Прошли мимо «Стены любви» с признаниями на множестве языков, вышли на бульвар Клише, поглазели на знаменитый «Мулен Руж».
«Интересно, тут есть где-нибудь туалет?»
«А вон та кабинка — не оно?»
«Такая большая?»
— Катя, — спросил я, — вон та кабинка — это туалет ведь?
— Ага, — она кивнула и повернула в том направлении, перейдя на бег.
— Кать, с тобой всё в порядке? — спросила Рики.
— Кажется, устрицы не пошли, — Катя сглотнула. — Давно не ела их.
Подойдя к кабинке, я подумал, что у меня глюки. Мне показалось, что внутри кто-то вовсю трахается.
— Мне кажется или не кажется? — спросил я у Кати.
— Мне пофиг, — она постучалась в дверь кабинки.
Через пару минут оттуда вышли двое, мужчина и женщина. Причём женщина была как из сказки: не раздета, но и не одета.
— Я сейчас, — и Катя скрылась внутри.
— Хм, а мне норм, — Рики прислушалась к своим ощущениям. — Хотя кто знает, что раньше ела Иллария. Может ещё что похлеще устриц, змей там каких-нибудь.
— А у меня желудок лужёный, главное проглотить.
Катя вышла минут через пять заметно посвежевшей.
— Ну наконец-то, — Рики сморщила рожицу, заняв Катино место.
— Здесь же квартал красных фонарей, как бы. Был, — объяснила Катя присутствие парочки. — Проституция не запрещена, но и не совсем легальна. Так что вот так. И да, это была настоящая ночная бабочка.
— А полиция как на них смотрит?
— Отворачивается, — фыркнула Катя. — Надо же туристов завлекать!
— Ты-то как?
— Да нормально. Но теперь устрицы долго есть не смогу. Бррр!
До Эйфелевой башни мы добрались в полной темноте. Пришлось подождать в очереди на подъём, но оно того стоило.
Те, кто говорят, что Эйфелева башня — ничего особенного, не впечатлила и тому подобное — просто позёры. Как эта стройная красавица может не впечатлить? Да ещё и с такой красивой подсветкой!
Мы поднялись на самый верх, и стояли, обнявшись, любовались ночным Парижем, когда неожиданно в наушнике заговорила Аврора.
— Спасибо вам, любимые мои, за этот день!
— Аврора, это вам с Катей спасибо! Всё было просто чудесно! — ответил я.
 
— И я даже согласна, Аврора, — добавила Катя, — что твой маршрут лучше. Мне тоже понравилось! Но вот в следующий раз!
— В следующий раз, — мечтательно закатила глаза Рики, — мы снимем здесь квартирку рядом с Лувром и поживём месяц, или два, или пока не надоест!
— Так и сделаем, — кивнул я. — Ну что, домой? Только спустимся, чтобы не привлекать внимание.
— Прости, Миша, но, некогда спускаться, — вдруг заговорила Аврора скороговоркой, собранным, тревожным голосом, — у нас взрыв на контейнеровозе Гордеевых в Охотском море. Роман отправляется туда, мне кажется, твоё присутствие тоже нужно. Гордеев из революционеров, это может быть акция возмездия, я считаю, его обязательно надо поддержать.
— Долго объясняешь, я согласен, раз они в моём клане — это мой долг.
— Наш, — поправили меня Рики с Катей в один голос.
Что ж, Париж, до свидания.
Хлопок — и мы телепортировались прямо с Эйфелевой башни.
  
Глава 21. Экипировка
 
Хлопок — и мы телепортировались прямо с Эйфелевой башни к себе домой, в гостиную.
— Аврора, оперативная обстановка, давай картинку.
— Картинки пока нет. Взрыв в трюме, переборки и корпус выдержали, течи нет, но начался пожар. Горит химия. Секция в середине корпуса, на море сильное волнение, если пожар разгорится — судно может разломиться пополам. Команда самостоятельно с таким возгоранием не справится. Специальные суда смогут подойти не раньше чем через несколько часов, к тому времени будет уже поздно.
— Что Роман? Сколько с ним человек?
— Он один, Фёдора не привлёк, возможно, хочет сперва оценить обстановку, или боится рисковать им. Роман водник, как и сын, только посерьёзнее.
— А где остальные? — я почувствовал беспокойство. — Там же целый клан!
— Похоже на саботаж, — Аврора секунду помолчала. — Роман один не справится. Я проанализировала состав грузов. В маркировке есть ошибка, в результате в трюм попали совместно горючие вещества и окислитель. Они будут гореть даже под водой.
— Понял, — я взглянул на девчонок, те слушали с напряжёнными лицами, затаив дыхание. — Аврора, поднимай всех, включая Фёдора. Общий сбор у нас дома, через две минуты отбываем, кто опоздает — будет добираться сам. Настю тоже поднимай. У кого на хранении биомет — взять с собой. Рики, Катя, раздевайтесь, я сейчас.
— Ты куда? — спросила Рики.
— Я быстро, — ответил я, и телепортировался в свою комнату в общежитии, зная прекрасно, что до Лёни Аврора может и не добудиться.
— Лёня, подъём! — заорал я.
— Твою ж! — Лёня подскочил на кровати. — Что случилось?
— Где биомет?
— Одно ведро в шкафу, другое под кроватью, я на два разделил... а что случилось?
— Взрыв у Гордеевых, долго рассказывать. Минута на сборы, через минуту у меня дома.
— Есть! — Лёня, похоже, сообразил, что я не шучу, и кинулся одеваться.
А я подхватил оба ведра с биометом и телепортировался по маяку в кладовую. Подхватил телекинезом все шлемы, сколько есть, и «прыгнул» обратно домой.
Рики и Катя ждали уже в одном нижнем белье.
— Одевайтесь, — я поставил перед ними вёдра с биометом. — Аврора, нам нужны дыхательные системы замкнутые, закрытые... короче, где не фильтр, а от баллона. Минимум три штуки. Варианты?
— Хм... Покупка займёт слишком много времени.
— Тот пожарный, с усами, — вспомнила Катя, — давайте у него попросим! Правда я ему с прошлого раза ещё не вернула...
— Аврора, ты поняла, про кого речь? — спросил я.
— Да, но это в Москве... нашла... он на смене, вызовов нет, они сейчас в расположении части.
— Набирай. Как звать?
— Павел Ильич.
Пара гудков...
— Слушаю, — суровый голос.
— Павел Ильич, здравствуйте. Вам привет от девушки с синими волосами. Просила извиниться за аппарат.