Выбор для Пепла (СИ)
Черт.
Я не могла разобраться. И потому напросилась в уборную для слуг, чтобы побыть одной и взять себя в руки.
Он не смотрел с вожделением. Или любопытством. Или насмешкой.
Нет, его взгляд расчленял меня на части, а потом собирал снова, будто фигуры из тетриса. И почему-то возникало чувство, что собрал он меня… не правильно.
И чтобы вернутьс себе былое спокойствие я долго «наслаждалась» почти настоящим туалетом. Потом терла руки и лицо душистым мылом - не смогла отказать себе в удовольствии, пусть даже вода была холодной, а это прибежище - весьма странным для долгого нахождения здесь. А когда вернулась по узкому коридору, еще и не сразу вошла… и правильно, судя по подслушанному разговору.
Быстрые и резкие шаги, звонкие, будто кто-то впечатывал каждый шаг, и… судя по всему, все, кто находился на кухне - а кроме моих приятельниц там были еще слуги из замка - шумно и одновременно выдохнули, когда вторая дверь, не ведущая в этот коридор, закрылась.
За ним.
- Фух, ну и допрос же он устроил, да еще так, будто имеет право, - икнула Трина и возмущенно продолжила, - Какой настырный… Вот чего он к нам полез? Или понравились - но не мог это выразить? А видели как он смотрит? Он когда ко мне наклонился, мне показалось, что у него сейчас вырастет клюв, и он меня прям по темечку…
- Тише ты! - а вот этот голос я не узнала - кого-то из слуг. - Вот за что терпеть не могу вашу породу так это за то, что мелете языками даже быстрее чем юбками крутите. Он из дареллов, так что имейте уважение, к тому же… - тут служанка понизила голос. - Явно на особом положении у хозяина…
- Да-да, - вступил еще один снезнакомый плетник, - Говорят, прибыл из золотой столицы, и, похоже, принадлежит к Черному ордену
Но, судя по смешкам, девушек это не впечатлило:
- Да нет никакого ордена - им только детей в детстве хорошо пугать, нам можно о таком не рассказывать... Наверняка он любитель покрасоваться… И черное носит за тем же, чтобы выделиться. Такие только и умеют, что заставлять и пугать, а потом окажешься с ними в постели и…
В голове у меня мелькнула довольно пикантная картинка, и я сглотнула.
- Я бы тебе не советовала, - внезапно вступила Ариль, и впервые я с ней согласилась. - Оказываться с ним где-то. Ты еще многого в жизни не видела - он крайне опасен… Несущий рок.
"Несущий рок". Это термин или только меткое выражение? Но звучит весьма верно...
Слуги заговорили о чем-то другом, а я, почти никем не замеченная, скользнула в помещение и села за стол, сделав вид, что не в курсе разговоров.
Заставила себя взять двузубую вилку и быстро накидала в тарелку всё, что увидела. Но почти не чувствовала долгожданного вкуса хорошей еды.
Я ведь старалась не сходиться... с опасными мужчинами. С властными, сильными, жесткими игроками. Я сама была во многом такой - и уж точно не потерпела бы вечного соперничества в семье. И не потерпела бы, чтобы кто-то другой давил на меня и решал мою судьбу… Потому и выбрала совсем другого мужа. И потому всегда избегала подобных знакомств. Хотя… знакомились. Их забавляла бы эта игра - вопреки общему мнению, далеко не всем властным характерам была нужна невинная во всех смыслах девочка. Как я сейчас…
А что если этот заинтересовался мной только потому…
Черт. Эти мысли до добра не доведут. Я еще слишком плохо знаю новый мир, чтобы рассуждать о чем-то. Бояться чего-то до дрожи или тянуться к чему-то… Все что мне нужно пока - это сидеть смирно и продолжать набирать информацию и копить деньги.
И цирк подходит как нельзя лучше.
«К себе» мы вернулись едва ли не в середине ночи, потому что наемному экипажу приходилось ехать по темным дорогам медленно, а кучеру подсвечивать себе путь фонарем. Зато его, в качестве чаевых, оплатил хозяин замка, которого я так и не увидела, но, по описаниям, он был «свеж, молод, блестящ и белокур».
Несмотря на позднее время и усталость, из-за перевозбуждения я не смогла заснуть. А как только закрыла глаза - нас уже подняли, да еще и раньше чем обычно. Выдали густой взвар и приказали…. да много чего приказали. Это Кайка «начинала собираться» в день отъезда - по сути им и надо было только лишь закрепить все, что могло разбиться в кибитке, и выйти самим, пока запрягали местных коней, монолитных и шестилапых. Простым рабочим же приходилось трудиться не покладая рук.
Кстати, эти лошади казались мне довольно странными с точки зрения эволюции - как будто пара ног была лишней - пока я не узнала, что они являлись «полезными ископаемыми» во всех смыслах. Едва ли не древние существа, которых давным-давно «вытащили» из подземелий и которые задействовали там переднюю пару ног, чтобы пробивать землю и грунт, разрабатывая новые проходы и углубляя ямки, где они, как правило, ночевали. Наземные жители их приручили и начали использовать для перевозок, пахоты и тяжелых работ - почему-то просто так на них не ездили, для верховой езды использовались птицы, похожие на лысых гигантских страусов. Я видела как на таких прибывало несколько благородных - хотя те и обладали вздорным нравом и управляться с ними могли далеко не все.
Ну и на арене они выступали вместе с наездниками.
А вот лошадки оказались рабочими паровозиками.
В общем, в следующие два дня работы было настолько много - мне ведь не только надо было подготовить потонов и вычистить то место, возле которого они жили, поскольку за оставленную грязь от городских властей полагался большой штраф - но и помогать остальным. Потому как несмотря на перспективы, я пока оставалась разнорабочим и мальчиком на побегушках. Но уже могла радоваться, что мне не придется тащиться пешком или на общих телегах - а то и на потонов загнали бы, наплевав, что я с «момента падения» жуть как боюсь на них забиратьмя . Ведь от одной мысли, что мне придется ехать на их спинах рядом с дрессировщиком и его помощниками становилось совсем дурно. Спасли девицы, заявив, что я их не потесню в кибитке во время перехода.
Наш бесконечный караван - а он и правда казался бесконечным, при таком-то количестве людей, животных, телег с имуществом цирка, карет да кибиток - отчалил в клубах тумана ранним утром. Ночью накануне почти никто не спал, заканчивая сборы, потому я едва успела наспех протереться более менее чистой тряпицей и сменить рубашку. И почти на нуле возможности шевелиться оказалась внутри кибитки, которая уже стояла наизготовку в караване
И рухнула на указанное место, моментально засыпая.
А когда проснулась - судя по подсвеченной ткани днем, и в пути, поскольку наш транспорт волнообразно шатало - то тут же высунула голову в прорезь и замерла… Поскольку в жизни не могла представить, насколько удивительным может быть мир.
9
Нельзя сказать, что я вовсе не видела раньше красивых пейзажей.
Или величественных зданий.
Или же потрясающего смешения красок.
Но все это было… нахрапом. В путешествиях, через видоискатель, бегом… И все это было привычных пропорций, цветов, логично расположенное… Ну, например, горы в горах. Море… на берегу. Вертикальное оказывалось вертикальным, а зеленая листва превращалась в красную исключительно осенью.
Здесь же все оказалось слишком… не так. Слишком величественно по сравнению с повседневностью, с приземленностью большинства, что вовсе не замечали открывающихся красот. Слишком… непривычно глазу. Когда вокруг лето, деревья - зеленые, но трава вдруг желтая и красные кусты вдоль дороги. Когда само пространство выглядит словно когда-то, тысячи лет назад, дул ветер такой силы, что «надул» и этот лес, и скалы.... как если бы они были не крепче песчанных дюн. И холмы надул, и реку, которая разливалась в озеро, снова потом сужаясь и впадая во что-то бескрайнее. Наверное, море...
Здесь картинка)