Вход для посторонних (СИ)

— Как же, работает она, — съехидничала Алька, — работала бы — не болталась бы пустой неизвестно где.
— Зато в твоей места хоть отбавляй. Десять таких как я поместятся…
— Да такой дуры, бестелесной как ты, на два мира только одна и нашлась.
— Лучше не иметь тела, чем носить пустую голову, — сделала свой вывод Голос.
— Тебе об этом лучше знать…
Обе замолчали, уставшие от бессмысленных пререканий.
— Какое сейчас время суток, — помолчав, вполне миролюбиво спросила Аля.
— Какая тебе разница, — буркнула ведьма, но подумав всё-таки сказала, — ночь.
— А до утра ещё далеко?
— Спешишь куда-то? — с преувеличенным интересом спросила Голос.
— Я нет, — заверила Лялька, — просто думала, что ты торопишься.
— Со срочными делами я уже справилась, а прочие могут и обождать.
— Это какие же дела у нас срочные? — поинтересовалась Алька без особого интереса.
Для неё делом первостепенной важности было выбраться из этого склепа и то, что она не может сделать этого самостоятельно злило до зубного скрежета.
Но Аля зубами не скрипела.
Аля с трудом, но сдерживалась.
Аля понимала, что ещё одна бурная сцена ни к чему хорошему не приведёт.
Надо договариваться.
Должно быть соседка думала так же потому, что ответила на вопрос с лёгкой иронией, но без, присущей ей, раздражительности.
— Ты что, не заметила, что перестала мёрзнуть?
— Заметила. Спасибо, конечно, но для срочных дел как-то мелковато…
— Мелковато, думаешь? А то, что ты бы в своём костюмчике далеко бы не ушла, это ты тоже мелочью считаешь?
— Холодно, я знаю. Но сюда я же добежала как-то.
— Хорошо, что нам никто не встретился, а то бы ты узнала разницу между бежать и убегать.
— С фасоном не угадала? — не удержалась от сарказма Алька.
— Так это был фасон! А я думала, что ты так спешила, что не успела одеться.
— Много ты понимаешь, — обиделась Аля, — хотя, зачем тебе мода, если одеть всё равно не на что.
— Зато у тебя есть на что, только нечего.
— Я путешествие не планировала.
— Я это учла… Потому и занялась нашим гардеробом.
— Не знаю, что ты там на меня напялила, но спасибо. Действительно было очень холодно.
— Благодарить не стоит. Я для дела стараюсь. Завтра с утра мы отправляемся в город.
— А может прямо сейчас и отправимся? Чего время зря терять. Утро настанет, а мы уже на месте…
— Ты с ума сошла? Где это видано чтобы женщина одна по ночам шлялась…
— Так ведь темно. Никто и не увидит, — Але очень не хотелось расставаться с надеждой.
— Кому надо — те увидят, — Голос была непреклонна, — спи лучше.
— Не хочу, я уже выспалась.
— Тогда дай другим поспать. Я, знаешь, как за день вымоталась.
— Нет не знаю и понять не могу, как может вымотаться человек, которому нечего выматывать…
— Ты что же, думаешь тебя сюда попутным ветром занесло? — в голосе слышалась горечь обиды.
— Ну не на руках же ты меня тащила.
— Нет, не на руках. На руках, наверно, легче бы было.
— Мне, что, тебя пожалеть надо? Прости, не могу. Все запасы моей жалости уже израсходованы.
— Ну конечно, ты же у нас самая бедная и несчастная…
— А что, скажешь нет? — Альку возмутил тон, которым это было сказано.
— Да что ты о бедах знаешь! С тобой, как с писаной торбой, а ты… Неблагодарная!
— Это — я неблагодарная?! — задохнулась от возмущения Алька.
— Окажись ты здесь одна, без моей поддержки, я бы тогда на тебя посмотрела… Думаешь мне легко было. Одна, в чужом мире. Ни языка, ни понятий… Одно хорошо, что дух…
— Тебе винить некого.
— Ты что же думаешь, что это я от хорошей жизни из тела своего выпрыгнула?
— Я ничего не думаю, как, впрочем, и ты. Думала бы — не прыгала.
— Много ты понимаешь…
— Так расскажи, чтобы поняла. А то секреты у неё… Какие могут быть у нас с тобой секреты, если нам на одном горшке сидеть! Кстати, о горшке… — вспомнила Алька.
— Я об этом тоже позаботилась. До утра дотянешь — тоном профессионального медработника сообщила Дух.
— Вот и я об этом, — неприятно, но ничего не поделаешь, — Может имя своё назовёшь, или это секрет.
 
— Какой, к чёрту секрет. Просто ты не особо интересовалась, а я не настаивала. Зовут меня Мелина. Можно коротко — Мила, или Лина — как тебе больше нравится. Кстати сказать, в объявлении, по которому ты ко мне припёрлась, так и было написано: «Всевидящая Мелина», но ты на такую мелочь внимания не обратила. Зачем тебе чужое имя, если в статье имена указываться не будут.
— А про статью ты откуда узнала? — вспомнила Алька подробности своего визита.
— Я, конечно, не гадалка там какая-то, но кое-что могу. Знаешь какое впечатление на клиентов производит лёгкое сканирование. Смешно. Они ко мне приходят чтобы будущее узнать, а платят за то, что сами знают…
— Так как же ты до жизни такой докатилась? — Алька вопросом прикрыла испытываемое ею смущение. Она пыталась вспомнить, где блуждали её мысли во время ожидания приёма. Выходило, что совсем не там, где можно было бы за них не краснеть.
— Можешь иронизировать сколько хочешь, но я своими достижениями горжусь. Для иномирного духа я сделала неплохую карьеру.
— Так и оставалась бы у нас, на вершине карьерной лестницы. Зачем тебе тело? Чтобы было чему болеть?
— Что ж ты тогда за своё так держишься? Уцепилась как пиявка…
— Пиявка у нас ты, — перебила Мелину Алька, — не путай, пожалуйста.
— Ну да, я. Но я явление временное. Своё найду и будь здорова. Мне чужого не надо. И вообще, мне моё больше нравится…
— Чем же твоё лучше, — из-за дурацкого женского любопытства спросила Лялька, и сразу же пожалела об этом.
— У меня волосы до самой попы, светлые и нежные словно пух у цыплёнка. Кожа у меня гладкая и тонкая. И белая. Совсем белая. Ни пятнышка, ни родинки. Пальчики длинные и тонкие, а на них ноготки розовые…
— Поняла я поняла, — грубо прервала поток воспоминаний Алька, — ты у нас красавица блондинка. Внешности нет, зато характер блондинистый остался.
— Вот не надо мне о блондинках рассказывать, а то я о вас, рыжих, такое могу рассказать…
— Договорились, — поспешила согласится Алька, пережившая немало бед из-за огненной своей шевелюры, — только и ты скромнее будь. А то влезла ко мне, конопатой, и хвастаешься. Это, по крайней мере, невежливо.
— Прости, увлеклась. А ты не пробовала от них избавится?
— Зачем? Мне они не мешают, — Алька слегка приврала, но не рассказывать же наглой блондинке о детских обидах и девичьих мечтах.
— Ну и ладно, раз так. А знаешь, в твоих конопушках, что-то есть. Тепло в них и веселее как-то, — сделала неожиданный комплимент Мелина.
— Пигмент в них есть, — буркнула, смутившись, Алька.
— Прости, но зоологией я не очень интересовалась, — сообщила ведьма и, наверно похлопала бы ресницами, если бы они у неё были.
Лялька собралась было обидеться, но передумала — а вдруг Мелина совсем блондинка и не знает разницы между зоологией и физиологией. Кто их, иномирных блондинок знает.
— Ты собиралась поделится со мной своим попаданским опытом, — напомнила Алька и села в позе лотоса, стараясь держать спину, как показывал инструктор.
  
Глава 5 Деление опытом
 
— Толку тебе от моего опыта… — вздохнула Мелина.
— Ну почему же. Никогда не знаешь, что в жизни может пригодится.
— Даже когда знаешь, чужой опыт ума не прибавит и ошибок избежать не поможет.
— Так что, ты знала на что идёшь? Я хочу сказать, знала, что без тела останешься? — заинтересовалась Алька.
— Конечно знала. Я же не по глупости, а по необходимости…
— Что ж за необходимость такая случилась, что ты, можно сказать, с собой покончила?
 
— Я не самоубийца и не истеричная девица, а умная и расчётливая ведьма, — без тени сомнения сообщила Мелина.
— Что-то ты в своих расчётах напутала, раз я тебе понадобилась.