Вход для посторонних (СИ)

— И как ты на неё вышла?
— Это не я на неё. Это она меня к себе затащила. Она нас давно приметила — я имею ввиду Аля. Ну и поручила своему лакею за воротами присматривать.
— С лакеем ей повезло. У нас бы, ей самой пришлось на лавочке свежим воздухом дышать. И что ты ей наплела в ответ на гостеприимство?
— Почти правду, как мы с тобой и договаривались.
— А мы что, договаривались? Мне помнится, что ты отправилась узнавать по какой дороге твой обоз двигается. Ну и как, узнала?
— Я много чего узнала. Главное, приобрела очень полезное знакомство.
— Узнала как захомутать мужа? Ты же говорила, что с этим у тебя проблем не будет — Король лично займётся.
— Мне что, надо было у неё прямо спросить как во дворец проникнуть? — с вызовом спросила Мелина.
— Хорошо, хорошо. Ты всё правильно сделала. Так что узнала?
— Узнала, что раз в год во дворце проводится бал. Что на бал приглашаются девицы из славных семей, достигшие совершеннолетия.
— Это я и сама уже поняла. Ты лучше скажи как приглашение добыть.
— Вот именно! Добыть приглашение можно, если найти родню, которая, как говорится, замолвит за тебя словечко.
— Но ведь у нас нет родни, — напомнила Алька.
— Есть! — с торжеством воскликнула Мелина, — госпожа Ласки подсказала.
— Кто? И откуда эта старая перечница твоих родных знает?
— Если ты меня перестанешь перебивать, я тебе всё по порядку расскажу. А то я не успеваю на один вопрос ответить, а у тебя уже другой готов.
— Молчу, молчу. Давай рассказывай уже.
— Ну так вот, перехватил меня их лакей и говорит, что госпожа желает произвести знакомство. Так и сказал „произвести“. Наверно ему хотелось сказать „произвести допрос с пристрастием“ — это бы больше соответствовало истине. Ну я, конечно, отнекиваться не стала.
Приняли меня довольно холодно. Вопросов прямых не задавали — дом меня всё-таки принял. Но за каждое моё слово цеплялись. Если бы я врала — точно бы запуталась. Я имён не называла — мол не хочу славное имя рода порочить, но по-моему она и сама догадалась. Сказала только, что опекунам не хотелось бы своё будущее доверять, что в столицу приехала судьбу Королю доверить, но не хочу скандала и поэтому не тороплюсь о своём приезде заявлять.
Компаньонка эта, Пирея, или как там её, так прямо и сказала, что я взбалмошная девчонка, а госпожа Ласки так категорична не была. Она вообще женщина широких взглядов. Сказала только, что ошибки молодости бесследно не проходят.
Потом заговорили о Доме.
Спросили меня, как устроилась. Сказала, что спасибо, всё нормально, хотя всё очень запущенно. Она смеяться начала. Сказала, что не так давно принимала у себя господина Дероса, так он всё сокрушался в какое ужасное состояние дом пришёл, а у него совсем нет ни средств, ни времени им заняться.
— Дерос?! — воскликнула Алька, — это тот который хотел стать Федерос, но у него не получилось?
— Не совсем тот, но всё равно родня.
— А он нас из дома не выгонит?
— Не думаю. Из разговоров я поняла, что родственник мой из Мастеров. Последнее время от дел отошёл. Мастерской его сын занимается. Семья не бедствует, но прежнего достатка уже нет. Славный род Деросов почти угас — ни Учёных, ни Созидателей одни только Мастера да и те не из блестящих. Жён, по прежнему, из славных родов берут, но толку всё одно нет. Сам господин Дерос давно уже вдовец. Домом занимается жена старшего сына. Есть ещё и младший, но он ещё холост.
— А вдруг им не понравится, что новая наследница объявилась?
— Им то какая разница? Они же не бездомные как мы. Потом, он сам жаловался, что денег нет на то чтобы Дом в порядок привести.
— Он может захотеть его продать, если деньги понадобятся.
— В том-то и дело, что продать его никто из наследников не может. Мы ведь наследники по крови, а по имени наследников нет. Получается, что перепродать никто из нас его не может, но признать ничейным и забрать в пользу короны тоже нельзя.
— Ничего в вашей юриспруденции я толком не понимаю, — призналась Алька, — но если ты считаешь, что твой родственник не будет возражать против нашего здесь присутствия, то думаю есть смысл его отыскать и попросить замолвить за нас словечко чтобы приглашение на бал получить.
 
— Вот и я о том же! Войти во дворец с приглашением, что может быть проще! Да ещё в такой день, когда там толпа народа.
— Действительно хороший план, — вынужденна была согласится Алька, хотя, где-то в глубине души скреблось сомнение. Ей было бы значительно спокойней в мужской одежде, войдя через заднюю дверь, но Мелина права, с приглашением проще.
— Надо будет написать письмо и представится.
— А письмо сами отнесём?
— В том-то и дело, что если по почте, то времени много уйдёт. Пока он его получит, пока ответит… Потом ещё возня с официальным визитом. Но если самим письмо вручить, то к нам отнесутся без должного уважения — как к бедным родственникам.
— Мы же не денег придём просить, — заметила Алька.
— А может попросим? — с надеждой спросила Мелина.
— Ну знаешь ли! То ты не хочешь выглядеть бедной родственницей, то денег попросить собираешься. Ты определяйся уже.
— Может быть он и сам догадается. Выслушает нашу история и предложит.
— Кстати, об истории. Ты каким именем представилась? — Алькина беспокойство стало приобретать более чёткие очертания.
— Астра Орбис, каким же ещё…
— И как ты собираешься объяснить своё родство с семьёй Деросов? — Алька попыталась иронией прикрыть панику.
— Назову своё настоящее имя? — уверенности у Мелины убавилось.
— А вдруг он решит, что я аферистка. И мы, вместо бала, попадём в тюрьму? — мысль, высказанная вслух, повисла жирной точкой.
— А как же…
— Мы обратимся за помощью, но не как родственница, а как клиентка, — Алька вспомнила о своём плане, — у меня тут идея появилась, но для её осуществления понадобится помощь Мастера. Вот мы и обратимся за помощью к Мастеру Дерос. Как клиенты обратимся.
— Клиенты деньги за помощь платят, — напомнила Мелина, всё ещё не пришедшая в себя после недавнего разочарования.
— И мы уплатим, — с нарочитой уверенностью сообщила Алька, — процент с будущих доходов.
— Ха, — только и сказала ведьма.
— Ничего не „ха“. Мы создадим новую моду и деньги потекут рекой!
— Мы этот вопрос уже обсуждали. У нас нет моды, и ты уже знаешь почему.
— Я не собираюсь менять моду кардинально. Я предлагаю маленькое изменение в фасоне платья. Цвет, вышивка — всё останется прежним. Мы изобретём кринолин!
— Что мы изобретём? — переспросила Мелина.
— Кринолин, — повторила Алька, — ты что, не слыхала о кринолинах?
— Нет, не слыхала. Буду рада, если ты мне объяснишь, что это такое, за что к нам деньги рекой потекут.
— Это такая нижняя юбка, которая делает платье пышным.
— Ах, пышным, — с издёвкой в голосе повторила Мелина, — ну тогда деньги точно потекут, только в другую сторону. Секрет пышных платьев знает даже кухарка. Никто за твои кринолины платить не будет.
— Кухарки не будут, а дамы, которые спят и видят как внимание привлечь, будут. Поверь мне — будут.
— Мне очень хочется тебе верить, но я боюсь, что в этом вопросе ты просто ничего не понимаешь.
— Я бы могла с тобой поспорить, но не буду. Мы сейчас отправляемся ко мне чай пить, а заодно я тебе кое-что покажу, — и Алька широко распахнула двери своей квартиры.
Свою гостью Алька принимала в гостиной. В любой другой комнате её пышное платье выглядело бы смешно.
Покачивая бёдрами и заставляя юбку повторять движения тела, Алька проследовала к книжному шкафу и, грациозно присев, вытащила с нижней полки подарочный том „Истории моды.“
 
— Вот, — вручая книгу, застывшей истуканом Мелине, сказала Алька, — как тебе моя идея?
— Красиво, — призналась та, — но как в этом можно нормально двигаться?
— Легко, — и Алька уселась на диван так, словно на ней были джинсы.
— А встать как? — продолжала сомневаться Мелина.