Крысобой (СИ)

Мара что-то шепнула Фрехе на ухо и ушла в дом.
Легкой рысью мы прошлись по равнине и остановились у дорожной развилки.
— У меня было подозрение, что гоблины перешли черту, — Фреха не любила ходить вокруг да около, это я уже понял. Она сразу перешла к делу. — Теперь есть доказательство. Их маги и колдуны вызвали какие-то темные силы.
— Как они попадают в горы? — спросил я.
— Переносятся напрямую с помощью черной магии, — ответила Фреха. — Как еще?
Какой-то портал открыли?
Она посмотрела на меня удивленно.
— Как ты назвал — портал? Пусть будет портал... По этому медальону можно выяснить имена всех, кто замешан в этом колдовстве. Надо провести обряд, чтобы получить эту информацию, для этого я сейчас полечу к Лиане в Эртуз.
— Что могут предпринять гоблины? — спросил я. — Наверняка они поняли, что этот колдун погиб.
— Придут искать, как стемнеет, захотят забрать тело, чтобы уничтожить улики. Их будет несколько, — сказала она, наклонилась ко мне поближе и шепотом добавила. — Я вызвала Хильду.
  
11
 
Когда точно появится Хильда, Фреха не знала, но та ответила на призыв и обещала помочь.
Конечно, я обрадовался. Что тут еще скажешь. Вот и молчал от такой приятной неожиданности. Не кидаться же с расспросами, что та сказала, где и когда ее ждать, надо ли встречать с цветами и прочую чушь. Если Фреха сказала, что вызвала, значит та придет. Прилетит, прискачет. В противном случае, если бы Хильда ответила — «справитесь без меня», и отказалась бы; ведьма не стала бы мне ничего говорить.
— Я распространила слух, что колдун еще жив, тяжело ранен, — сказала Фреха. — И что до завтра его будут держать в форте. Пока за ним не приедут с перевала люди Мильсена, чтобы перевезти на допрос в Эртуз.
Зачем?
Обошлось без закатываний глаз. Фреха терпеливо объяснила.
— Мы же не хотим, чтобы толпа монстров приперлась ночью сюда? Проще встретить их, укрывшись за высокими стенами форта.
Правильно, зачем деревню подставлять. Как я сам не подумал. Привстал в стременах и осмотрелся. К форту они пойдут в обход, по краю поросших лесом холмов. Нам больше незачем здесь оставаться.
— Отправляйтесь туда до темноты, — сказала Фреха. — Заберите с собой Тину и Мару. Еле уговорила ее пожить у родителей, пока все не успокоится.
Фреха полетела к Лиане колдовать, оставив мне Уну и целый ворох мыслей и вопросов.
Парням рассказывать про Хильду я не стал. Просто обнадежил, что без поддержки этой ночью мы не останемся.
— Эта Фреха — ведьма очень сильная, — сказал Раян. — Мы с Итаном как увидели ее тогда на площади, сразу поняли, что это мы круто к тебе в отряд попали.
— Да, — поддержал его Итан. — Мало того, что сам Крысобой нас к себе взял, так еще и магическая поддержка очень сильная имеется.
Марвин молчал. Он знал, что Фреха мало чем может помочь нам в драке с монстрами. Это тебе не хонгора заклевать.
Итан прилег немного поспать на чердаке, а Раян полез на крышу часовым.
Когда мы остались вдвоем, Марвин спросил:
— Что за поддержка? Я бы предпочел двадцать наших всадников от Катона.
— Гоблины перешли черту, применив черную магию, — ответил я. — И этим развязали руки Фрехе. Она тоже обратилась к силам, которые обычно не вмешиваются в дела простых смертных.
Марвин сидел и точил саблю какое-то время. Расплывчатое объяснение его не успокоило.
— Знаешь, — проговорил он негромко. — Те слова последние, что сказал Арс. Ну в общем, я присоединяюсь. Для меня большая честь сражаться рядом с тобой.
Марвин помирать собрался что ли? С другой стороны, он просто реалист. Мы впятером еле справились с одним бродячим медведо-гоблином, а если в этот раз их придет несколько?
— Все там будем, — я посмотрел на небо. — Но вешать нос не спеши. Сам не знаю, что это за поддержка, но у меня такое предчувствие, что все будет хорошо.
 
— Ты и перед битвой последней так говорил, а тебя отравленной стрелой подстрелили.
— В конечном итоге все так и вышло, как я говорил, — я усмехнулся. — Гоблины разбиты, я воскрес. Мы живы и еще поживем.
Марвин отложил отточенную, как бритва, саблю. Принялся обмазывать стрелы смолой.
— Нам бы сюда пару тяжелых катапульт, — вздохнул он.
— В форте как раз есть, — сказал я. — Сейчас переезжаем. Фреха распустила слухи про то, что колдун там, чтобы гоблины туда за ним пришли.
Марвин обрадовался не очень сильно:
— Там весь гарнизон — три калеки, ну ладно, человек тридцать. Половина без руки или без ноги, остальные — старики и дети.
— А катапульты видел? — спросил я.
— Одну видел, над входом на стене. Здоровой, вот такой, стрелой заряжена. Вторая по идее должна большими камнями с каменоломни стрелять. Но надо потренироваться самим, на тех вояк надежды мало, да еще и без масок они.
— Посмотрим. Три маски есть запасные, — я похлопал по подсумку. — Трех бойцов хороших из тридцати всегда можно выбрать.
— Раньше можно было, а сейчас не всегда и одного найдешь.
Удобный момент кое-что узнать о себе.
— Кстати, Марвин, я все хотел спросить — как мы с тобой раньше общались?
— Ты меня назначил сотником за месяц до битвы, когда ни о какой войне с гоблинами слышно не было, — начал рассказывать Марвин. — И я весь месяц входил в курс дел, как и что. Лично мы всего пару раз говорили, ты же в основном с теми старыми бойцами общался, которых знал еще с войны на юге. А мы, молодые сотники, в своем кругу общались. Приказ получаем и десятников строим. Ну как обычно, в общем.
— Понятно, — сказал я. — Ты меня раньше и не знал толком.
Он пожал плечами.
— Конечно, не знал. Ты же легенда, я и рад, что сотником меня выбрал. Мне это главная награда была. И я очень рад, что Юстиг приказал доставить тебя к Риффену именно мне. Столько всего произошло с тех пор, даже не верится. Ведь раньше как? От рассвета до заката тащишь службу, приказы выполняешь, ни о чем не думаешь и ничего другого и нет. Я в армии с тех пор, как из интерната вышел. А теперь совсем другая жизнь, голова кругом и думать надо. В жизни столько не думал, как за эти дни.
Я понял, почему Фреха выбрала его. Молодой, меня знал только как легенду и командира. Так что про личную жизнь и семью Крысобоя можно его не спрашивать.
— Намордники лошадям надень на всякий случай и держи оседланными наготове, — приказал я. — Скоро поедем.
***
Комендант форта отправил почтового голубя, с донесением о трупе гоблина-оборотня, напрямую в Трамант. Там собрали экстренное заседание штаба.
Улика в виде мертвого колдуна изменила все планы. Эти подлые нападения оборотней в тылу были как вызов, как брошенная перчатка самому Императору. Немного пораскинув мозгами, не без подсказок придворных магов, все военачальники в штабе сошлись во мнении, что и извержение вулкана тоже дело рук гоблинов.
При помощи каких-то темных сил они якобы пробудили древнее спящее зло в тылу Империи и открыли дорогу для всякой нечисти.
За это гоблины должны быть жестоко наказаны.
Император Марчес Второй приказал заключить и перезаключить мир со всеми соседями на юге и востоке, чтобы перебросить большую часть армии в Корханес.
Был выдвинут лозунг, под которым пройдет новая военная кампания — «Басдор должен быть разрушен!»
Басдором называлась столица царства гоблинов — огромный город крепость на острове посреди большого озера.
 
Но пока идет подготовка к войне, которая могла занять месяц, было решено переправить труп гоблина в Эртуз. За ним должен отправиться Мильсен с парой сотен бойцов, причем немедленно.