Вход для посторонних (СИ)

— Как? — с подозрением спросила Алька.
— Ну сделать так, чтобы у тебя жир не собирался.
— Ты что, можешь метаболизм ускорить?
— Какая разница как это называется. Я формулу заклятия в целительском разделе нашла. Думала, что для лечения Девиана пригодится, но раз ты считаешь, что жир ничем не лучше яда, то можно попробовать…
— Совсем что ль дура? — зашипела на ведьму Алька, — на морских свинках пробовать будешь. Где это видано чтобы на живых людях эксперименты проводились?
— Где я тебе морских свинок возьму? — опешила Мелина.
— Можешь на обыкновенных, если морские здесь не водятся, — Алька немного успокоилась, — надо убедится в том, что заклятие твоё не имеет побочных эффектов. А то будешь яд из организма изгонять, а у человека нос отвалится.
— Изменить форму носа тоже можно, но для этого другое заклятие есть.
— Мелина, послушай меня внимательно. Одно дело пыль в клубок собрать или там на кустиках колючки вырастить, и совсем другое дело, без должной подготовки, здоровьем человека рисковать. У нас в организме всё взаимосвязано. Может так случится, что яд из организма ты выведешь, а твой пациент от инфаркта коньки отбросит.
— При чём тут коньки? — удивилась Мелина.
— Скончается, умрёт, на тот свет отправится, — заорала вышедшая из себя Алька, — а коньки, это образно, — резко успокоившись, закончила она.
— Поняла я. Поняла, — заверила перепуганная ведьма, — я сперва на живности попробую.
— Вот и молодец. Вот и умница, — с облегчением выдохнула Алька, — давай собираться. У нас дел много.
— А как же?..
— Мы ещё вчера наметили план действий. Днём с твоим телом ничего не случится, ночью мы за ним присмотрим, а сейчас за дело, нас люди ждут.
  
Глава 38 Бывает и так
 
Госпожа Ласки их действительно ждала.
Стол был накрыт и, о счастье, кроме обычных сладостей на нём красовалось блюдо с горкой бутербродов. Старушка явно благоволила к своей молодой соседке.
Мелина без церемоний накинулась на предложенный завтрак, а любопытная хозяйка на неё с расспросами.
Под неодобрительные взгляды молчаливой компаньонки, Мелина, захлёбываясь чаем и возбуждением, хвасталась своими успехами, не забывая нахваливать предложенные угощения. Речь получилась не очень вменяемой, но очень эмоциональной. Главное, что принимающая сторона заразилась её энтузиазмом и, можно сказать, рвалась в бой.
Поджатые губы бедной родственницы несколько портили картину душевного подъёма и радостного нетерпения, но свои соображения чопорная дама вслух не высказывала, чем несколько беспокоила Альку. Знавала она таких жаб. Дождётся, когда они распрощаются, и начнёт своей начальнице на мозги капать. Та, конечно, её пошлёт, но зерно сомнения будет посеяно… И ведь не остановить её. Ну ничего, главное, что сама госпожа Ласки идеей загорелась. Начнёт активно действовать, а потом просто остановится не сможет.
Дамы распрощались, довольные друг другом и, обменявшись прощальными поцелуями, ринулись выполнять взятые на себя поручения и обязательства.
— Тебе не кажется, что в образе Аля нам с родственницей Сианы будет сложно договорится, — беспокоилась Мелина, наблюдая как в зеркале формируется фигура полу-подростка, полу-мужчины со смазливым улыбчивым лицом.
— Так ведь мы договариваться и не будем. Мы с тобой в сыщиков играть будем.
— У нас такие игры называются „в полицейских и воров,“ — сообщила Мелина, продолжая хмуриться, — взрослые люди в такие игры не играют.
— Конечно не играют, — весело рассмеялась Алька, — они работают или полицейскими, или ворами.
— Но мы же не то и не другое. Зачем нам в эту игру играть?
— Я не понимаю, в чём проблема? Что не так? Мы отыщем Сиану, а переговоры с её родственницей уже госпожа Орбис вести будет.
— А у меня дурное предчувствие, — призналась ведьма и отвела глаза от жизнерадостного подростка растеряно рассматривающего себя в зеркале.
— Ну ты даёшь, — удивилась Алька, — что-то раньше я в тебе склонности к мистическим пророчествам не замечала.
 
— Никакое это не пророчество, просто не по себе мне. Можно подумать, что у тебя такого не было.
— Такого не было, — уверенно ответила Алька, — что такого особенного в том, что мы Алем по городу погуляем. Не в первый же раз.
— Ну да, не в первый, — со вздохом согласилась Мелина, — только давай договоримся, если мои предчувствия подтвердятся, ты никогда больше от них отмахиваться не будешь.
— Считай договорились, — пообещала Алька и натянула шапочку по самые брови.
Городские улицы, оживлялись, готовясь к полуденной торговле, а солнце, намекая на своё существование, подсвечивало осенние облака, делая день похожим на ранние сумерки.
Алька, ёжась от холодной сырости, старательно обходила лужи, вливаясь в жидкий поток прохожих, и стараясь вспомнить маршрут своего первого путешествия по этим улицам. Конечно было бы проще задать пару вопросов, но после Мелиных пророчеств на разговоры не тянуло. Они и друг с другом не разговаривали. Просто плелись в сторону конечной остановки дилижанса, посматривая по сторонам и тихо радуясь если замечали знакомые улицы и магазины.
На станции было людно. Толпа встречающих ждала прибытия очередного дилижанса, а кучера, оставив свои коляски, прогуливались в ожидании клиентов. К ним-то и обратилась Алька с вопросом как добраться до Круглого рынка. Вопрос особого интереса не вызвал. Наверно вид паренька и вопрос им заданный большого барыша не сулили. Мелину такое отношение задело. Она даже заставила Альку позвенеть карманом, но и эта уловка не сработала. Пришлось, следуя указанием, плестись до ближайшей подворотни, потом какими-то задворками до следующей широкой улицы, а там, толкаясь среди полуденной толпы тащится несколько кварталов до площади, которая и оказалась тем самым Круглым рынком.
«Я устала и есть хочу» — сообщила Мелина, затягивая в Алькин нос аппетитные ароматы, витающие над площадью.
«А я уже подумала, что дурные предчувствия тебе аппетит испортили.» — Не удержалась от иронии Алька.
«Не дождёшься.» — огрызнулась ведьма и потащила Альку к навесу под которым на углях жарилось мясо.
Аромат здесь стоял сногсшибательный. Народу тоже собралось немало, что свидетельствовало в пользу Мелиного выбора. Альке выбор тоже понравился. Всё-таки кусок сочного мяса лучше липких пышек, выставленных на прилавке соседнего заведения.
Алька выбрала для себя шампур с крупными шматьями посветлевшего от маринада мяса, а для Мелины миниатюрную птичку расплюснутую в неприличной позе, и уселась в сторонке в ожидании своего заказа, захлёбываясь собственной слюной и с завистью поглядывая на счастливцев которые уже жевали.
На этого человека она обратила внимание только потому, что перед ним поставили блюдо с горкой тех самых растопыренных птичек, о которых с таким вожделением мечтала её подруга. Мужчина ел руками, ловко отламывал ножки и, подцепив двумя пальцами обгоревшее до черноты крыло, объедал сочащуюся соком грудку. Делал он всё это даже элегантно. Девушки, не отрывая глаз, смотрели как растёт аккуратная горка обглоданных косточек на его тарелке. Случайно скользнув взглядом по сосредоточенному лицу Алька напряглась. Она это лицо уже видела.
Но напряглась она не от того, что узнала, а от того, что случайный сотрапезник, явно, узнанным быть не желал. Вместо яркой зелени на нём был серый и потрепанный плащ под которым угадывался такой же серый и потрепанный сюртук, а на голове дурацкая кепка, вроде тех, что носят кучера. Но больше всего Альку потряс вид сапог на деревянной подошве, торчащих из-под стола-подноса на которых здесь еду подавали.
 
Мелина полностью разделяла Алькино недоумение.
О своём присутствии они, само собой, не объявили, но на то у них были свои основания: свои, персональные и очень веские. Но понять тягу к переодеванию у бравого кавалериста они не могли — фантазии не хватало.