Будни наемника (СИ)

С трудом, проявив невероятное усилие, Вильфред встал и даже попытался провести атаку, но опять оказался поверженным на землю.
Инга не стала добивать лежачего, подождала, пока парень поднимется, а потом, сблизившись с ним, слегка подпрыгнула и с разворота ударила в его щит левой ногой с такой силой, отчего Вильфрид снова упал, ударившись затылком, а из носа парня потекла кровь.
— Я останавливаю поединок! — громко сказал герцог.
Наследника приподняли с земли, маг Габриэль, осмотрев парня, убедился, что тот жив, даже не потерял создания, распорядился, чтобы его отнесли во дворец и уложили.
— Жестокая девушка, — сказал мне шепотом герцог, а я был абсолютно согласен. Не стоило демонстрировать собственное превосходство, выбрав для потехи беззащитное существо. Впрочем, с точки зрения Инги, это не жестокость, а только демонстрация ее воинских навыков и наглядный урок и для самого герцога, и для его сына. В княжестве Севр Вильфрид прожил бы недолго.
— Ваше высочество, а вы не желаете ли скрестить со мной клинок, пусть даже и деревянный? — звонко спросила принцесса. — Я еще только вошла в азарт. Или пусть вместо вас сразится граф Артакс, если у него зажили старые раны.
Герцог Силинг бросил на меня беспомощный взгляд. Думаю, он владел оружием гораздо лучше сына, но сражаться с девушкой он не смог бы. И поединок, скорее всего, закончился бы не в пользу венценосной особы. А место тут, хотя и малолюдное, но завтра все будут знать, что правитель Силингии потерпел поражение от какой-то девчонки. Нет, придется мне спасать честь и достоинство герцога.
Я поднял деревянный меч Вильфрида, его щит, валявшиеся на земле, вздохнул — тяжести вообще не чувствуется, плохо, когда не ощущаешь веса оружия, но что теперь делать, придется сражаться тем, что есть.
Мы встали с принцессой друг против друга, поклонились, а потом я сладко спросил:
— Принцесса, а вам не говорили, что вы прекрасны, словно весенний мох, распускающийся на майском солнце? Вы хороши, как лягушка, стремящаяся на нерест.
— Что?! — вытаращилась на меня юная воительница. Отвлеклась и тотчас же получила легкий удар деревяшки по собственной голове. Получилось не больно, зато чувствительно и обидно. А еще очень звонко.
— Сударыня, вы убиты, — сообщил я.
— Ах ты вероломный лысый старик, убийца лягушек! — завопила принцесса, бросаясь в бой.
Ишь ты, лысый убийца лягушек. Мне понравилось.
Мы обменялись парой ударов, девчонка отчаянно атаковала и, в горячке боя (а может, вполне сознательно) пыталась пнуть меня в пах. Но я был готов к такому развитию событий (надо было коленом бить, надежнее) и, слегка подправляя сапожок, метящий в сокровенное место для любого мужчины, довольно удачно развернул амзонку, а потом толкнул ее своим щитом, отчего ей пришлось приземлиться и сделать кувырок вперед, через голову.
Нет, девчонка молодец, даже занятые руки не помешали правильно упасть, она сразу же сумела вскочить на ноги и ринуться в новую атаку. Щит в щит, деревянные мечи стучат, словно ошалелый пестик, бьющий о днище ступы. Воспользовавшись паузой, когда клинки оказались сплетены, я высунул язык, скорчил свирепую физиономию и заблеял: «Бе-е-е», после чего, воспользовавшись секундным замешательством, подцепил внутреннюю часть стопы девушки и сделал подножку. На сей раз девчонка все же упала и не сумела встать так быстро, как ей хотелось, зато я немедленно прижал коленом ее плечо (будь это мужчина, наступил бы на грудь!), приставил к горлу деревянный клинок и спросил:
— Сдаетесь?
— Н-нет! — прорычала девушка, пытаясь стряхнуть мое колено и подняться, а я шлепнул ее щитом по макушке (нет, не больно, как можно?) и сказал: «Бах!», а потом деловито заметил: — Сударыня, вы опять убиты.
Чтобы встать с земли, девчонке понадобилось усилие.
— Грязный мерзавец. Но я тебе сейчас покажу! Мерзавец. Скотина.
Да, силенок у Инги много, но она совершает ошибку, расплескивая их попусту, а еще слишком много кричит, когда оскорбляет противника. Не научили старшие, что дыхание следует расходовать бережно.
 
Инга, невероятным, каким-то козлиным прыжком (ладно-ладно, прыжком дикой козочки) прыгнула вбок, а потом оказалась у меня за спиной, решив наверстать утраты одним стремительным ударом. Если она считает, что на затылке у Артакса нет глаз, то она права. Но кто сказал, что во время боя нужно рассчитывать лишь на зрение? И слух мой пока еще не ослаб, а самое главное — интуиция.
— Бух, — сказал я, пропуская девчонку вперед и аккуратно шлепая ее по попе. — Сударыня, вы опять получили смертельную рану!
Неожиданно за моей спиной раздались аплодисменты. Кто это аплодирует, словно я не отчаянный граф, не герой, а лицедей, только что убивший огромного бумажного великана?
— Ярл, браво!
А, так это рукоплещут девушки из свиты принцессы, оценившие мое благородство. Всего-то шлепнул, а мог бы и пинка дать по попе. А я опасался, что воительницы ринутся спасать свою княгиню. Да, а что там с принцессой?
— Принцесса, а не достаточно ли на сегодня? — поинтересовался я. Вспомнив о болячках, грустно посетовал. — Не сомневаюсь, что вы бы меня обязательно в конце концов победили, но увы, мои старые раны опять о себе напомнили. Соглашаетесь на ничью?
— Да уж какая ничья, — фыркнула принцесса. — Вы меня сегодня разделали как...
— Как болотную пикшу, — подсказала одна из воительниц, подходя ближе. — Принцесса, я бы на вашем месте поблагодарила ярла.
— Сейчас, — сообщила принцесса, на которую вдруг напал кашель.
Отфыркавшись и откашлявшись, девушка подошла ко мне и крепко обняла:
— Дорогой ярл, вы мне сегодня преподали прекрасный урок.
Не понял, чему такому я сумел научить княгиню, но ей виднее. Отвечая на объятия, сказал девочке:
— Принцесса, я давно не встречал такого достойного противника.
Соврал, разумеется, но пусть девчонке будет приятно. А то, что она приняла достойно свое поражение, говорит о многом.
У воительниц с собой оказался кувшин с водой, из которого мы с принцессой пили по очереди, не чинясь.
— Скажите, ярл, а в настоящем бою как скоро вы бы меня убили? — поинтересовалась девушка. — Вероятнее всего, сразу?
Я только загадочно улыбнулся, пожав плечами. Ну что сказать? Принцесса сказала правду. Щит, плетеный из ивовой коры по размеру напоминает настоящий, а девушка стояла, прикрывая лишь плечи и грудь, в ожидании удара сверху, забыв, что есть еще и живот, бока, куда можно ткнуть острием меча. Ну почему в Севре так любят рубиться? Хотя нет, Эмис, как помню, во время схватки в заброшенном городе предпочитала именно колющие удары. Но Эмис исключение. Сказать? Нет уж, начни рассказывать, так придется не только объяснять ей про колющие удары, а еще и показывать, а там, глядишь, девчонка потребует, чтобы я взялся за ее обучение. А у меня кости и хрящики и вообще, не очень-то хочется становиться наставником. Если юная княгиня освоит еще и колющие удары (а эта освоит!), то скоро она станет лучшим фехтовальщиком герцогства, а тогда жди беды.
  
Глава седьмая. Тайные советники
 
В личном кабинете Его высочества нынче многолюдно — человек пятнадцать зрелых мужчин, занимавших, как я понимаю, высокие государственные должности. Правда, двое из присутствующих не люди, а гномы, но не суть важно. С этим народом я сталкивался пару раз — в Черном лесу, потом как-то на рынке покупал у них каву (гномы называют ее кофе или кэффи), но особых отличий от людей, кроме роста (чуть выше моего пояса) и поголовного пристрастия к бороде, пока не заметил. Да, а не их ли герцог имел в виду, когда говорил, что ожидает гонцов? Вполне возможно. Владения гномов, насколько помню, входят в состав герцогства, но считаются независимыми. Не слышал, чтобы «маленькие люди» платили Его высочеству подати и герцогского наместника на их территориях нет.
Значит, это именно те люди, которых ждал герцог.