Паутина дорог (СИ)
— Зачем они нам, господин?..
— Могут оказаться перебежчиками, — пояснил герцог Виенто. — Если их схватят рантеранцы, разболтают про нас в два счета. Лучше бы нам опередить местных вояк.
Вместо ответа Дейна неуклюже поклонилась и с понурым видом вернулась в палатку. Проникать в Рантеран без специальной подготовки — не особо хорошая затея, для тех, кто не хочет умереть во время пыток. Но попробуй объясни это упрямцу, жаждавшему мести за покушение и наказания за возможное предательство!
Возможно, она сумеет растолковать ему это в пути.
Пока за пределами шатра шумел ветер, а Даниэль Виенто раздавал приказы, Дейна поспешно собирала свои вещи в небольшой кожаный мешок. Затея герцога казалась ей невыполнимой или, в лучшем случае очень сложной. В рантеранской столице они будут разительно отличаться от смуглых и скуластых людей с темными узкими глазами, и только чудо поможет, если их не схватят раньше беглецов.
Она положила лепешки и воду, и уже собиралась затянуть тесемки на мешке, как в темноте шатра ярко сверкнуло что-то белое. Это совсем не снег! И не бумага…
Присмотревшись, девушка увидела среди вещей герцога белую жемчужину в золотой оправе. Кольцо, которое она попыталась украсть из его дома, чтобы выполнить условие отца. Тогда у Дейны не получилось, она попалась по глупой случайности, но сейчас, когда Виенто был где-то вдалеке, вещица так и просилось в руки.
Дейна закусила губу, с сомнением глядя на находку. Решение следовало принять быстро, но ведь и она — не сорока-воровка, чтобы хватать маленькие драгоценности. Исцелиться с помощью жемчужины можно и без воровства. Лишь взять в руки, и пожелать, чтобы не немела рука, не болела нога, и самое главное, хорошо видел правый глаз.
Приближающийся скрип тяжелых сапог по снегу, резко донесшийся до слуха Дейны, заставил ее быстро вскочить и отпрянуть в сторону. Жемчужина осталась лежать нетронутой, на оставленном сером плаще герцога, но, когда тот вошел в шатер, кажется, что-то понял. И промолчал.
— Я готова идти, господин Виенто, — негромко произнесла княгиня.
Острый насмешливый взгляд мягко опустился на ее мешок, уже завязанный, но полупустой. Потом Даниэль посмотрел на Дейну, и слегка подобрел.
— У вас провизия, у меня оружие. Идти придется налегке.
— Идти? Не ехать?
— К сожалению.
— Господин герцог, — ее голос звучал тише необходимого, но Дейна была рада тому, что решилась спросить, — а нас не узнают в Рантеране?
Она имела в виду тот давний случай, когда их с Леоном схватили и бросили в местную темницу. Тогда же герцог Виенто незаконно проник в страну, убил нескольких офицеров, одного вельможу и пару стражников, а потом освободил двух шпионов. Вряд ли хан забыл такое оскорбление, даже спустя два с небольшим года.
Размышляя над этим, Дейна бросила косой взгляд на мужчину. Тот был мрачен и хмур.
— Я бы сказал, что на улицах Гритона можно встретить множество людей из Нордении и прочих стран, но я не хочу лгать. Мы там чужаки.
«И что же делать?» — хотела беспомощно спросить Дейна, но вовремя одернула себя и задала совсем другой вопрос:
— Я так понимаю, у нас есть другой план?
— Есть, — в негромком голосе Виенто отдалась легкой хрипотой неловкость. — У богатых дворян в этой стране есть гаремы. Как у мужчин, так и у женщин. Эта традиция тянется из глубины эпох, с первых ханов. Несмотря на любовь и уважение друг к другу, хан и хатин обращают внимание на фаворитов и фавориток из личных гаремов.
От стыда и смущения у Дейны заполыхали щеки, уши, шея; растерянный девичий взгляд метался по сверкающей белизне снега, избегая пытливого взора Виенто. Объяснение отдавало непристойными намеками, о которых девушке было стыдно даже думать. Раньше она хотела отдать свою невинность Леону Лоренцо, пока его не сослали в западную армию, а сейчас и вовсе избегала таких мыслей.
Но Даниэль Виенто смотрел серьезно, ожидая согласия или хотя бы робкого кивка.
И Дейна решила ему довериться, хотя ее душа мелко дрожала от напряжения.
— Хорошо, — произнесла она негромко. — Я помогу вам наказать мерзавцев.
* * *
Добраться до Гритона верхом, не привлекая лишнего внимания, оказалось непростой задачей. Дейне и Даниэлю пришлось переодеться в расшитые халаты с широкими рукавами, затем облачиться в такое же одеяние на меху, обуть причудливой формы сапоги с узкими, изогнутыми носами, и поменять прически.
Герцог особо не старался. Для местных мужчин было достаточно придать особую форму челке, чтобы она казалась пышной. Но Дейна долго пыталась воткнуть в свои мягкие кудри длинные шпильки и деревянные палочки, чтобы хоть отдаленно напоминать одну из молодых рантеранок.
Все это они сделали в придорожной гостинице, купив необходимые вещи и закрывшись в двойной комнате.
— Когда я училась в академии при дворе Хана, то не носила подобный ужас! — пожаловалась Дейна, в пятый раз вернув на место выпавшую палочку.
— Верно, — негромко согласился Даниэль. — Помните, чем это закончилось?
Дейна вздохнула и поджала губы.
Она не верила, что им удастся попасть в гаремы и выявить предателей. Слишком прозорливыми здесь были люди. Это не добрые и наивные норденийцы, готовые за пару огненных искр поверить во что угодно. Только говорить Даниэлю о своих опасениях оказалось слишком поздно, да и он был настроен решительно. В пути Дейна не раз заводила этот разговор, но ее мрачный господин так и не повернул коня.
Наскоро перекусив припасами, они оставили гостиницу и поскакали дальше.
До самых столичных предместий Дейна не сомневалась, что у герцога есть какой-то план, в который он ее не посвящает. Но когда они остановились неподалеку от белого красивого дома, с причудливой красной крышей, девушка невольно засомневалась в этом. Возможно, Даниэль Виенто импровизировал.
— Вы знаете рантеранский, Дейна?
— Нет…
— Я тоже. Без владения языком нас определят куда угодно, только не во дворец.
Дейна судорожно вздохнула, вспоминая темницу. Голые каменные стены, глумливая ухмылка дознавателя, хищный оскал палача, надвигающегося на беззащитную пленницу с острым клинком. Мрак, ужас, безысходность…
Виенто печально проследил за ее встревоженным взглядом.
— В этом доме живут молодые супруги Чэнь.
— Вот как? И чем они нам помогут?
— Хао и Мелинда Чэнь. Рантеранец и норденийка. Они поженились прошлой весной, несмотря на гнев хана, но не угодили в опалу, благодаря его верной службе.
Дейна молча кивнула. Подул холодный ветер и пришлось поправлять проклятые шпильки с палочками. Опять! Озябшие пальцы дрожали, Дейна дышала на них и надеялась, что окажется в тепле раньше, чем произойдет обморожение. В проклятом Рантеране женщины не носили перчатки и прятали руки от ветра в складках одежды. Дурной тон, как назвал это Даниэль, сам то и дело потиравший ладони одну об другую.
— Они определят нас в гарем, — добавил напоследок Виенто, и направил коня в сторону невысоких решетчатых ворот.
— Но с чего вдруг? — угрюмо уточнила Дейна, следуя примеру господина. — Вы знакомы?
— Мелинда в девичестве носила фамилию Виенто, — пояснил Даниэль, не оглядываясь. — Она — приемная дочь моей покойной тети.
Слегка приободрившись, Дейна последовала за ним. Она боялась, что сейчас откроют привратники, застрекочут на своем рантеранском и захлопнут ворота перед незваными гостями. И в чем-то даже оказалась права — низкорослые смуглые люди в темных халатах смотрели на них исподлобья и с готовностью держали руки на рукоятях своих клинков.
Даниэль Виенто медленно сказал что-то на ломаном рантеранском. Дейна внимательно прислушалась и уловила в его речи повторившееся несколько раз имя «Мелинда».
Как славно, что у него есть знакомые в этой диковатой стране. Даже с сомнительным родством.
На порог дома вышла красивая белокурая женщина в зимнем меховом халате, и, покачивая бедрами, неспешно направилась к наглухо закрытым воротам. Только Дейна успела испугаться, что она сейчас погонит незваных гостей прочь, а Мелинда Чэнь уже закричала на нерадивую прислугу, замахнулась на кого-то веером, и слуги кинулись отпирать замки.