Серая чума (СИ)

Ну и последняя категория людей – в основном молодые парни, не обремененные семьей – активно записывались в армию графства. Пока большая ее часть кусочек за кусочком поглощала соседние баронства, в Александрове началось формирование третьего пехотного полка. Как показала практика, тех сил, которые были под рукой Серова до этого, для хорошей войны было решительно недостаточно. Едва вернувшись в столицу Александр тут же озадачил остававшихся там Брада и Реймоса подготовкой инфраструктуры и снаряжения для как минимум еще семи-восьми сотен бойцов. Кроме тех пятисот, которые должны были сесть гарнизонами в свеже захваченные замки. Кроме пехотного полка граф приказал сформировать полноценную вторую роту мушкетеров – имея ввиду последующее добавление третей роты и организацию полноразмерного полка – а также переформирование конного полка под четырехротный состав. 
В целом вооруженные силы графства должны были увеличиться в обозримом будущем с двух тысяч до трех с копейками. А учитывая городскую стражу Александрова и Берсонзона, которая проходила по отдельному ведомству, общее количество «силовиков» обещало перевалить за три с половиной тысячи. Плюс всякие там маги, личная охрана под руководством Ромула, ребята Диная и храмовая стража, которые численно на фоне названных контингентов совершенно терялись.
К счастью экстренные меры, предпринятые в графстве еще прошлой весной-летом, едва стало понятно, что хорошего урожая в том году ждать не приходится, дали свои плоды и запас продовольствия позволял достаточно свободно кормить резко увеличившееся население. Кроме зерна, полученного по репарациям из графства Орфален – иронично, что люди теперь оттуда мигрировали вслед за отданным вследствие военного поражения продовольствием – неожиданно выстелила добыча рыбы.
Молодой парень по имени Крион, которого Серов в один миг повысил до руководителя направления, связанного с заготовкой рыбы, мгновенно развил бурную деятельность и уже к началу осени развернул максимально активный вылов речных ресурсов. В ином времени такие методы – реку буквально перегораживали сетями, вытаскивая оттуда все что можно – назвали бы хищническими, однако тут о таких мелочах, как защита окружающей среды пока никто не задумывался. Ну и если честно, то даже вылов вообще всей рыбы на коротком участке реки на общую ситуацию бы не повлиял. 
В результате в течение осени было засолено, засушено и закопчено несколько сот столитровых бочек речной рыбы. Как не крути, лакомство это на любителя – запах тины, куча мелких костей и вот это вот все – однако, когда прижало, то в качестве источника калорий, белка и разных полезных элементов, рыба пришлась более чем ко двору. Во всяком случае неизбалованные разносолами крестьяне с большим удовольствием разбавляли свой состоящий к концу зимы в лучшем случае из голого зерна рацион – в худшем, понятное дело, жрать вообще ничего не было – мелкой речной рыбешкой. Ели, благодарили и просили еще.
Действия рыболовов привели к росту в округе цен на соль, которую в Баронства везли с юга от Узкого моря. Это вынудило людей Серова переплачивать и тем самым оставили без важнейшего консерванта крестьян из соседних баронств, что опять же подстегнуло миграционный поток.
Кроме того, была начата реализация проекта по постройке экспериментального тепличного хозяйства, в котором можно было бы ускорить появление первых весенних овощей хотя бы на тридцать-сорок дней. В дело пошли первые широкоформатные стекла, производимые в Александрове. Качества они получались такого, что по прямому назначению использовать их было сложно – не слишком приятный желтоватый цвет еще ладно, а вот огромное количество мелких включений и плавающая толщина слишком бросались в глаза – а вот на остекление теплиц – более чем. 
Когда-то в прошлой жизни Серов читал, что в теплицах на широте Питера для какой-то из императриц выращивались ананасы, и решил, что вполне способен повторить такой подвиг и сам. Тем более, что климат в Баронствах был куда как более пригодным для земледелия, да и доступная магия тоже изрядно облегчала жизнь.
 
Так что в этом году в первых двух небольших теплицах, едва солнце стало по-весеннему часто выходить из-за туч, были высажены разнообразные овощи. Собственно, вопрос о каком-то товарном производстве пока не стоял, нужно было отработать технологию и определить, какие именно растения лучше других переносят подобное отношение. 
Ну а среди ариеновских учеников появилось новое наказание за нерадивость. Раз в десять дней огневик отбирал команду из тех учеников, которые, по его мнению, хуже всего трудились за прошедший период – ну или просто накосячили где-то – и отправлял их «на картошку». Тупо работать в качестве обогревателей для теплиц. Там конечно были и более утилитарные приспособления, работающие на дровах, но почему бы не совместить приятное с полезным. 
С наступлением весны, едва температура перевалила за ноль градусов, резко активизировалось строительство. Пришедшие с севера рабочие руки нужно было как-то задействовать – идею раздавать еду в качестве «гуманитарной помощи» Серов воспринимал исключительно отрицательно – да и давно намеченных объектов в графстве было более чем достаточно. 
Кроме работы по расширению столицы, было возобновлено прерванное ранее с окончанием тракта Александров-Берсонзон, дорожное строительство. Посоветовавшись с Реймосом, который видел экономический эффект от улучшения дорожной инфраструктуры лучше всех остальных, граф принял решение продолжать тянуть дорогу сразу в нескольких направлениях. Собственно идея заключалась в том, чтобы направить через территорию государства максимальное количество торговых потоков, а для этого нужны бли не отдельные участки, а целая сеть обустроенных дорог.
В первую очередь было начато строительство тракта от Берсонзона на север. Для начала до замка Курапс, а потом возможно и дальше территории графства Орфален до его столицы Корсанта. Если этот город к тому времени еще будет столицей и само графство еще будет существовать.
Потом предполагалось продлить тракт от Александрова на запад. Южное направление было не столь интересным, поскольку Барьер накладывал определенные ограничения на поток людей и товаров. По плану, намеченному еще в прошлом году, должна была появиться прямая дорога – сейчас приходилось делать крюк - на Желтый замок и далее в сторону Зеленого. При реализации этих двух проектов образовался бы сплошной торговый коридор с юго-запада на северо-восток длинной в сто пятьдесят километров.
Присоединение, однако новых территорий тут же поставило вопрос о необходимости тянуть дороги и на восток. Этого требовали как экономические так и военные интересы графства. Поэтому кроме упомянутых выше двух направлений было решено отстраивать еще два. От Берсонзона на восток через бывшие замки баронов Соммер и Кроант к мосту через Лайю и замку на левом берегу его запирающему. Это еще шестьдесят километров дороги.
Последнее направление – самое масштабное, самое дорогое и самое с какой стороны не посмотри спорное – от Александрова на восток в сторону города Коркост. Если тоже тянуть до самого берега реки, то это еще добрых сто пятьдесят километров. 
Суммарно дорожное строительство – растянутое десяток лет естественно – обещало потянуть на страшную сумму в тридцать тысяч золотых. Больше ста килограмм золота. Просто невообразимые деньги. Огромные. Сумасшедшие. Обещающие в будущем вернуться на налогах, пошлинах, прибыли от торговли и ускорения движения войск с процентами. Ну во всяком случае Серов очень на это надеялся. Закопать столько золота без какого-либо толку было бы смертельно обидно.
- Командир первой мушкетерской роты капитан Раврион, - из строя мушкетёров вышел вперед их командир и строевым шагом поднялся на помост. Подошел к графу, стукнул сжатым кулаком себя в грудь и принял из рук сюзерена серебряную семиконечную звезду. – Награждается за умелые действия во время отражения орочьего вторжения, за причинение серокожим существенных потерь. «Серебряная звезда» и двадцать золотых монет.