Вход для посторонних (СИ)

Зато всё чаще стали рождаться младенцы в графе отец у которых стоял прочерк, а имя давалось с приставкой „Фе“.
Так, например, в одном году было зарегистрировано двенадцать таких детей. Семеро из которых были мальчиками.
Как развивались события в дальнейшем не трудно понять из тех же регистрационных книг.
Вот одна из таких записей: «Славный и Почтенный Бирон Фе Ниста скончался в возрасте 150 лет у себя в доме в окружении детей и внуков.» А вот ещё одна запись: «Торес Фефе Владис. Отец Почтенный Рест Фе Владис, мать Почтенная Сира Фе Ниста.»
Таких записей довольно много. «Фе» во многих удваивается и даже утраивается. Всё чаще встречается титулы «Славный» или «Славная». А потом вдруг приставка «Фе» остаётся только в мужских именах, а титул «Славная» всё чаще встречается в некрологах и совсем не встречается в регистре рождаемости. Что произошло? Что стало причиной таких перемен?
Тут начинается область домуслов и догадок, подкреплённая словами очевидицы, за достоверность которых ни кто ответственности не несёт.
Дети, рождённые человеческими женщинами от Древних обладали способностями к магии. Отцов, изнывающих от скуки, это занимало и они даже развивали эти способности у своих побочных отпрысков. Так продолжалось до тех пор пока женщины Фарера не обратили своего внимания на некоторые особенности проявляющиеся у нового поколения слуг.
Если магические способности у мулатов вызывали только насмешливые улыбки, то способности детей рождённых от двух мулатов вызывали удивление, а третье поколение межмулатных связей заставило женщин Фарера задуматься и начать действовать. Их испугала открывшаяся перспектива оказаться в окружении многочисленных магов равных или близким им по силе и могуществу.
Если вы помните, то самих Фарера было не так уж много и рождаемости у них не было вовсе. Да, они были бессмертны, но мы, хоть наш век и краток, оставляем после себя многочисленное потомство. Так что у Божественных дам были все основания для беспокойства.
От своих мужчин они потребовали прекратить плодить байстрюков и мужчины, признавая правоту женщин, поклялись соблюдать осторожность. Затем были запрещены браки между мулатами, а приставка „Фе“ была вычеркнута и забыта. Байстрюков раскидали по всему Миру чтобы свести возможность случайной встречи до минимума. Но всех этих усилий оказалось недостаточно. Мулаты тянулись друг к другу. В народе родилась легенда о том, что мужчина, нашедший свою пару может достичь могущества в магии, и достигшие совершеннолетия молодые маги отправлялись на поиски своих половинок. Немногим улыбалась удача.
Шло время и в обществе Древних Фарера возник новый конфликт (а может быть это с новой силой вспыхнул старый) и они ушли. Ушли, оставив нам прекрасный цветущий Мир и несколько заветов которые мы старались сохранить. Одним из таким заветов был наказ не допустить связи между Магами и Ведьмами (так назвали мы мулатов и их потомков).
Чего они нам не оставили так это общественной структуры и законности. Единственный закон который мы знали — хозяйский приказ. Оставшись без хозяев, мы потерялись. Начались времена кровавой смуты.
Вокруг сильных Магов собирались испуганные люди в поисках защиты. Чем сильнее Маг, тем больше у него верноподданных. Тем агрессивнее он по отношению к неподвластным ему соседям.
В те времена женщины стали разменной монетой. На них охотились как на ценного зверя. Особенно ценными были те, кто нёс в себе хоть каплю древней крови.
Первый Король и его Королева были брат и сестра.
Поддерживая друг друга они сотворили чудо и создали наше общество таким каким мы его знаем.
Сильным Магам они предоставили независимость, ограничив их власть Пилонством. Магам послабее предложили своё покровительство. Обычным людям — нормальную жизнь и писаный закон защищающий их права и интересы.
Наступили Мир и Благоденствие.
Только одно беспокоило Первого Короля и его Королеву. Что если когда-нибудь родится Маг превосходящий их силой своего таланта? Что произойдёт с Королевством? Не станет ли он угрозой порядку который они с таким трудом создали?
 
И вот тогда вспомнили о забытом наказе Древних Фарера. «НЕ ДОПУСТИТЬ!»
Но как сохранить наказ если приставка «Фе» давно утеряна, а Маги, наследники древней крови, стали оплотом государственности и верными слугами Короны. Преследовать начали женщин — беспомощных и одиноких, не забывших времён Кровавой Смуты.
Так началась Охота на Ведьм.
Надеюсь вы получили ответ на вопрос «Кто они?» и заодно узнали правду о „страшных“ Ведьмах.
Вроде так, ничего получилось — подумала Алька перечитав содержание статьи ещё раз. Может быть чуть простовато, но ведь нельзя забывать, что статья предназначена для широких масс, а массам чем проще, тем лучше. Королевская семейка хоть и выступает в не очень приглядной роли, но и заслуги их отмечены. Вывести страну из разрухи и остаться белым и пушистым задача не из лёгких. Будем надеяться, что Король не воспримет это как персональное обвинение. Дальнейшие публикации стоит делать в виде коротких очерков о ведьмах, ушедших в глубокое подполье и скрывающих свой Дар даже от самых близких. Это позволит подпольным ведьмам заявить о себе не опасаясь репрессий. Конечно потребуется время и не мало, но есть надежда, что когда-нибудь на страницах этой газеты появится объявление о наборе на Курсы Ведьм при Государственном Университете.
Интересные наступят времена.
Жаль только, что она их не увидит.
Алька вылезла из-за стола. Охнув, потёрла поясницу и, натянув на голову ненавистную попону поспешила покинуть сумерки своего кабинета.
Ей так надо спешить. Ведь Ночь совсем близко.
  
Глава 87 Ну вот и всё
 
— Чёрт! — Выругалась Алька, сидя в грязи, посреди рассыпавшихся продуктов, собранных на кухне Шанель под удивлёнными взглядами не привычных к подобным набегам поваров.
Времени рассиживаться не было от слова совсем.
По заранее составленному плану Альке следовало не сидеть посреди продуктового разнообразия, а суетится на кухне, творя кулинарные шедевры, способные поразить, удивить и, чего уж скрывать, вдохновить, одного единственного и желанного гостя.
И сейчас, сидя на собственной заднице перед запертой дверью Алька больше всего сокрушалась над тем, что заранее составленное меню прийдётся, в срочном порядке, упрощать и сокращать, а этого ей очень не хотелось.
«Мелина!» — Позвала она очень жалобно.
А в ответ тишина и внутри, и снаружи.
«Мелина!!» — Заорала Алька и со всей дури запустила подвернувшимся под руку овощем в нагло перекошенную дверь.
Дверь отбила атаку и злосчастный овощ взорвался ошмётками у самого Алькиного носа, забрызгав и нос и саму Альку липким тягучим соком.
«Мелина…» — простонала Алька, чувствуя себя как ребёнок которому вместо сладкой конфеты подсунули горькую пилюлю. Одиночество перестало быть подарком и обрушило на Алькины плечи гору проблем с которыми она просто не знала как справится.
Одна дверь чего стоила!..
Потом уборка, готовка… И платье дурацкое без Мелины так просто не почистишь…
Алька даже носом вынужденна была шмыгнуть, удерживая в себе подозрительную влагу. Нет, это были не слёзы беспомощности. Это была жидкая досада которую она удерживала в себе с упрямством осла отрицая очевидное.
Она, Александра Прошина не справлялась со сложившейся ситуацией.
Нонсенс какой-то.
До прихода Арита оставалось совсем немного времени. Всё из-за той грёбаной статьи. Она всё успокаивала себя тем, что успеет. Всё успеет. А теперь вот, сидит в луже, одинокая и беспомощная, а единственный человек, способный помочь даже не откликается на зов.
 
Алька зажмурилась и оказалась на террасе перед надоевшим до тумана в глазах портретом.
Сперва она постучала по рамке, потом щёлкнула ногтем по породистому носу потом, прижав губы к тому месту где по её представлению должно было находится ухо, заорала диким голосом: