Быстрая связь (ЛП)

Просто он был обычным тупоголовым качком из тех бесячих типов, которые в зале не убирали на место гантели. И он называл меня своей сучкой. Непонятно с чего. Как будто из-за желания, чтобы меня отымели, я переставал быть мужчиной. Какая херня. Плюс он казался сексистом. И стопроцентно был гребаным республиканцем.
Я напечатал вопрос, не республиканец ли он, потом стер его. Нет. До свидания лучше было не знать. До свидания, на которое я собирался лишь из-за нулевого сопротивления Люка. Я вовсе не ждал, что он меня остановит, когда намекнул, что за пару дней до нашей с ним встречи возможно заполучу в себя чужой член, но хоть какую-нибудь реакцию он мог проявить?
Ее отсутствие наводило на новый вопрос: а сам Люк трахался с другими парнями? Вряд ли. Хотя… Все это время мы встречались по пятницам, а значит в субботу он мог видеться с кем-то еще. До сих пор эта мысль не приходила мне в голову. Надо будет провести небольшое расследование на выходных.
Ну вот, теперь я собирался шпионить за Люком. Вдобавок к глупым попыткам вызвать в нем ревность. Смешно, но я начал общение с Калоджеро не ради того, чтобы использовать его, как тупую марионетку, в рамках какого-то грандиозного коварного плана. Изначально я не планировал разводить на реакцию Люка. Нет, мне правда хотелось провести время с тем, кто будет не против выйти со мной в публичное место. Именно это он мне и предложил. Не подрочить, не потрахаться в укромном местечке, а сходить на свидание… Чтобы потом перейти к дрочке и сексу.
А я начал использовать бедолагу в своих низменных целях и мысленно насмехался над ним.
Штаб_Сержант: Пойду собираться. Потом пришлю тебе фотку.
Дон: Не забудь, крч. Пока.
Боже. Неужели нельзя было написать просто «короче»?
Хмурясь, я перешел в другой чат и уставился на аватарку Люка. Он был онлайн.
Штаб_Сержант: Помоги мне.
Люк: С чем?
Штаб_Сержант: С хэллоуинским костюмом. Что выбрать — футболку с лого пожарной службы Нью-Йорка или подтяжки и голый торс?
Люк: Что удобнее.
Штаб_Сержант: Снять?
Люк: …
Люк: Доминик, ты меня провоцируешь?
О, а вот этот ответ был уже интересным…
Я рухнул на старое кресло в своем подвальном убежище и перечитал сообщение еще раз. Либо он разозлился, либо понял, что я пытаюсь вывести его из себя. Правда, наверное, лежала где-то посередине, а значит мне было пора закругляться с этой херней.
Штаб_Сержант: Не, я просто шучу ;) Я знаю, что тебе пофиг на мой дурацкий костюм.
Люк: Ну-ну.
Штаб_Сержант: что будешь делать сегодня?
Люк: Поставлю перед крыльцом знак «конфет нет».
Штаб_Сержант: Ну ты и гринч.
Люк: Я не поклонник традиций, которые предписывают открывать чужим людям дверь. Или подначивают детей брать у незнакомцев конфеты.
Штаб_Сержант: О господи. Ты, наверное, часто обламывал своим детям веселье.
Люк: Их мать мне не разрешала.
Штаб_Сержант: Значит… строгий родитель в вашей семье — это ты? Я бы подумал на твою крутую адвокатшу-жену.
Люк: Откуда ты знаешь, что она адвокат?
Штаб_Сержант: Адриана обмолвилась, когда говорила о Мике.
Люк: Ясно.
Штаб_Сержант: Прости
Люк: Все нормально. Я просто спросил. В общем, Надя — демократичная мать. Она пренебрегает слишком драконовскими по ее мнению правилами. Это ее слова, не мои.
Штаб_Сержант: Вот бы мой отец у нее поучился и ослабил давление на Адриану… Богом клянусь, когда подростком был я, все было менее жестко. Да, он тоже часто орал, то, понимаешь, тогда мне казалось, что это нормально.
Люк: Понимаю. То, что раньше считалось нормальным, уже таким не считается, и это правильно.
Штаб_Сержант: Соглашусь. Блин… Даже не знаю, как я оставлю ее там одну. Как только я съеду, ему потребуется новая жертва, чтобы вымещать свою злость, а Адриане уже достается почти так же сильно, как мне.
Люк: Мне это не нравится. Очень не нравится.
Черт побери, как от желания вызвать в нем ревность я перешел к словесному поносу о своей проблемной семье? И как столь неразговорчивый человек умудрялся раз за разом вызывать меня на откровенность? Этот необъяснимый, неслыханный феномен не укладывался в голове. Особенно если вспомнить, что именно проблемы в семье и отсутствие у меня… да всего и убедили меня в том, что на длинной дистанции у нас ничего не получится. Ведь у Люка была настоящая, полноценная жизнь, а я… я просто существовал. Занимал в мире пространство.
 
Люк: Ты записался на курсы?
Штаб_Сержант: нет, но скоро планирую записаться.
Люк: Ты молодец.
Штаб_Сержант: Спасибо. Подумал, что хватит бояться провала и волноваться о том, что скажет отец. Пора взяться за ум и чего-то достичь. Пусть у Адрианы будет хоть один человек, на которого она сможет равняться.
Люк: Ты хорошая ролевая модель, Доминик.
Штаб_Сержант: Ха. Да уж. Ага.
Люк: Ты же знаешь, я бы не стал тебе врать. Тот факт, что ты заботишься о сестре, говорит сам за себя. Это заслуживает уважения.
Он вызывал во мне чувства, которые я не должен был чувствовать перед свиданием с другим человеком. Каждый раз, когда я пытался на шаг отступить, чтобы дать Люку пространство, происходило что-то такое, что толкало меня к нему еще ближе, чем раньше. Такие качели были опасной игрой, и продолжать ее было нельзя.
Люк: Слушай, может, перед свиданием заскочишь ко мне? Хочу посмотреть на тебя в костюме пожарного.
Штаб_Сержант: Ты серьезно?
Люк: Ну да. Надя увела детей на парад. Наверное, она заберет их на ночь к себе, а завтра позволит им прогулять школу.
Штаб_Сержант: Какая она понимающая.
Люк: Да, да. Так ты придешь?
Штаб_Сержант: Э-э… хорошо. Как пожелаешь. Конечно.
Люк: Тогда до встречи.
Я закрыл грайндр, но продолжил смотреть в телефон.
Это была максимально плохая идея, но остановить себя я не мог.
Я был целиком в его власти.
***
 Люк 
Закрыв грайндр, я еще долго в ужасе смотрел на телефон. Я… пригласил Доминика к себе.
Перед свиданием с другим парнем.
Я точно был конченным мазохистом. Весь день я твердил себе, что мешать ему я не буду. Пусть знакомится с другими людьми. Пусть перестанет надеяться, что я со своим сложным характером дам ему нечто большее, чем еженедельный пятничный трах.
В дверь постучали, и я на полсекунды задумался, не притвориться ли, что меня нет. Но для детей, которые выпрашивали конфеты, было еще слишком рано.
Я взялся за ручку и всей грудью вдохнул. Я смогу это сделать. Смогу увидеть его — молодого и сексуального, — а затем отпустить на встречу с другим. Все-таки я был взрослым и рассудительным человеком. А Доминик не был моим.
Я открыл дверь, и мантры, которые я талдычил весь день, вылетели в трубу.
Доминик стоял у меня на крыльце, его светлые волосы торчали из-под черной бейсболки с логотипом пожарной службы Нью-Йорка. На нем были ботинки на толстой подошве, брезентовые штаны и красные подтяжки.
На голой груди.
Вся его плоть, которую я исследовал пальцами и языком, его тело, столько раз побывавшее подо мной, его усмешка, которую я видел во снах… все это было прямо передо мной на крыльце.
Предназначенное для кого-то другого.
Вспышка огня, прострелившая мое тело, завершилась одной-единственной мыслью: нет. Ни за что.
 
Я схватил его за подтяжки, затащил внутрь и пинком закрыл дверь. Судя по его ошалелому взгляду, вел я себя как обезумевший от похоти псих. Мысли смешались с агрессивным желанием сделать его только моим и с эмоциями, которых я не испытывал… никогда.