Вход для посторонних (СИ)

— Я завтра поговорю с Мастером Дерос. Возможно в его мастерской смогут сделать гранёные бусины, а собирать люстру надо будет на месте.
— А саму основу ты хочешь чтобы сделали из ирбирия?
— Вообще-то я думала о бронзе, но ирбирий был бы символично…
— А символика выдержит? — задала Катания серьёзный вопрос, — красота ведь весить будет прилично. Очень бы не хотелось чтобы люстра свалилась на наши головы.
— Мастер всё учесть должен будет. Ну и у тебя, возможно, свои идеи появятся.
— Буду думать, — пообещала ведьма, — мне ещё надо подходящие растения подыскать. Дел на сегодня мне хватит.
— Завтра мы с тобой ремонтом займёмся. Сиана, тебе надо будет людей найти для наружных работ. Думаю, что следует обратится к дядюшки Широну. Он обещал помочь.
— Это же мне прийдётся на Круглый рынок идти, — перепугалась девушка.
— Ну и что?
— Как что, там же заведение тётки Валис…
— Ну и что? Ты девушка у нас свободная, куда хочешь туда и идёшь. Пусть только попробует тебе претензии предъявить, — Алька небрежно отмахнулась от Сианиных страхов, — и, пожалуйста, узнай кто нам может помочь с наймом обслуги. Должны же быть конторы какие-то или агентства. Да, чуть не забыла, ты повара нам обещала.
— Я за день со всем этим не справлюсь.
— А ты постарайся. Найди сперва себе помощников, а потом пусть они по твоим поручениям бегают…
— Астра, а ты не забудь Сианины рисунки с собой захватить. Деровские девицы должны уже платья заказать, а то без них нам торговать нечем будет.
— Кринолины трёх разных диаметров уже готовы, так что портнихи должны успеть.
— И шляпы. И шляпы пусть делают, — влезла в разговор, молчавшая до сих пор Мелина.
«Не волнуйся. Мы напомним. А кричать, как будто мне гвоздь в попу попал не надо. Очень это странно со стороны выглядит.»
«Ну извини. Просто вы уже прощаться начали, а про шляпы даже не вспомнили.»
«У тебя с спросонья соображалка совсем плохо соображает.» — вздохнула Алька. — «Мы же с тобой вместе с утра к Деросам идём, там им сама и напомнишь.»
«Да, действительно глупо вышло…»
«Ладно, иди досыпай. Без тебя поужинаем.»
«Только прошу, не кури больше. Мне кажется, что даже у меня в спальне пахнет.»
«Не морочь мне голову.» — Огрызнулась Алька.
  
Глава 56 Смотреть закрыв глаза
 
Мелина, помахав ручкой, без лишних слов нырнула в вечерний сумрак, подсвеченный светом костра.
Алька уставилась на картину, надеясь уловить момент, когда изображение изменится, но время шло и ничего не менялось.
Что это там происходит, удивилась Алька. Беспокойства она не испытывала. Только удивилась немного.
Потоптавшись ещё некоторое время у мольберта, вздохнула и устроилась в шезлонге, готовясь к терпеливому ожиданию.
***
Мелина зависла над костром, испытывая чувство дежавю.
Странное такое чувство. Словно вернулась во вчерашний день. Даже запахи были те же.
Хотя нет, запахи немного изменились. Пахло сильней лошадиным навозом и отходами человеческой жизнедеятельности. Неприятно пахло, одним словом.
Собравшиеся у костра переговаривались тихими голосами, но в общий разговор не вступали, словно смущало их что-то.
Присмотревшись внимательней, Мелина поняла причину смущения.
Новые лица, сбившись в чужеродный клин, врезались в толпу настороженных северян.
Было их четверо. Здоровые, сытые — они походили больше на солдат, чем на обозную охрану. И вели себя соответственно. Говорили громко, места занимали много и миски их были в два раза больше, чем у прочих.
Мелина прислушалась.
Они говорили о контракте, который скоро заканчивается, о столичных развлечениях, которые их ожидают и о провинциальных дурах, которых в столице только в одном месте и ждут…
Северяне молчали, молчанием напряжённым и недружелюбным, и атмосфера вокруг костра, тяжёлая и вязкая, напоминала Мелине забродивший сахарный сироп. Ни сплетен, ни дружеского подшучивания — на новости из третьих рук рассчитывать не приходилось.
Вздохнув Мелина неторопливо поплыла в сторону неказистого двухэтажного строения под перекошенной вывеской.
 
То, что проникнуть вовнутрь надо она понимала, только не понимала как это сделать. Проще всего было сквозь стены просочится, но мысль о том, что с той стороны может живая спина оказаться, вызывала страх и отвращение.
За окнами первого этажа, прикрытыми почерневшими от влаги и времени ставнями, мелькали тени, слышался гул голосов и Мелина вынужденна была обратить своё внимание на окна второго этажа. Некоторые из них светились, но были и такие которые блестели чернотой, давая надежду на то, что вертикальных спин за ними не будет.
В комнате, в которую проникла Мелина, вертикальных спин действительно не было. На белом пятне кровати угадывалась парочка горизонтальных, но в их сторону девушка даже не глянула. Вылетела прочь под свет коридорных светильников и вздохнула с облегчением.
Ну вот, главное сделано. Она внутри и может забыть о своих страхах.
Теперь надо найти родственников.
Родственнички расползлись по гостинице что те тараканы.
Кузина Лона сидела в обеденном зале в обществе двух молодых людей простецкой наружности и оттачивала на них свои женские чары. Молодые люди глупо лыбились и топили своё смущение в высоких пивных крыжках. Позади Лоны стояла её личная горничная, исполняющая, надо полагать, роль дуэньи, и тоже лыбилась.
К их разговору Мелина даже прислушиваться не стала. Что она, своей кузины не знает. Умные разговоры Лона разве что из под матушкиного палки вести будет, а тут, без присмотра, да ещё целых два кавалера слюни пивом разбавляют… Об уме речи и быть не может.
Пелина Мелине разыскать так и не удалось. Девиан, скорее всего, остался снаружи. Зато, проследив за тяжело нагруженной служанкой, она нашла тётушку.
Тётушка была не одна.
Мелина, от шока даже зажмурилась, хотя и с закрытыми глазами всё видела.
Тётушка, одетая не для приёмов, визитёра всё же принимала.
В единственном кресле у камина, развалившись в небрежной позе и в небрежном же туалете, сидел незнакомый мужчина и, с видом знатока, тянул вино из высокого бокала и цветом, и рисунком похожего на бокал из знаменитого парадного сервиза, гордости славного рода Таулес. Присутствие этого бокала в гостиничной комнате поразило Мелину даже больше, чем присутствие чужого мужчины.
Второй бокал держала тётушка.
— Жаль, что я захватила с собой всего лишь один ящик.
— Вино действительно отменное. Я ничего подобного раньше не пробовал.
— Конечно не пробовал, — с намёком на превосходство сказала тётушка, — и вообще это не вино. Это ликёр, который достался нам как военный трофей.
— Твой муж воевал? — удивился её собеседник.
— Конечно же нет. Ликёр привёз его покойный брат.
— Тот который был генералом?
— И генералом, и Пилоном… Который был всем в то время как мой муж как был ничтожеством, так им и остался.
— Тебе грех жаловаться. В конце концов этот ликёр ты пьёшь…
— С тобой, мой дорогой, с тобой.
— Так давай же выпьем за тех, кто обеспечил нам сладкую жизнь, — рассмеялся мужчина раскатистым смехом и опрокинул в себя содержимое бокала.
— Я бы предпочла выпить за того, кто помог мне сохранить эту сладость, — женщина только смочила губы золотистой влагой.
— Боюсь, что за это тебе прийдётся выпить другое вино.
— Что ты хочешь этим сказать? — тётушка напряглась.
— Только то, что это я выпью сам. Тебе всё же следовало захватить ещё пару ящиков, — мужчина протянул руку с пустым бокалом в сторону полупустой бутылки.
 
— Когда всё закончится оно всё будет в твоём полном распоряжении.
— Дорогая Толия, неужели ты полагаешь, что мои усилия заслуживают такую скромную награду?
— Не скромную награду ты уже получаешь за одни только обещания, — тётушка рассмеялась грудным смехом и, сверкнув голыми ногами, уселась на колени своему гостью.