Быстрая связь (ЛП)

Доминик не шевельнулся.
— И поскольку моя сестра хулиганка, ты решил, что это она подала идею сбежать, а не твой вундеркинд.
— Я не это имел в виду.
— Тогда что же?
Сложно сказать. Я знал только одно: на Мику такое было совсем не похоже. Из-за Доминика я в последнее время поощрял его общение с Адрианой — в надежде, что он окажет хорошее влияние на нее, — и теперь меня настигла расплата.
— Слушай, у нас нет времени спорить. Есть мысли, где они могут быть?
Он, еще одеваясь, повернулся ко мне.
— Можно съездить в парк Клоув-Лейкс. Они постоянно там зависают.
— Какой смысл тайно сбегать, чтобы сходить в чертов парк? Ему бы пришлось ехать туда аж из самого Джерси.
— Я без понятия, Люк. — Доминик запустил в свои взъерошенные волосы пальцы и уставился в никуда. Через секунду его глаза распахнулись. — Погоди, какое сегодня число?
— 11 декабря.
— Твою мать…
Нажав пару кнопок на телефоне, он повернул его экраном ко мне. Я прищурился и начал читать.
— Фестиваль FallenCon 2016. 11–13 декабря в Бостоне. Для фанатов игры… — Я осекся, и мой взгляд взметнулся к глазам Доминика. — Не может быть.
— Может. Мика говорил мне о нем. Они оба хотели поехать, но у Адрианы не было денег… а потом мой друг прислал ей билеты. Но она была под домашним арестом, и отец ее не отпустил.
У меня уже лопалась голова.
— Значит, они сбежали в гребаный Бостон?
— Похоже на то.
Я ткнул в него пальцем.
— Поедем в Бостон и вернем их домой.
— Я так и хотел предложить.
— Они несовершеннолетние, одни в чужом городе на каком-то тупом фестивале… — К концу предложения я сорвался на рык. — Где они будут там жить? Как вообще им пришла в голову эта идея?
— Они еще дети, — сказал Доминик. — А дети не думают наперед. В их возрасте ты разве не совершал глупых поступков?
— Естественно, совершал. Потому что взрослым было плевать, что я делал.
— Моим родителям не плевать. Потому-то Адриану и наказали. Но это не остановило ее.
Я, еле держась, развернулся к нему.
— Как скажешь, Доминик. Говорить о твоих родителях я точно сейчас не хочу.
— Воу. Ну хорошо.
Как мы перешли от посторгарзменной неги в теплой постели к взаимному раздражению и разгневанным взглядам? Напряжение буквально сочилось из нас, но я был слишком зол, чтобы это исправить.
***
 Доминик 
Темную автостраду впереди нас освещало море красных мигающих фар, которые словно предупреждали нас, что ехать дальше не стоит. Чем дольше мы ехали, тем сильнее я убеждался, что зря мы сорвались в Бостон.
Я был на грани. Отец, с которым я пообщался по телефону, как всегда, выразил свой страх через маты и крик, а Люк метал в мою сторону все более сердитые и нетерпеливые взгляды. Раньше я уже видел его напряженным, но таким — никогда. В его теле словно вот-вот должна была лопнуть пружина, слова вылетали так резко, словно удары хлыста.
— Ну что, взяла она трубку?
— Нет. У нее выключен телефон. — Я снова посмотрел на экран. Сестра не ответила ни на одно из моих сообщений. — Буду чувствовать себя идиотом, если мы припремся туда, а в итоге окажется, что они сидят дома у друга и смотрят этот гребаный фестиваль через стрим.
Люк взглянул на меня.
— Очень надеюсь, что ты все-таки не ошибся.
Предостережение в его голосе разозлило меня.
— Слушай, у меня нет стопроцентного доказательства, что они уехали в Бостон. Просто это кажется мне наиболее вероятным. Мой друг Гаррет сказал, что Адриана поблагодарила их за билеты, а значит она точно их получила.
Люк снова уставился на дорогу.
— Я не понимаю, почему твои друзья шлют ей билеты, не спросив сначала тебя.
— Они прислали их просто из доброты, — ответил я резко. — Люди постоянно участвуют в конкурсах ради бесплатных билетов. И мои друзья не какие-то грязные извращенцы, подбивающие подростков сбегать.
Он лишь качнул головой, и я отвернулся к окну. Машины еле ползли. Надежда на то, что мы успеем доехать до фестиваля до завершения первого дня, таяла с каждой минутой, и внезапно я пожалел, что утром выключил телефон, чтобы не отвлекаться от Люка. Останься он включенным, мои встревоженные родители дозвонились бы до меня сразу, и мы бы уже давно были в дороге.
 
Боковым зрением я увидел, что Люк опять набирает сына. Тыкнув в экран, он включил громкую связь, и внезапно зазвучали гудки. Я моментально выпрямился.
— Привет, пап.
— Мика! — Голос Люка сотряс кабину машины. — Ты где, черт побери?
— Э-э… в Конференц-центре Хайнса в Бостоне? — Мика издал слабый смешок. — Пап, я знаю, ты злишься…
— Злюсь? Да я в бешенстве! Что ты…
— Я уже здесь, и твои крики этого не изменят, — перебил его Мика. — Прости, что не сказал, но… Я знал, что с ней ты меня не отпустишь. А я хотел поехать, очень хотел. Ты даже не представляешь, насколько это важно для нас!
— Важно? — Люк уже в полный голос кричал. — Это всего лишь гребаный геймерский фестиваль!
— Да! Это геймерский фестиваль, а мы геймеры, и здесь наши единомышленники! Ты не играешь, поэтому тебе не понять. — Из динамика донесся долгий и судорожный вздох. — Я просто хотел, чтобы ты знал, что у нас все в порядке, и что днем в воскресенье мы вернемся домой.
— Мика…
Звонок оборвался.
— Мать твою за ногу! — Люк ударил ладонями по рулю. — Поверить не могу, что он бросил трубку!
Исходящий от него стресс уже пропитал мою кожу. Я положил руку ему на плечо и попробовал сжать, но от напряжения он был твердым, как камень.
— Он никогда в жизни не позволял себе так поступать, пока на него не стала влиять Адриана.
Я отдернул руку.
— Люк, он умный парень. И у него есть своя голова на плечах.
— Он шестнадцатилетний пацан, ослепленный длинными светлыми волосами и хорошеньким личиком. Если она ему улыбнется, то он и в кипящий вулкан за ней прыгнет. Вот, в чем здесь дело. — Люк даже не взглянул на меня, пока выпаливал свою речь. — Он знает о ее ситуации дома, знает, что она мало кому доверяет, и либо ему жалко ее, либо он ощущает себя каким-то особенным, потому что она общается с ним.
Защитная реакция, которую я подавлял в спальне, вернулась с утроенной силой.
— Вау. Так вот, почему ты со мной? Тебе меня жалко? Или ты ощущаешь себя рядом со мной каким-то особенным?
— Не передергивай. Я не о нас.
— Я знаю, ты сердишься и боишься за сына, но сестру мою не оскорбляй.
Люк стиснул руль с такой силой, что я испугался, что он погнет эту чертовую хрень.
— Ты прав. Адриана не виновата. А вот твои родители, которые не умеют решать конфликты с детьми…
И тут понеслось.
— Как я уже говорил, я и не отрицаю, что в моей семье есть проблемы. — Мой голос стал повышаться. — Но моя сестра упрямая и своевольная не всегда из-за них. Просто она независимая и хорошо знает, что ей надо, а что не надо, и сама принимает решения за себя. Да, не все из них… правильные, но знаешь ли, контролировать каждый шаг человека тоже нельзя. Так оно не работает. — Я обмяк на сиденье. — У тебя вот беспроблемные дети, и что же — Мика сбежал. И ты тоже в этом не виноват.
— А как я уже говорил, — произнес он, и его голос был холодным, как лед, — без ее влияния ничего этого не случилось бы. Я знал, что наступит тот день, когда она подобьет его на какую-нибудь дикую глупость.
Фургон, лавируя в потоке машин, набрал скорость. Ускорилось и дыхание Люка. Он был в ярости. В запредельной. А значит слышать меня больше не мог.
— Может, он и спросил бы у тебя разрешения, если бы ты не был таким суперстрогим. Ты своим детям и шагу не даешь сделать самостоятельно, вот он и отколол этот номер…
 
— О, теперь ты будешь учить меня, как мне воспитывать моих же детей?
Мы переступали одну черту за другой, но остановиться уже не могли.
— Может, если б ты не был настолько предвзятым…