Паршивый отряд. Хроники Новгородского бунта (СИ)

— Что случилось с Вашим волком? — Спросил я учителя.
— Он был слишком агрессивен для этого леса. Дриады просто развеяли его, как горстку пепла. Но вначале наигрались с ним в прятки. Я никогда не видел такого раньше. Возможно именно его присутствие послужило причиной оказанного нам радушного приема. Потому что всё остальное мы делали правильно. В этих местах бесполезно воевать с обитателями леса. Здесь они не просто на своей территории, а все вместе с лесом одно целое. И победить кого-то из этих существ фактически означает победить весь лес.
— Учитель, а почему Вы так странно передвигались по лесу, когда уходили от нас? Это какая-то боевая практика, о которой мы не знаем?
— Нет, — он рассмеялся, и его улыбка приободрила нас снимая усталость и тяжесть от бессонной ночи. — Я делал это для того, чтобы развлечь их и отвлечь от вас. Они очень любопытные и очень любят красивые огоньки. Я показал им представление проще говоря.
Мы дружно, но не продолжительно рассмеялись в след за ним. Как следует отдохнув, перекусили, и напившись теплого чая, и часок вздремнув, начали собираться в дорогу. Солнце было в зените я залез на плечи здоровяка Коуэла стоящего на камне и отыскал на горизонте нужный нам холм. Новгород расположенный на возвышенности тоже был виден с другой стороны и мы без труда смогли проложить мысленный путь относительно движения солнца.
Учитель нам давал краткие наставления, а мы собирались в дорогу и вскоре смогли отправиться дальше. Сегодня наши дела с лесом шли гораздо лучше. Полученный вчера опыт навсегда был записан на скрижалях нашего разума буквами страха. Ноги сами знали куда наступать, и как правильно идти. Лес, тоже казался приветливей. Еловые деревья сменились лиственными, и почва под ногами была твердая и гораздо более сухая. Уже на пороге вечерних сумерек наши поиски увенчались успехом и огромный вожделенный холм стоял перед нами. Взобравшись на вершину, мы увидели шесть камней, стоящих в круг. Они были явно рукотворными и очень древними. Скорее всего из той глубины времен о которой человечество не имело никаких воспоминаний даже в эпоху своего расцвета. Камни были гладкими, отполированными дождями и ветром. Учитель стал посередине между ними и сказал:
— Этот круг камней очень кстати оказался здесь для нашего дела, между этими камнями древнее место силы, оно послужит нам щитом и увеличит наши ментальные способности, из него начнутся наши поиски.
Учитель развел ритуальный костер, и мы сели вокруг него, спиной облокотившись на камни, каждый на свой. Соответственно два из них оставались не заняты. Погрузились в себя и постепенно оказались в потустороннем мире. Здесь можно было делать это, не опасаясь потустороннего вмешательства камни надежно оберегали нас. Костер превратился в столб света бьющий прямо в вечерние небо. Деревья ожили, замахали нам ветвями, мы снова увидели подглядывающих дриад. Камни вокруг нас светились древними письменами. Долго цветок искать не пришлось с правой стороны от нас, на спуске с холма, в лощине, облаком мерцал, переливаясь всеми цветами радуги, свет. Мы направились туда и подойдя к краю начали спускаться в низ. Из-под холма бил родник, журчащим ручьем убегая в глубь леса, а рядом с ним рос волшебный первоцвет так сильно вожделенный нами. Увидев его, мы забыли обо всем на свете. Настолько он был прекрасен. Цветок продолжал мерцать облаком света и вниз от него бежал ручей, а почти у самых его корней бил ключ. И сквозь колыхание прозрачной воды было видно, как в даль сквозь бесконечное количество миров прорастает дерево знаний. Мы остановились в нерешительности, не зная, как быть и, что делать с этим цветком для того что бы приобщится к тому, что он мог открыть. Сильнейшее желание обладать им затуманивало разум. Забрать этот цветок себе, поглотить его, схватить и бежать. Я не мог оторвать от него глаз, но глядя в отражение на воде видел поверх открывающейся бездны миров жадные глаза своих собратьев и чувствовал то же что и они: «Выкопать его с корнем, унести с собой, схватить его первым и бежать». — Я слышал эти мысли в своей голове и чувствовал, что у моих друзей они такие же. Учитель не отставал в этом от нас. Цветок так же пленил его. Мы начали судорожно копать пальцами землю вокруг этого чуда, жадно хватать клубни руками, мы разорвали цветок на части, но он, превратившись в свет вспыхнул как несколько молний одновременно ослепив нас на долгое время и пропал навсегда, не оставив нам не листочка, не единого семечка или корешка.
 
Я валялся на земле ослепленный этой вспышкой. Вокруг был явно потусторонней мир. Небо было серым с красным, остальной пейзаж я не запомнил. Оттуда с высока ко мне подскакал черный как ночь конь. Он обдал меня пламенем из своих ноздрей. Он рыл копытами землю, он растоптал мои ноги. Потом небо потеряв красные проблески стало серебристым и появился белый в яблоках конь из ноздрей его шел пар, и он растоптал мои руки. Потом серебро сменилось золотом, и золотой конь с зеленой гривой окончательно втоптал меня в грязь. Потом прилетел ворон он склевал мои останки и полетел к источнику из которого напился воды, и я почувствовал, что прорастаю из него, но я был еще мертв и тогда прискакал синий сумеречный конь он обдал меня водой, из своих ноздрей которая оживила меня. Взобравшись на его спину, я поскакал по равнине поросшей сине-зеленой травой. На плече у меня сидел ворон.
Никогда в жизни я больше не испытывал такой сильной боли как в тот день, но тогда я родился заново.
После этих событий я очень долго был без сознания. И очнулся только в городе, в школе учителя. И еще несколько дней не мог ходить и все время проваливался в красочные сны во время которых путешествовал по той чудесной равнине на сумеречном коне. Когда я смог рассказать все учителю и своим братьям, они были очень удивлены. Ни с кем из них ничего подобного не произошло, все троя кроме меня после яркой вспышки через несколько часов черного забытья очнулись в той же лощине в окружение дриад. Дриады больше не нападали они были разочарованы, некоторые из них плакали, но не пытались причинить нам вред. От цветка ничего не осталось и родник пересох словно его высушило огнём с неба. А я тем временем лежал без сознания и так и не приходил в себя. Все ментальные поиски меня ни к чему не привели. Учитель, Коул и Себастьян несколько раз отправлялись искать меня на тонком плане, но безрезультатно. Учитель говорил, что я словно пропал, нигде не было даже следов моего пребывания. Они сделали носилки из веток и плащей на которых донесли меня до города и школы. И там я еще два дня не приходил в себя. Они продолжали отправляться за мной в ментальные путешествия, искать меня на тонком плане, думали, что моя душа заблудилась или ее кто-то похитил. Но я все это время жил: дыхание было ровным, пульс четким.
Параллельно с этими событиями Коул и Себастьян прошли обряд инициации, получили своих духов помощников, а учитель нашел себе нового.
После того, как я очнулся и рассказал о том, что со мной случилось, все, в серьез задумались над происходящем. Учитель сразу сказал, что по всей видимости я самостоятельно прошел инициацию в другом мире где духи сами выбрали меня, переродили и слились со мной. Теперь я обладаю всеми их способностями, но мне предстоит еще научится пользоваться своими новыми возможностями. Скорее всего родник перед взрывом перенёс меня в потусторонний мир. По всей видимости он являлся дверью в другие миры. А цветок должен был открывать знания. Но мы все по своей неопытности и несовершенству, нехотя уничтожили то и другое. Сейчас, я если бы мог вернуться в прошлое то лучше убил бы сам себя, своего учителя и братьев чем позволил нам уничтожить этот чудесный цветок.
Таким необычным способом произошла моя инициация. Вы отлично знаете о том, что мой дух помощник ворон. Теперь вы знаете, как я его приобрел, или он приобрел меня. Мы с ним очень тесно слиты и обладаем фактически одним сознанием. Я настолько же ворон насколько и человек. А про лошадь я рассказываю вам впервые. Это так же мой дух помощник, он живет внутри меня, он тайный и, теперь, кроме меня, о нем знаете только вы. Потому что когда вы начнете проходить вашу инициацию, то в потустороннем мире, возможно, будете видеть меня в виде лошади или ворона, а может я предстану перед вами во всех трех обличиях сразу. Не пугайтесь и не пытайтесь отделить меня от них. Мы втроем это я.