Вход для посторонних (СИ)

— Легко вам говорить, вы здесь с комфортом устроились, а мы… — женщина всхлипнула, — у нас даже кровати нет. Матрас на полу, да удобства на улице. Мне здесь и часу лишнего быть не хочется.
— А вы, милочка не расстраивайтесь. Ночь на полу — это не на улице. Да и вещи при вас. Так что неслед судьбу корить.
— Я цену судьбе кровавыми мозолями оплатила. И не вам, матушка, меня в неблагодарности укорять.
— Кто ж вас укоряет. Я просто людей жалею, которым по боле нашего пришлось настрадаться.
Молодая женщина уже рот открыла что бы возразить, но вмешался старик.
— Бестолковый спор вы затеяли. Не нам решать как оно дальше будет. Исполнитель со своими инструкциями прибудет. И ни мы, ни власть городская ему не указ.
— А я слышал, что местный Пилон в своей резиденции нынче, — влез в разговор молчаливый Лин, — его Исполнитель послушает.
— Как же, будет этот нашими делами заниматься, — небрежно отмахнулся молодой муж, — говорят, что он из своего замка носа не кажет — дела пилонства ему без надобности.
— Так не бывает, — неожиданно подала голос Сиана, — Пилону ответ перед Королём и Мудрецами держать.
— Наивная вы, барышня. Кто ж с них ответа потребует. Налоги платят и ладно. За теми, что покрупней, ещё пригляд есть, а мелкие — творят, что хотят.
— Мне рассказывали, что Пилон один, закон завёл — девиц перед свадьбой на непорочность проверять. Без его освидетельствованья молодых не венчали…
— Что ты сплетням всяким веришь? — подчёркивая свою непричастность, воскликнул муж.
— Никакая это не сплетня. Сам рассказывал, что Пилона того наследником заменили.
— Заменить заменили, но по причине нам неведомой. Так что все эти разговоры — сплетни обычные.
— Ну не скажите, молодой человек, в каждой сплетне есть крупица правды, — вступилась за молодуху мать семейства.
— А женщины наши целыми днями сплетни просеивают — крупицы правды выискивают, — хохотнул её муж.
Его поддержали остальные мужчины, за исключением Альки, которой смешно не было. За что и получила тычок в бок от весёлого Нила.
Алька с ужасом понимала, что хоть язык ей и понятен, но сути дела это не меняет. Чужая она здесь. И Мелина куда-то запропастилась. Наверно отсыпается после трудов праведных. Будить её, совесть не позволяла. Вот и оставалось Альке только глупо улыбаться и запихивать в себя дармовое угощение.
Ей улыбались в ответ с сочувствием и пониманием, видно знали об утренних неприятностях.
Конечно знали. Ведь это после их показаний её чуть было на каторгу не отправили. У… лицемеры, думала Алька. Теперь они улыбаются, а совсем недавно петлю ей на шею накинули и конец полицейским в руки передали. Алька конечно их простит. Уже простила, но разговоры эти непонятные, очень её раздражали. Ей ясности хотелось, подробностей — горячих новостей, одним словом.
— Неужели вещей до сих пор не отыскали? Полицейские мне всё про следы твердили. Чёткие следы, говорили, остались, — Алька, прочистив горло остывшим чаем, направила разговор в нужное ей русло.
Ответил ей хорошо осведомлённый старик, а остальные, бывшие видимо в курсе, только головами кивали.
— Пока по дороге тащились — след чётко виден, но потом они с дороги свернули. Волокушу твою кинули, а вещи в лес затащили. Да так ловко, что полиция только плечами пожимает.
— Ясно же, что местные, — заметил Лин, — пришлые в лес бы не полезли.
— А если бы и полезли, то их бы быстро там отыскали, — поддержал брата Нил.
— Да одна это шайка-лейка. Своих покрывают. Они бы и убийство на нас повесили, только не на кого.
— Говорят, что здесь разбойники промышляют, — понизив голос, сообщила молодая женщина.
— Свои же и разбойничают, — поддержала старшая.
— Такое без внимания оставлять нельзя. Власти должны вмешаться.
— Одного Исполнителя тут мало будет.
— Да, в паре с Наблюдателем больше бы толку было.
— Так здесь свой имеется. Местный, — воскликнул Нил и заткнулся под отцовским взглядом.
— Что ж он до сих пор не вмешался, — вскинул голову молодой муж.
— Может и вмешался. Кто ж их, наблюдателей разберёт.
 
Алька, утратившая нить разговора, только вздохнула грустно. Действительно, кто их тут всех разберёт. С исполнителем хоть понятно — что-то вроде ремонтной бригады, а наблюдатели… Чувствовала она себя как ребёнок, подслушивающий взрослые разговоры. Вроде слова понимает, а смысла нет. В таких выражениях люди обычно о политике рассуждают. Кинут пару фраз и ждут реакции. Без подробностей. А зачем подробности, если и так все в курсе.
Алька от скуки и сытости соловеть начала и, если бы не очередной ниловский тычок в бок, пропустила бы персональное приглашение в Управу.
В гробовой тишине Алька выбралась из-за стола и, провожаемая озадаченными взглядами, поплелась за посыльным. Сиана правда сделала попытку следом кинутся, но её придержали доброжелатели.
Алька плелась, всем своим видом демонстрируя ленивое безразличие и покорность, а мысленно тарабанила в стены Мелиного убежища, взывая о помощи и предупреждая об опасности.
— Куда это нас? — ведьма откликнулась почти мгновенно, — неужели всё-таки арестовывают.
— Понятия не имею. Велели в Управу идти. Вот, посыльного прислали.
— Посыльный — это хорошо. Это значит не арест.
— Ещё одного допроса я просто не выдержу.
— Теперь всё будет по другому. Ты у нас теперь официально барышня. Барышень не допрашивают, с ними беседуют.
— Предупреждаю, начнут пытать — запрусь у себя. Сама с ними разбирайся.
— А как же твои намеренья? Ты всё ещё надеешься договорится с Сифротами?
— Я уже ни на что не надеюсь. Мне бы ноги от сюда унести.
— Я рада, что ты внемлишь голосу рассудка.
— Это ты о себе?
— Если другого нет…
  
Глава 16 Искусство словоблудия
 
Только у дверей, ожидающего её кабинета, вспомнила Алька о так и не заданном вопросе.
«Наблюдатели это кто?»
«Шпионы королевские — вот кто.»
«Их надо боятся?»
«Не их, а их доносов.»
В кабинет Алька вошла перепуганной мышкой.
— Ну здравствуйте госпожа Ирбис, — приветствовал её крупный мужчина, сидящий за крупным столом, — рад нашей встречи. Признаться, за долгие годы службы, меня впервые любопытство одолело. Что за чудеса чудные происходят в моём городе, думаю, — тяжёлый его взгляд ответа требовал, но Алька молчала, и он продолжил.
— Грабёж, воровство и даже убийство — дела обычные — житейские. Но чтобы девица себя за парня выдавала — с таким впервые сталкиваюсь. Может поведаете причины сего маскарада?
— Обстоятельства так сложились, — Алька почему-то покраснела.
— Это какими же обстоятельства быть должны были чтобы так сложится? — голос мужчины был вкрадчивым и любезным, но Альке в нём слышалась насмешка.
Очень не любила Алька насмешки и насмешников. С детства не любила. И этого доброго дядю невзлюбила.
— Была ограблена, — сказала почти правду, — восстановить утраченный гардероб не было возможности. Решила, что мужской костюм защитит меня от неприятностей в дороге.
— Очень оригинальное решение. Очень. А родня ваша? Как они отнеслись к подобной метаморфозе?
— Моя родня далеко и помощи оказать не сможет, если вы об этом.
— Так вы путешествуете самостоятельно?
— Да. Теперь уже самостоятельно, — подсказала Мелина подходящий ответ.
— Обстоятельства?
— Да, обстоятельства, — Алька вздёрнула упрямый подбородок.
— И цель вашего путешествия?…
— Не ваше дело.
«Аль, ты что? Зачем так резко? Он теперь подумает, что у тебя роман.»
«Ну и пусть думает. Лучше роман чем обвинения в воровстве.»
 
«А репутация как же?»
«Какая, к чёрту, репутация после того, как я на себя штаны натянула. Я для него уже падшая женщина.»
— Дело, конечно, не моё, но вашей семье, наверняка, будут интересны подробности такого увлекательного путешествия.