В лабиринте времени (ЛП)

Петр повернулся и направился прямо за угол к ней. Еще чего не хватало! Ксио огляделась по сторонам в поисках чего-то, что можно было использовать в качестве оружия, и в пределах досягаемости увидела только палку толщиной с палец и один кирпич. У нее не было оружия, с которым она могла бы противостоять Петру. Глупый русский, чей интеллект был чуть выше комнатной температуры, уже несколько лет был правой рукой Грегора и ответственным за крупные дела. Ксио узнала достаточно подробностей, чтобы иметь ясное представление о преступных махинациях своего мужа, но их было недостаточно для того, чтобы использовать в суде в качестве доказательств.
Ксио успела вовремя взять кирпич. Момент неожиданности был на ее стороне. Она ударила камнем о его висок. Петр сразу же упал на землю, но все еще оставался в сознании.
— Ты маленькая сучка!
Он схватил ее за лодыжку и резко потянул. В мгновенье ока Ксио упала на спину, а Петр оказался на ней. Она смотрела неподвижным взглядом в дуло его пистолета Sig Sauer.
— Если я тебя прикончу, эта игра в кошки-мышки наконец-то закончится. Мне это уже просто надоело. Ты представляешь угрозу для нашего дела.
Девушка пренебрежительно рассмеялась, хотя страх крепко держал ее в своих цепких объятьях. Петр смотрел на нее взглядом, полным решимости, и она поверила, что он способен на все.
— Ты не посмеешь! — Ксио бросила ему вызов, подняв подбородок. Раньше дружкам Грегора запрещалось её трогать. Внутреннее чутье подсказывало ей, что сейчас Петру на это абсолютно наплевать, если он таки захочет ее прикончить.
— Милая моя, я пристрелю тебя сейчас, а потом вывезу отсюда. Грегор будет думать, что ты сбежала. Ты встретишь свой конец в мокрой и холодной могиле. Никто тебя не найдет, и, в конце концов, Грегор тебя забудет. — Почти заботливым жестом мужчина убрал прядь волос с ее лица. — Ты боишься. Это хорошо.
— Слезь с нее, ублюдок!
Петр в буквальном смысле слова отлетел от Ксио и врезался в стену дома. Но Элайджа не остановился на этом. Как разъяренный бык, он снова наступал. Он бил его с такой силой, что Петр влетел в шахту и остался там лежать, не двигаясь. Элайджа снова направился к нему.
Ксио раньше никогда не видела Элайджу таким. Его лицо исказила гримаса гнева. В ярости он мог убить Петра. Она подняла с земли связку ключей, схватила Элайджу за руку и потянула его к автопарку Грегора. Он испытывал сильную боль и, вероятно, из-за этого вел себя не так, как обычно. Все пальцы на его правой руке были сломаны, левая сторона лица была сплошной гематомой и распухла до такой степени, что даже родная мать сейчас бы не узнала его.
— Нам пора уходить. Петр получит свое наказание, когда Грегор поймет, что мы ускользнули из его рук. И он не будет с ним мелочиться. Забудь об этом куске грязи!
***
Ксио не нравился красный Porsche, который выбрал Элайджа. Он был быстрым, но также чертовски бросался в глаза и на самом деле совсем не подходил для побега. Нужно как можно скорее обменять его на простую и не такую примечательную машину. Porsche был самым любимым автомобилем Грегора, и он свернул горы, чтобы найти её.
— Нужно избавиться от этой машины. — Травмы, вероятно, все больше изводили Элайджу, даже если он и не подавал виду. Было бы лучше оставить его в пансионате или где-нибудь в другом месте, где он мог бы отдохнуть, в то время как Ксио постарается избавиться от машины.
— Мы можем получить за Porsche больше денег, нежели за мою старенькую легковушку.
— Сомневаюсь, что мы так легко избавимся от Porsche. Может, нам все-таки оставить его себе, — с надеждой добавил Элайджа, вызвав у нее улыбку. Видимо, люди из будущего так же питают слабость к быстрым автомобилям, как и люди из настоящего. — Твоему бывшему нужно отдать должное. Он хорошо разбирается в автомобилях. И, само собой, имеет превосходный вкус на женщин. — Элайджа погладил кожаное сиденье и улыбнулся ей в ответ. Обработанные раны на его лице выглядели на самом деле не так плохо, как ей показалось сначала. После беглого осмотр на станции отдыха (прим. пер.: Raststätte — станция отдыха расположена на автобане, предлагает водителям комплекс товаров и услуг для краткого отдыха в пути) она поняла, что на его лице ничего не сломано. Через неделю-две гематомы сойдут, и рваная рана на лбу хорошо заживет. Раны на голове ввели ее в заблуждение, так как во время ее первоначального осмотра в состоянии паники рваная рана показалась огромной. Ксио позаботилась о них, как могла. Его рука не давала ей покоя. Элайдже нужен врач. Брата нельзя было беспокоить, так как за ним следил Грегор.
 
Поскольку они не могли рассчитывать на Марселя, у Ксио появилась идея, которая также поможет им разыскать Исаака. При этом они убьют сразу двух зайцев одним выстрелом.
— Нам нужна менее заметная машина, — наконец уступил Элайджа.
— Тогда мы должны ехать в Майнц.
— Ты нашла что-то в интернете до того, как Грегор встал на нашем пути? — Ксио рассказала ему об информации, которую нашла, а также о своих предположениях.
— В этом есть смысл. — Голос Элайджи звучал устало. — Мы должны найти Исаака, и это единственная зацепка, которая у нас есть.
ГЛАВА 16
Им удалось избавиться от машины на удивление быстро, пусть и продали ее намного ниже обычной рыночной стоимости. Но этих денег было достаточно, чтобы приобрести неприметную подержанную машину, и даже осталась довольно приличная сумма. После недолгого отдыха в пансионе Ксио с Элайджей отправились в Майнц.
— И как именно это произошло, господин Мюллер? — с подозрением спросил смышленый доктор, к которому они обратились за помощью в частную клинику. Настороженность доктора была предсказуемой, ведь инцидент с Исааком произошел менее недели назад.
— К сожалению, виноват мой бывший муж! Простите, что нагрянули к вам к концу рабочего дня, учитывая тот ужас, который вы недавно пережили. Мой бывший муж — тиран. Теперь он превращает в кошмар не только мою жизнь. Мне пришлось скрываться, бросить работу…
— Вы оказали своему другу первую помощь, — с похвалой отметил доктор Мерк. — С лицом все в полном порядке. Пальцы сломаны, как показывает рентген. Почему вы не поехали в больницу?
— Именно там он будет искать нас в первую очередь. Нам нельзя в больницу.
— Вы обращались в полицию? — Мужчина выгнул седые брови с недоверчивым выражением лица.
— Конечно. Но моего бывшего это не волнует, равно как и судебный запрет на приближение, которого я добилась. Я скрывалась, пряталась, и до недавних пор у меня все было хорошо. К сожалению, ему удалось выследить меня.
— Я сохраню ваш визит в тайне при условии, что вы заплатите наличными и не будете наставлять на меня пистолет, как тот мой последний посетитель, нагрянувший ночью. — Доктор растянул свои тонкие губы в улыбке. — Вы из Штатов?
Элайджа кивнул, подтверждая его догадку.
— Тот мошенник тоже был из Штатов. Мордоворот. Молчаливый, очень опасный и совершенно безумный. Он все время болтал сам с собой. Я никогда не видел ничего подобного. Как будто два разных человека разговаривали друг с другом. И он хотел дофамин. Увы, я не мог дать ему его. У меня здесь не все лекарства в наличии. Он забрал весь запас фентанила.
— Фентанил?
— Очень сильное обезболивающее. Оно невероятно быстро вызывает привыкание. — Приятный на вид доктор был настолько поглощен своей речью, что, казалось, не заметил возросшего интереса Элайджи.
— На меня уже когда-то нападали, и я долгое время работал в отделении неотложной помощи в клинике Шарите в Берлине. На моем жизненном пути встречались разные странные личности, но этот парень отличался от всех остальных. — Доктор содрогнулся. — Он отказался от наркоза, я вынул ему пулю, а в благодарность он меня вырубил. Думал, убьет. Но, как видите, я все еще жив. — Доктор указал на себя с очаровательной улыбкой, но тут же снова стал серьезным. — Мой юный друг, вам нужна операция.