Три мирных года (СИ)
Я покраснел, не понимая, что Голобко, так изыскано надо мной издевается. Ещё я захотел уточнить насчёт диссидентов, но не успел.
— Какой же ты ещё мальчик, — заметила она. — Валера, держи себя в руках, иначе тобой каждая ушлая бабёнка вертеть сможет, а это в твоей работе недопустимо.
Она помолчала пару секунд.
— Ладно, сделаю вид, что ты спросил меня, как старого друга, какие у меня новости. Да, помимо прорыва во множестве исследований у меня устаканилась личная жизнь. Завёлся солидных и обстоятельный мужчина. Вдовец, как и я, дети есть. Так что…
Она остановилась, увидев, как я покраснел ещё больше и совсем по-девчоночьи хихикнула.
— Не будем об этом, — закончила она. — Я не затем тебя выдернула после лекции, чтобы личные дела обсуждать. Лучше прилетай на Кадмию в летние каникулы, тогда сядем и обстоятельно поговорим. Просто о жизни, успехами поделимся.
Да, уже тогда, те, кто отслужил в армии, могли свободно перемещаться во внешних мирах, которые находились под контролем СССР. Только цены кусались.
— Если денег хватит, — буркнул я.
— Привезут бесплатно, — улыбнулась Елизавета. — Наша любимая военная разведка тебя уже в покое не оставит. Ты это поймёшь, сегодня.
— В смысле? — уточнил я обмирая.
— Я тебя не просто так в сторону отозвала, о физике мы могли бы поболтать и в присутствии коллег, а личная жизнь того не стоит. Твой приятель, который на индейца похож, ждёт тебя в 18.40 на перекрёстке улиц Курчатова и Сталинградской. Знаешь где это?
— Само собой, — кивнул я.
Ещё бы не знать, первый в Новом Ленинграде книжный магазин, который открылся аккурат за неделю до Нового года, находился именно там.
— Тогда беги, у тебя пятьдесят минут осталось, а пообщаемся летом.
Я криво ухмыльнулся, поцеловал Лизу в щёку и вернул её преподавателям. Ирина смотрела на меня с недоумением.
— Что это было? — спросила она, немножко зло.
— Встретились два старых друга, — ответил. — Коль, вернёшь девушек в общагу?
— Блин, да здесь пять минут идти…
— Вот и чудесно. Марина, поговорим позже. У меня сейчас дела.
Это было грубо, но у меня не оставалось иного выбора. Новый Ленинград тогда был небольшим городом, но с общественным транспортом в то время были большие напряги. По городу ходило несколько автобусов, но дожидаться их было печально, особенно если спешишь. Я ещё раз бросил взгляд на часы. От Университета до улицы Курчатова было двадцать минут ходу, быстрым шагом. И только когда не идёт сильный снег. Ещё полчаса, до книжного. Короче, времени впритык.
Впрочем, я почти успел. Конечно же, Марсель никуда бы не ушёл, а дождался меня, но я не люблю заставлять людей ждать. Да и выслушивать от своего командира, что я расслабился на гражданке, тоже радости не доставляло.
Поэтому я всю дорогу шёл быстро, иногда переходя на бег, и едва я подошёл к перекрёстку, как Темиргалиев появился как будто из-под земли.
— Пошли в магазин, — буркнул он. — Нет смысла светиться на улице, да и холодно. Забыл я уже, какие на Полигоне бывают морозы.
— Так он закрыт, работает только до восемнадцати…
— А мы туда не книжки покупать идём, — отрезал Темиргалиев.
Мы прошли в переулок, и он открыл чёрный вход своим ключом. Ещё раз подозрительно оглянулся и пропустил меня вперёд, оглядел улицу, после чего зашёл сам.
— Город только строится, конспиративными квартирами ещё не обзавелись, — объяснил он. — Директор магазина, наш человек, вошёл в положение и разрешает пользоваться, пока…
Внутри магазина было темно и тихо. Только свет пробивался из-за огромной витрины, в которой были выставлены новинки. Стояли на полках книги, в ожидании завтрашнего дня и покупателей. Запах полиграфии успокаивал, немножко отвлекал от мыслей, зачем я вдруг понадобился старшему лейтенанту ГРУ.
Марсель тем временем вёл себя как-то странно. Помещение магазина он не осматривал, значит, всё было проверено заранее, а вот в витрину он всматривался с большим подозрением, не подходя к стеклу. Потом подозвал меня.
— Тебе знакомы эти две девицы? — спросил он.
Я присмотрелся. Стекло в витрине было новое, прозрачное, к тому сотрудники магазина его регулярно мыли. На улице, как раз на том перекрёстке, где я встретил Марселя, стояли Ирина и Нина, растерянно озираясь.
— Да, — пробурчал я. — Моя девушка Ирина Рейман, и её подруга Нина.
— Рейман? — переспросил Марсель. — Случайно, не дочь академика Евгения Владиленовича Реймана? Того самого, который работал над теорией создания искусственных гравитационных полей?
— Ох, — выдохнул я, ибо многое в поведении Марины встало на своё места и особенно то, как она уверена, что попадёт служить на Артефакт. — Походу дела да.
Марсель Темиргалиев посмотрел на меня долгим и внимательным взглядом, давая мне понять, какой я идиот.
— Я в этом вообще не виноват, — что поделать, приходиться вот так отмазываться. — Мне когда Лиза передала послание от тебя и, кстати, а что нельзя было просто позвонить? Так вот, я не знаю, она может, что-то почувствовала, но приревновала меня к ней. Так-то я Иринке ничего не говорил, ни про своё прошлое, не про настоящее.
На лице Марселя появилась лёгкая усмешка.
— Да не в том она тебя заподозрила, — проговорил он. — Кирьянов, вот помяни моё слово, доведут тебя бабы до цугундера.
Я вспомнил, как меня песочили за мою неуставную и кратковременную связь с ефрейтором Новиковой.
— Закрыли эту тему, — прошипел я. — Ничего общего с тем, что произошло между мной и Полиной.
— Новикова ладно, а Стерлядкина?
И тут же без перехода, схватил меня за грудки и прижал к стене.
— Отвечай быстро. Что задумала твоя бывшая подружка и чего она наговорила про нас своему папаше? Почему он теперь пытается убрать меня с операции «Фараон»?
— Откуда? — не понял я.
— Ты же не в курсе… это кодовое обозначение попыток взять под контроль межгалактический портал и всё с этим связанное. Но ты от ответа не уходи. Чем я тебе не угодил? Почему ты через подругу пытаешься меня убрать?
Я демонстративно аккуратно убрал его руки от себя и посмотрел в карие глаза.
— Товарищ старший лейтенант. В последний раз, Марину Стерлядкину я видел летом, на Байконуре, когда мы разъехались по разным городам. С тех пор от неё не было даже весточки. Через инфосеть не получал и не общался. Хотите, проверьте мой коммуникатор, у меня и адреса её там нет. Чего взбрело ей в дурную головушку, так я за это не отвечаю. Спросите лучше у товарища маршала.
— Во-первых, я уже товарищ капитан, — Марсель стал потихоньку успокаиваться. — Во-вторых, выяснишь у своей бывшей халявы, с чего вдруг её отец стал требовать моего отстранения.
— Как увижу, то непременно. Вопрос когда.
— Поверь мне, быстрее, чем ты думаешь, — развеселился Темиргалиев. — Собственно за этим я на Полигон и прилетел, хотя у меня в других частях Галактики дел за гланды, и я мог заниматься ими, а не про твой моральный облик нотации читать. Слушай меня внимательно, говорю один раз, повторять не буду…
— Никак отзываете меня из резерва? — уточнил я. — А так можно?
— Не можно. Никто тебя не отзывает. Просто разовая акция, на благо страны, разведки, да и может быть целой Галактики. И давай, лицо попроще сделай и этот официальный тон убери, мы сейчас не командир и подчинённый, а просто общаемся.
Я сделал зарубку в памяти, что Темиргалиев опасается Стерлядкину, а вернее, её высокопоставленного отца. Это можно будет как-нибудь использовать, для пользы дела.
— Ладно, — улыбнулся я. — Поздравляю тебе с новым званием и давай, уж быстрее. Ты же знаешь, я вечный доброволец, от работы не бегаю, это она от меня.
Темиргалиев хмыкнул и расслабившись, начал давать вводную.
— Послушай, помнишь, ты выкопал эту информацию, про портал Солнечной системы? Ну, что он был кем-то перенесён к Плутону и потому имперцы, прилетев к нам, приняли Юпитер за потухший коричневый карлик и больше не возвращались?