Зачарованный плут (СИ)

Девушка воодушевилась и продолжила расспросы:
– У него была дочь, вы помните?
Старик задумался, копаясь в собственной памяти и, наконец, ответил:
– Хм… Да, точно! Была у Франко такая милая маленькая дочурка со странными глазами… – он улыбнулся, обнажив желтые редкие зубы, а потом внимательно посмотрел на стоящую перед ним девушку. – Прямо, как у тебя.
Джейн присела на корточки, чтобы оказаться ближе к своему собеседнику, и радостно подтвердила:
– Это я и есть! Меня зовут Джейн. Франко – мой отец.
Старик долго всматривался в ее лицо и удостоверившись произнес:
– И правда ты… Но Франко уже давно тут нет, так что искать здесь нечего.
– Мне это известно, но я так мало знаю о нем, поэтому буду рада любой информации. Вы можете рассказать мне всё, что помните?
Старик задумался:
– Ну что ж… коли нужно, расскажу, мне не трудно. Так, с чего бы начать? – он усмехнулся. – Помниться, мы с Франко много времени проводили за разговорами, потому как я был его ближайшим соседом тут. Любил он рассказывать о своей жене. Говорил, она первой красавицей была у них там на родной земле, но откуда он родом не спрашивай, этого не знаю. Они, вроде как, вместе квартирку небольшую снимали поначалу здесь в городе. Сам он на стройке работал, пока жена ребенка носила. И всё вроде у них было хорошо, да вот только не смогла она роды пережить. Так и померла.
Сердце Джейн сжалось, но старик продолжал:
– С его же слов, после смерти жены Франко начал пить, видать не смог смириться с ее кончиной. А ежели пошел человек по наклонной, то остановиться бывает сложно. Он это сам понимал, но ничего с собой поделать не мог. С работы его уволили, а из квартиры выгнали, потому что платить было нечем. Потому он и оказался тут с маленькой дочуркой на руках. Тогда мы с ним и познакомились, и он сам мне эту историю поведал однажды за бутылочкой, – старик взглянул на расстроенное лицо девушки и добавил. – Конечно, бывали дни, когда он был трезвым, тогда пытался где-то подзаработать, но это случалось не часто. Девочка, в основном, росла сама по себе, местные ее кормили, когда она к ним забредала, да еду им с отцом приносили, потому что все деньги, которые доставал Франко тратил только на выпивку. Жалко ее было. А потом за девочкой-таки явились службы опеки. Ну, мы все так подумали, потому что приехали серьезные люди и забрали ее у Франко, а он и не сопротивлялся. От него к тому моменту одна тень оставалась, вроде есть человек, а вроде уже и нет. Осунулся весь, в глазах пустота. Но вскоре и его не стало. В один погожий день ушел Франко и больше не вернулся.
Дослушав рассказ до конца, Джейн долгое время молчала, о чем-то задумавшись. Крис не знал, о чем именно, но ее пора было выводить из этого состояния, поэтому он положил ей ладонь на плечо и почувствовал, как она вздрогнула.
– Как ты себя чувствуешь?
– Всё в порядке, – тихо ответила она.
– Узнала всё, что хотела?
– Да, пожалуй, – ответила Крису девушка, а потом поблагодарила старика и попрощалась с ним.
Когда они вернулись и сели в машину она спросила:
– Ты же знаешь, что случилось с моим отцом? – голос девушки был печальным, но спокойным.
– Да.
– Скажи мне.
– Он умер.
– Ты можешь отвезти меня на его могилу?
– Я не смог ее найти. Он был бездомным и когда умер, за телом никто не явился, поэтому место его захоронения я не нашел. Но я знаю, где могила твоей матери, ее похороны устраивал еще твой отец при жизни.
– Отвези меня туда, пожалуйста.
Асфальтовые дорожки, ухоженный стриженный зеленый газон и ровные ряды аккуратных красивых надгробий – кладбище больше походило на парк, по которому изредка прогуливались люди в поисках захоронения своих родственников. Конечно, не все могилы на кладбище в Колме радовали глаз, некоторые выглядели гораздо скромнее, всё зависело от платежеспособности клиента. Но были и настоящие произведения искусства в виде скульптур и памятников, на которые наглядеться было невозможно.
Пройдя вдоль нужного ряда, молодые люди, наконец, остановились у искомого надгробия. Это был простой прямоугольный серый кусок гранита на постаменте, на первый взгляд совсем непримечательный, если бы не крупная надпись, выгравированная на его поверхности чуть выше даты рождения и смерти:
 
«Сильвия Сапато (Бланшар)
Самая прекрасная женщина, жена и мать».
Джейн долго вглядывалась в скромное надгробие, гадая, как могла выглядеть ее настоящая мама. Она умерла совсем молодой и, по-видимому, все считали ее очень красивой, но только одна Джейн ее так ни разу и не видела.
– У меня даже нет ее фото. Остался только браслет. Я помню, как однажды нашла его в вещах отца и спросила, что это. Он ответил, что это мамина вещь, которая осталась ему на память о ней. Он подарил браслет мне с условием, что я его не потеряю, поэтому я прятала его в своем плюшевом медвежонке, а его не выпускала из рук.
Девушка принесла с собой белые лилии и аккуратно положила на могилу. Она не знала, какие цветы любила ее мама, но ей почему-то казалось, что белые лилии ей бы понравились.
Она снова пробежалась глазами по надписи и спросила:
– Бланшар – ее девичья фамилия? Похожа на французскую.
Крис, молчаливо стоявший рядом, ответил:
– Франко и Сильвия приехали из Нового Орлеана. Когда-то этот город был французской колонией, там такое не редкость. Я думаю, он специально указал и ее девичью фамилию на надгробии на случай, если ее захотят навестить родственники.
Внезапно у Криса появилось странное ощущение, будто холодок пробежал по коже. Так бывало, когда он чувствовал, что за ним наблюдают. Он осмотрел местность в пределах видимости, но ничего подозрительного не нашел. Сейчас на кладбище было мало людей, они находились здесь практически одни, ну может быть еще несколько посетителей вдалеке у пары-тройки могил, которые не обращали на них абсолютно никакого внимания. Тогда он оглянулся назад и тут его взгляд зацепился за припаркованную на пригорке черную машину. Она стояла довольно далеко и могла остаться вне подозрений, если бы он не заметил, как в открытом окне автомобиля что-то блеснуло, отражая солнечный луч.
«Бинокль», – догадался Крис. – «Кто-то следит за нами».
Но стоило ему сделать шаг в сторону этой машины, как она начала отъезжать и вскоре совсем скрылась из виду. Он снова повернулся к девушке, она по-прежнему разглядывала надгробие, погрузившись в собственные мысли.
– Я выполнил условия сделки. Мои обязательства по отношению к тебе можно считать исчерпанными, – нетерпеливо вздохнул Крис. – Теперь ты можешь выполнить свою часть договора и отдать мне браслет.
– Этого недостаточно.
Мужчине показалось, что он ослышался и Джейн говорила не с ним. Она всё еще смотрела на каменную плиту, но голос ее при этом звучал твердо и решительно.
– Что? – опешил он.
Она, наконец, оторвалась от созерцания могилы и устремила упрямый взгляд на своего спутника:
– Я сказала, что мне этого недостаточно.
– Что-то я не понял, миледи. Хотите нарушить условия собственной сделки?– возмутился Крис.
– Твоя работа еще не закончена. Я по-прежнему ничего не знаю о своей матери, кроме того, что она была родом из Нового Орлеана. Этого мало, – настаивала девушка, а потом чуть тише добавила. – Я даже не знаю, как она выглядела.
– И чего ты теперь хочешь от меня? – недовольно поинтересовался Крис.
– Мы едем в Новый Орлеан, – глаза девушки горели решительностью и спорить с ней было бесполезно.
  
Глава 7
 
Вылетев утром из Сан-Франциско, к вечеру того же дня Крис и Джейн, уже были в Новом Орлеане. Что она знала о нем? Да, практически ничего. Читала как-то, что этот густонаселенный крупный портовый город знаменит своей самобытной креольской архитектурой, в которой перемешаны французские и испанский стили, а также известен своими яркими фестивалями, карнавалами и джазом. Все это было частью истории одного из самых необычных городов штата Луизиана и уникальными особенностями, которые отличали его от остальных.